Все, что нужно знать об инфаркте

15:56 2.09.2017

Очень понятно и просто о причинах инфаркта и способах остановить смерть.

Ведущая радио «Комсомольская правда» Мария Баченина поговорила о том, что такое инфаркт, о его симптомах и лечении с главным терапевтом Ильинской больницы, врачом-кардиологом Ярославом Ашихминым.

Фото: Pixabay.com

Баченина: Я попыталась начать с начала. Инфаркт, всем понятно, что это такое. А спросишь, суть да дело, никто не сможет объяснить. Что происходит во время инфаркта? Но я хотела бы начать с того, что называют инфарктом.

Ашихмин: Инфаркт – это смерть сердечной мышцы, которая произошла из закупорки сосуда сердца тромбом. Все, что ниже тромба по течению, весь объем тканей погибает.

Баченина: Это уже внутри сердца погибает или до?

Ашихмин: Сама сердечная мышца. Сердце кровоснабжается сосудами, венечными артериями или коронарными, которые отходят от аорты. Оно не только обеспечивает организм кровью, но должно питаться само, потому что это мышца, которая делает большую работу. И если одна из артерий сердца закупоривается тромбом, то возникает инфаркт миокарда.

Баченина: Сразу два вопроса. Кто такой миокард?

Ашихмин: Это массив сердечной мышцы, то есть, миокард – это вся толща сердца, которая работает. Это и левый желудочек, наш главный насос, обеспечивающий кровью все органы. И правый желудочек тоже кровоснабжается. И там тоже. Это толща сердца. Миокард – это сердечная мышца.

Баченина: А тромб? Откуда он берется? Что это такое?

Ашихмин: У нас есть огромный орган, о котором мы редко задумываемся – это внутренняя оболочка сосудов. Называется сложным словом эндотелий. Если ее раскатать, то она по площади будет как огромный стадион. И вот на этом стадионе, по сути, разыгрывается матч между факторами риска смерти и нашими защитными силами. Это как равновесие: с одной стороны играет одна команда, а лишний вес, повышенное давление, неправильное питание с другой стороны. Силы добра – это физическая активность высокая, гены позитивные, которые пришли к нам от родителей, это правильное питание, возможность сопротивляться стрессу. И вот разные участки этого поля имеют разную чувствительность к этим факторам риска. Мы знаем, что сосуды рук, они не так часто повреждаются, хотя тоже бывают в руках тромбозы. Сосуды головного мозга и сосуды сердца, они очень подвержены. Там самое острое столкновение происходит. И на них всю жизнь действуют вот эти факторы.

Игра начинается с рождения. Я скажу страшную вещь, что чем мы отличаемся от тех людей, которые были раньше? Сегодня давление на нас факторов риска настолько велико, что даже если были эксперименты: беременная женщина попадает под машину, извлекают фетус у нее из живота и уже там есть липидные полоски в сосудах у плода, который еще не родился.

Баченина: Это сейчас? В современности?

Ашихмин: Да. И у ребенка, если заглянуть в его сердце, есть сейчас методы диагностики, которые у живого приемлемы, можно увидеть самые ранние повреждения сосудов сердца даже у детей. А в возрасте 14 лет, 18 лет там уже достаточно заметные бывают изменения.

Баченина: А так не было сколько еще лет назад?

Ашихмин: Зависит это от того, какому объему факторов риска подвергается человек. Например, у фараонов, когда мумии обследовали с помощью КТ, там уже видят атеросклеротические поражения.

Баченина: Жировали потому что.

Ашихмин: Да. Образ жизни фараона и их уровень, например, хронического стресса, их продолжительность жизни, их стиль питания, видимо, был похож на современных людей. Просто речь идет о том, что мы теперь больше не умираем от инфекций, от голодания. У нас изменился профиль факторов риска. И теперь мы столкнулись с этой бедой. Можно сказать, что эволюционно не было предусмотрено или кто-то говорит богом не было предусмотрено, что наши сосуды будут повреждаться не извне, не вражеской пулей и ножом, а изнутри благодаря действиям нетипичных факторов риска, который свойственны образу жизни западного человека.

Баченина: А вы во что верите? Это не было предусмотрено? Износ должен был случиться гораздо раньше, чем мы сейчас живем?

Ашихмин: Безусловно, мы как вид формировались в условиях дефицита пищи. Стресс, если он был, он был острым, который не настолько губителен для сосудов как стресс хронический. Мы практически не курили. Уровень загрязнения воздуха был существенно меньше. Поэтому да, мы немного оказались не готовы, к сожалению, к тому профилю, к тому давлению, которое на нас оказывается. Условно, если инопланетяне принесут какую-то бактерию или вирус извне, к которому мы будем не готовы, мы от него будем умирать раньше. Сейчас это странный коктейль современных факторов.

Баченина: Я, когда это слышу, я ловлю себя не в первый раз на этой мысли, я грущу гораздо больше, чем когда речь заходит о каком-то международном конфликте, который грозит мгновенной гибелью планеты. Потому что я понимаю, что, скорее всего, этого не случится. А вот с этим, о чем вы только что говорили, я не знаю, что делать. Я хотела хит-парад причин. От первого к пятому, наоборот, к лидеру нашего чарта. Хит-парад причин инфаркта миокарда.

Ашихмин: Это очень важно – расположить их по степени значимости. Иногда люди даже не хотят подступиться к профилактике, потому что они думают: мне сейчас скажут вкусного не есть, вести архидейный образ жизни, а я здоровый человек и до свидания.

Баченина: Еще любят говорить: жизнь одна.

Ашихмин: Их порядок определяется очень четкими научными исследованиями. На самом первом месте с большим отрывом от всего остального, как вы думаете, что?

Баченина: Да прекрасно я это знаю! Курение!

Ашихмин: Точно!

Баченина: И доказано научно?

Ашихмин: Да. При этом не просто курение. Нужно понимать, что внутреннюю оболочку сосудов, ее способность сопротивляться другим факторам, даже однократное курение кальяна или контакт с другим курящим, пассивным курением, он выключает буквально на две недели.

Баченина: Секундочку! Мне надо понять. Если при мне покурили или я покурила…

Ашихмин: Вы подвергаетесь действию табачного дыма. В любом виде. Будь это кальян, потому что частицы очень мелкие. Вот вспомним про этот эндотелий, про это поле боя, внутреннюю оболочку сосудов. Вот она должна быть здоровой. Здоровье ее обозначает, что она отталкивает от себя плохие всякие частицы, жиров частицы она от себя отталкивает. Не дает проникать им под нее. Она не воспалена, а значит, не приманивает не нужные в данном случае иммунные клетки. Если вы покурили, то возникает процесс воспаления. Если говорить совсем грубо, если заноза попадает в палец, палец начинает болеть. И туда начинают подходить клетки иммунной системы. То же самое происходит с внутренней оболочкой сосудов, где в определенные места после того, как вы покурили, натурально залезать эти иммунные клетки. Только вы их не чувствуете.

Баченина: А если мы будем курить постоянно, как это делают миллионы людей на планете?

Ашихмин: Сейчас скажу. Но сначала хочу расстроить одну небольшую аудиторию и сказать, что, к сожалению, уже доказано, что не только табакокурение, но и другие виды растений самых разных, в том числе, психоактивных, они тоже…

Баченина: Марихуана? Давайте называть вещи своими именами.

Ашихмин: Да. Она столь же опасна для сосудов, как и курение. Просто обычно ее реже курят, поэтому чуть меньше эффект. Для нас важны продукты сгорания, которые там, а они очень опасны. Да, постоянно. Происходит такая ситуация, что начинают заходить клетки нашей иммунной системы, залезать под оболочку сосудов. Они туда заходят с благими намерениями, потому что что-то идет не так, здесь компоненты табачного дыма. Но получается в определенный момент, что в некоторых местах из-за охранной роли, но происходит переполнение этими клетками участков сосудов. Все равно, что мы, например, боимся террористов и на Красной Площади присутствует определенное количество сотрудников службы безопасности. Но представьте, что в один момент там вся Площадь заполнена милиционерами. И уже нормальным людям туда не пройти. Благими намерениями…

Баченина: Устлана дорога в ад.

Ашихмин: И получается, что раздражается внутренняя оболочка сосудов в определенных местах. И тогда туда как под дырявое одеяло начинают проникать липиды. Когда времени нет, все говорят, что очень плохо – высокий холестерол. Но сам по себе он как бы как патрон, а воспаление – это пистолет. Поэтому холестерин начинает играть злую шутку в тех условиях, когда сосуд воспален.

Баченина: В общем, мы создаем условия для того, чтобы плохие жиры начинали формировать какие-то очаги не нужные нам на внутренней поверхности сосудов. Но вы употребили словосочетание «продукты сгорания». Сейчас наши милые вейперы дико возбудятся и скажут, а мне же ничего не грозит! Когда я курю вейп или парю, я же не потребляю продукты сгорания. Я потребляю только никотин, на котором подсажена зависимость. Из вейпа убраны продукты сгорания. Никотин такое же разрушительное воздействие оказывает?

Ашихмин: Никотин нет, но из вейпов не убраны опасные компоненты, потому что все международные общества сейчас бьют тревогу и считают, что мы не можем пока их рекомендовать как замену сигарет. Есть пропиленгликоль, который определенным образом обрабатывается в этом вейпе, который дает такое облако. И есть компоненты пластиковые этого вейпа, которые создают среду-аэрозоль. И есть серьезные опасения в отношении того, что они небезопасны. Доказано, что они аллергия вызывает определенные легочные заболевания, но я лично не уверен, что они намного безопаснее продуктов сгорания.

Баченина: То есть, лет двадцать давайте подождем, а потом будет уверенно о чем-то говорить.

Ашихмин: Это глупая постыдная привычка.

Баченина: Вы когда-нибудь курили?

Ашихмин: Сигареты не курил.

Баченина: Вы пробовали кальян?

Ашихмин: Да, но после того, как несколько лет назад прочитал статью большую про вред кальяна, я и несколько моих друзей полностью отказались.

Баченина: Легко сказать «постыдная», но от зависимости сложно избавиться. Мы анонсировали хит-парад причин и начали с вершины. Что еще входит в самые важные причины инфаркта миокарда?

Ашихмин: Второе и третье место делят высокий уровень плохого холестерина и высокое артериальное давление. Артериальное давление немножко страшнее. Нормальное давление – это ниже 135/85, измеренное дома. У врача 140/90, верхний порог. И нужно понимать, что если два раза у тебя на фоне стресса поднялось давление выше этих цифр, то это уже диагноз артериальной гипертонии.

Это еще один фактор, который оказывает влияние на ту самую внутреннюю оболочку сосудов. Давление еще и на среднюю оболочку сосудов, вне зависимости от того, От чего поднялось давление, кроме физической активности, то есть, даже если это просто стресс, белый халат, начинает физически утолщаться средняя оболочка сосудов.

Баченина: А они многослойные?

Ашихмин: Там три оболочки. И средняя мышечная, от нее зависит тонус. Сосуд физически становится более жестким, подчеркиваю, вне зависимости от того, от чего у вас повышалось давление. Ели вы соль, такая у вас генетика, стресс у вас, все.

Баченина: Получается, мы себе можем не вредить, а оно скачет.

Ашихмин: Да. И тот, кто сможет найти причину артериальной гипертензии стандартного варианта как у всех, он получит Нобелевскую премию. Мы вот сейчас один из самых передних краев науки, такие удивительные вещи, которые раньше казались ближе к восточной медицине – это взаимодействие между нашим головным мозгом, иммунной системы и здоровьем сосудов. То есть, оказывается, последние данные, опубликованные в крупных журналах, удивительные вещи, что при неправильном питании может происходит изменение активности иммунных клеток в ткани, расположенной рядом с кишечником. И эти иммунные клетки могут перемещаться под оболочки головного мозга.

Баченина: Да ладно! Раньше даже не могли этого предположить.

Ашихмин: По всей видимости, есть связка между хроническим стрессом, нашей иммунной системой и сосудистой стенкой.

Баченина: Подождите! Я на себе испытала очень давно. Я и без вас это прекрасно знала. Я очень подвержена стрессу. И как только я испытываю сильный и серьезный стресс, мгновенно в этот вечер я заболеваю. Причем, серьезно. И если это ОРВИ, то уж по полной! И я знаю себя. И, конечно, к гадалке не ходи, не занимая время врача-кардиолога, что это связано с моим нервным состоянием.

Ашихмин: Но это все трудно доказать.

Баченина: Да бог с ним, с доказательством!

Ашихмин: Наука – точная штука.

Баченина: Согласна с вами. Когда в резюме спрашивают про стрессоустойчивость, мне все время хочется сказать: а кто у нас стрессоустойчив?

Ашихмин: Я знаю много врачей-неврологов, которые обладают успешными методами и инструментами защиты от стресса. Кстати, многие врачи говорят, вам надо избегать стрессов. И это уже у меня улыбку вызывает. Потому что это невозможно. Но сегодня у нас в арсенале есть большой инструментарий эффективных методов правильного менеджмента стресса, правильного обхождения стресса. И сам, может, стоит позвать в студию человека, который занимается конгитивно-поведенческой психотерапией или который занимается осознанностью. Сегодня методы буддистских монахов, если так можно сказать, они положены на страницы научных журналов. Есть очень эффективная методология, как жить в условиях страшного стресса.

Я помню, как Солженицын в «Архипелаге ГУЛАГ» описывая про будни лагерников, уцказывал, что кроме всех прочих он видел йога, который даже где другие чувствовали себя в холоде, он снимал обувь,и визуально казалось, что он чувствует себя более комфортно. Понимаете, те методы, которыми те йоги получали преференции такие перед судьбой, они сегодня очень хорошо разработаны.

Баченина: Как общий знаменатель можно сказать? Контроль сознания.

Ашихмин: У вас может быть очень спокойное и ровное отношение к проплывающей рядом с вами реальностью.

Баченина: Темперамент куда деть? Генетику куда деть? Кавказцы! Испанцы!

Ашихмин: Вы можете управлять своими эмоциями. Можете. Да. Это возможно. Это трудно, потому что это требует… Это по щелчку пальцев не происходит. Это требует одного-двух лет еженедельных тренировок, если это не дано с вашим характером родителями.

Баченина: Про липиды можно?

Ашихмин: В организме есть системы доставки липидов по органам и тканям. Разносит холестерин и другие жиры, которые входят в группу липидов, так называемые частицы ЛНП по протеино-низкой плотности. Уже многие про них слышали, потому что видят анализы, которые сдают в лаборатории. И эти частицы называются еще частицами плохого холестерина, который противопоставляется так называемому хорошему с буквы В – ЛВП, тому, которые как бы собирает холестерин и липиды с органов и тканей, в том числе, с внутренней оболочке сосудов, уносит их обратно в печень. И они дальше удаляются с желчью. И вот что получается. Одна из труднопонимаемых догм современной медицины краеугольна, что средний уровень не есть нормальный. Я иногда вспоминаю Иосифа Виссарионовича Сталина, чтобы он сделал, если бы он пришел, явился к нам в Россию. Я бы, наверное, рекомендовал ему, подойти к тем людям, которые пишут нормы холестерина на бланках. Потому что вы там можете увидеть, что нормальный холестерин – верхнюю границу ставят и 6,5 и 7,2. Я разговаривал с этими людьми. И понял, откуда они это взяли, потому что они сделали большие исследования по России и посмотрели, какой средний уровень холестерина у россиян. Понимаете, с нашим уровнем смертности, то их затею можно сравнить с тем, что вы, например, в какой-нибудь, не буду обижать спальный район Москвы, приходите вечером в субботу и у всех подряд проверяете уровень алкоголя в крови. И выводите среднее значение. И говорите, что это нормально.

Чтобы сказать, какой уровень нормальный, надо проследить, что становится с теми людьми, у которых тот или иной уровень холестерина. И получается так, что мы прекрасно живем, наш организм великолепно существует при уровне холестерина липопротеинов низкой плотности меньше 1,5. Притом, что средний уровень обычно 3,3 – 4,0. Если мы спускаем до полутора, то ничего плохого с организмом точно не происходит. Огромные исследования. Сегодня новые препараты позволяют его опустить до такого уровня. Мы знаем, что если мы опускаем до таких цифр, то риск снижается сердечно-сосудистый. И важно, что функция нервной ткани, а многие говорят, что вот мембраны нейронов повреждаются, не хватает холестерина. Хватает. Потому что эволюционно столько жиров мы не получали, видимо. Мы прекрасно живем при таких уровнях.

Мы говорили, что пистолет самый опасный – это воспаление сосудов. Но холестерин – это патрон. И получается, что, конечно, в идеальном варианте лучше убрать пистолет, но этого мы сделать не можем. Мы не можем эти иммунные клетки вытащить, с Красной Площади спецслужбы и ОМОН не можем вывести. Но мы можем их разоружить. Полностью. И если мы лишаем их патронов, то они физически, понимаете, эти патроны оказываются в руках тех, кому они нужнее.

Баченина: А как разоружить? Как сделать так, чтобы уровень холестерина упал до полутора и ниже.

Ашихмин: Во-первых, мы должны определиться с тем, кому какой уровень необходим. Если человек абсолютно здоров, то у него должен быть уровень общего холестерина 5,5, ЛНП – 3,3. Если у него высокий риск, например, у него есть гипертония, сахарный диабет, то уровень плохого холестерина должен быть 2,6. А вот если у него уже был инфаркт или инсульт – у вас другая цель. Вам нужно достичь 1,8, а то и 1,5. Поэтому мера воздействия индивидуальна. Все зависит от исходного уровня и от риска. Кому-то хватит правильного питания…

Баченина: А кому-то препаратов.

Ашихмин: Предвидя мысли слушателей: а что, нельзя без таблетки? У меня нет никакого конфликта интересов, я далек от фармпроизводителей, знаю, как лекарства действуют в сверхвысоких дозах, в биологических моделях, знаю и закрытую информацию из исследований, которые не публикуются. И да, понимаете, получается так, что определенным категориям людей нельзя без таблетки. К сожалению. И мне странно слышать иногда такие вещи, как там, я умру, но таблетку ни в коем случае не буду принимать.

Баченина: Так обнулить все можно? И в каком возрасте это еще можно успеть?

Ашихмин: Чем раньше, тем лучше. Нет, надо знать, самое главное, выросли ли атеросклеротические бляшки.

Баченина: Давайте на моем примере. Допустим, мне сорок лет. Я курильщик. Я дико стрессую, дичайшее рефлексирую после, я холерик, экстраверт просто на сто баллов. И я веду малоподвижный образ жизни.

Ашихмин: А давление?

Баченина: Давление в норме. За этим я слежу.

Ашихмин: А холестерин?

Баченина: Вот не помню, но было дело сдавала… Скорее всего, он у меня повышен, хотя я не ем свинину, я слежу за…

Ашихмин: К сожалению, две трети холестерина вырабатывается печенью и только треть поступает с компонентами пищи.

Баченина: Я слежу за той пищей, которую потребляю.

Ашихмин: У вас нормальная масса тела. И вы женщина. Женщины дополнительно защищены женскими половыми гормонами.

Баченина: Вот.

Ашихмин: И еще для модели риска у нас не хватает момента анамнеза семейного. Нужно понимать, что в возрасте до 60 лет были ли инсульты и инфаркты, серьезные болезни сердца у родителей. У родственников первой линии.

Баченина: Да. Прямо накануне шестидесяти.

Ашихмин: Тогда нужно посчитать ваш риск. В идеальном варианте, чтобы вашу модель рассчитать, нужно еще одну карту открыть, посмотреть не уровень системного воспаления. То есть, многие сейчас видят разные книжки про иммунную систему и воспаления. Есть конечный путь, который отражается в уровне С-реактивного белка. Если С-реактивный белок низкий, это значит меньше 1,5, тогда воспалений нет в организме. И ваши сосуды здоровы. И тогда у вас та ситуация, когда прямо совсем первичной профилактикой можно заниматься. И расценивать, что ваши сосуды достаточно здоровы сейчас.

Баченина: Организм совершает какие-то действия самостоятельно, когда у нас предынфарктное состояние?

Ашихмин: Это большая редкость. У нас есть система противосвертывающая крови. Если посмотреть, что происходит в предынфарктном состоянии, там есть внутренняя покрышка, которая бляшку от крови отделяет, она начинает надрываться. И, в принципе, в большинстве случаев пути назад нет, тромб свернется. Но иногда бывают такие ситуации, что организм активирует противосвертывающую систему и тромб не образуется. Или рассасывается самостоятельно.

Баченина: Я слышала, что вот «он перенес инфаркт на ногах». Это бывает?

Ашихмин: Да, немало инфарктов у женщин, когда мелкие бляшки не разрываются, а изъязвляются – еще один путь повреждения сосудов. И у пациентов с сахарным диабетом. У них бывают небольшие инфаркты в участках сосудов, которые расположены дистально, то есть, ниже по течению, в совсем небольших сосудах. У них погибает небольшой участок сердечной мышцы и очень скудная симптоматика. Может не быть симптомов, нет боли в грудной клетке, а может быть симптомы, связанные с желудочно-кишечным трактом. Мимикрировать.

Баченина: А можем мы назвать симптомы?

Ашихмин: Резко возникшая высокой интенсивности боль вы грудной клетке, чаще всего за грудиной, которая длится более двадцати минут. И сопровождается часто слабостью. Другие симптомы не настолько полезны. Параллельно может быть сердцебиение, например. Одышка, если инфаркт большой. Но боль в грудной клетке внезапно появившаяся, кроме редких случаев у пациентов с сахарным диабетом, когда это может быть очень легкая боль, на которую не обратили внимание. И, безусловно, даже если человек молод, мы знаем, что сегодня и у тридцатилетних случаются инфаркты, то при возникновении боли в грудной клетке необходимо вызывать скорую медицинскую помощь.

Баченина: А почему говорят, что именно мужчины после 35 лет входят в группу риска? Вы сказали, что женщина защищена гормонально. Но мы так же, как и мужчины, подвержены стрессам. Нервничаем и курим.

Ашихмин: У женщин меньше уровень курения, пивного животика у них нет, который намного хуже высокой массы тела. Стрессы – да, но по факту артериальное давление выше, оказывается, у мужчин.

Баченина: Научно это никак не обосновано?

Ашихмин: Я же вам рассказываю. Давление факторов риска оказывается выше. Масса тела больше и меньше следят за здоровьем. И женские половые гормоны эстрогены обладают мощным защитным эффектом.

Баченина: Мужчины меньше следят за здоровьем.

Ашихмин: Женщина обратится, если будет знать, что у нее повысилось артериальное давление, она до доктора дойдет. А мужчина не дойдет.

Баченина: Его если только довезут. Я считаю, что большинство мужчин к врачу ну, до последнего! Вот вы сказали пивной животик страшнее, чем ожирение и прочее. Почему? Женщины могут по вечерам сухого вина белого и красного. Благородный напиток. Но получается, мы тоже выпиваем.

Ашихмин: Но мужчины все-таки пьют больше. И вы правильно обратили внимание на алкоголь как фактор риска. Я помню еще молодым кардиологом слышал, что Чазов советует бокальчик вина. Потому что были исследования, которые сравнили тех, кто пьет один-два бокала и тех, кто не пьет вообще. И оказалось, что риск смерти от ишемической болезни сердца и инфаркта меньше. Но потом посмотрели пристальнее. Во-первых, на ту группу, которая не пьет вообще. А почему они не пьют? А потому что у них есть серьезные заболевания или был ранний алкоголизм, а вот те, кто пьет один-два бокала вина, они ведут очень здоровый образ жизни, как правило. И если сделать поправку на эти два фактора, то окажется, что алкоголь совершенно никакой пользы не приносит для сердца. Никакое вино. Это миф. Просто в дозе один-два бокала в сутки и ни в коем случае не собирать больше четырех в субботу, если не пьете в течение недели, он не вредит. И еще оказалось, что ключевые эксперименты по этому антиоксиданту, они были подделаны в США. Оказалось, там вывели на чистую воду людей, что крупные журналы принимали подделанные работы.

И сегодня мы абсолютно уверены, что пользы от алкоголя для сердца даже в маленьких дозах никакой, к сожалению, нет.

Баченина: Так вы еще сказали, если я в течение недели не пью, то расслабиться четырьмя бокалами, я себе больше вред нанесу, чем буду выпивать на неделе?

Ашихмин: Просто это данные последние.

Баченина: Если сердце во время инфаркта погибает не за одну секунду, то почему нам кажется, что человек падает и мгновенно умирает? Врачи приезжают и констатируют смерть.

Ашихмин: Такое бывает в двух основных ситуациях. Первое, когда закупоривается главный сосуд сердца – левая коронарная артерия в устье. И второе вариант, когда из-за инфаркта возникает жизнеугрожающая аритмия, которая поражает желудочки сердца, главный мотор. Есть известная всем не очень опасная фибрилляция в предсердье небольших камер, а есть фибрилляция желудочков. И вот если у человека возникает именно фибрилляция желудочков, то он внезапно умирает, потому что сердце перестает качать кровь.

Баченина: За секунду?

Ашихмин: Внезапная смерть сердечная, человек может умереть фактически на ровном месте из-за желудочковой тахикардии. Почему в Европе везде находится этот самый дефибрилляторы?

Баченина: Как везде? На остановках?

Ашихмин: Да, на остановках, в ресторанах, в музеях. Везде. Если та самая внезапная смерть с фибрилляцией желудочков, то вам ничего не надо знать, вам надо открыть этот аппарат и наклеить его на грудную клетку. Даже если вы не знаете, где сердце, неправильно наклеите, он сам определит, что это та самая фибрилляция желудочка, он при другой аритмии неэффективен. И даст самостоятельно разряд. И вам не нужно ничего делать.

Баченина: Даже если человек упал от солнечного удара? Он не сработает.

Ашихмин: Например, в Монако был эксперимент… Нет, он сработает, но он не даст разряд. Он умный. Он определит, что там нормальный ритм. В Монако, где очень пожилое население, эта расстановка дефибрилляторов, она значительно снизила уличную смертность. Скорая точно не успеет доехать.

Баченина: Чаще спасают или нет? И почему?

Ашихмин: Сейчас-то стало лучше, особенно в крупных городах после создания сосудистых центров. Но, разумеется, проблема серьезная сохраняется.

Баченина: Вопрос на время идет?

Ашихмин: Конечно. Потому что ключевая задачка – это раскрыть закупоренный сосуд. Это не просто приезд скорой, а работающая система, когда скорая доставляет пациента в клинику, где круглосуточно можно раскрыть сосуд. При этом у нас сейчас как в лучших странах Европы. Кардиограмма уже передается в клинику, в клинике уже ждут человека, там минимум всех формальностей, грубо говоря, легкие ему будут слушать, когда он уже будет лежать под установкой коронарографии, где с помощью катетера будет ему подходить к сердцу, пододвигать баллон к бляшке, раздувать баллон в месте, где есть бляшка, чтобы восстановить просвет сосуда. Нужно 12 часов. Это ключевой срок.

Баченина: А что мы можем успеть на месте, если у нас не дефибриллятора?

Ашихмин: Если будет аритмия по сути, это падение человека, который выглядит как клиническая смерть. Шел и упал. Это еще одно осложнение инфаркта.

Баченина: Закупорила бляшка главную артерию. Я сотрясаю сердце электрическим током.

Ашихмин: Нет, если фибрилляции желудочков нет, то вы ничем не поможете.

Баченина: Я фантазию. Я не про это. Я могу что-то сделать с сердцем, чтобы оно вытолкнуло к чертовой бабушке эту пробку!

Ашихмин: Нет. Ничего нельзя сделать, к сожалению.

Баченина: Это же такая мышца, что ее порвать нельзя руками!

Ашихмин: Тромб-то внутри сосуда сидит. Он очень плотно находится внутри сосуда. Как ни сжимайте, вы тромб никак не выведите оттуда. То, что нужно знать обычным людям, если вы увидели, что человек упал без признаков жизни, вы можете у него проверить пульс на сонных артериях, если пульса нет, вам надо знать одно – его надо качать. То есть, делать непрямой массаж сердца. Это самое главное. Многие думают, что это трудно, что спасатели делают. И нужно какое-то рот в рот дыхание. Вы должны помнить об одном: период от падения до момента, когда вы начали делать искусственный массаж сердца должен быть как можно короче.

Баченина: Да, мы все это видели в кино. Но я выступаю всегда за какие-то курсы оказания первой медицинской помощи. Еще один вопрос. Эта бляшка, все зло в которой, сидит она и сидит себе в стенке сосуда и ничего ей не мешает годами. Что вдруг происходит, что она начинает двигаться, закупоривать и отрываться?

Ашихмин: Разрываться. Это ключевой момент, краеугольный камень современной кардиологии – найти не факторы, которые непосредственно приводят к надрыву. Мы может сказать, условно, что это очередная сигарета, подъем давления, но вот каким образом и почему она начинает надрываться, изъязвляться, что чаще сейчас происходит, это большой вопрос.

Баченина: А придумали уже что-то, что можно назвать превентивными мерами, что заранее обнаружили, что вот ты в группе риска, вот у вас угроза инфаркта, что вот действует прямо безотказно?

Ашихмин: Можно очень сильно снизить риск в случае предынфарктного состояния, она еще называется нестабильной стенокардией, вы можете повлиять на свертываемость крови, уменьшить возможность тромбоцитов мелких клеточек крови формировать тромб препаратами типа аспирина. И можно постараться стабилизировать эту склеротическую бляшку путем применения статинов.

Баченина: Но не все же могут применять кроворазжижающие препараты. Бывает, что начинаются другие побочные истории.

Ашихмин: Сегодня для ряда категорий пациентов стандартом является даже не два, а три препарата, которые разжижают кровь. Мы здесь на одной чаше весов имеем да, риск кровотечения, на другое – риск тромбоза. Но в хорошей клинике кровотечение даже желудочное не будет фатальным. Ему кровь перельют. А очередной тромбоз может унести жизнь.

Баченина: Как инфаркт выглядит в разрезе?

Ашихмин: Свежий инфаркт будет выглядеть как такой значительный отек с гибелью и разрушением ткани. Но если он совсем свежий, его даже глазом трудно отличить от нормы. Нужно специальную окраску делать. Почему часто, извините, патологоанатомы не могут определить причину смерти, потому что они просто разрезали, артерии полностью не прорезали вдоль, а само сердце – не видно, что там произошел инфаркт. А потом рубец формируется. Прямо жесткий и плотный рубец. Потом стенка истончается и формируется так называемая аневризма. Такой как мешочек будет у стенки сердца висеть.

Самое главное – прекратить курить, померить уровень артериального давления, удостоверится, что меньше 140/90. И принимать меры, пойти к доктору, если выше.

Комментарии читателей
05.09.2017, 13:29
Гость: Василий

Забавно и путанно. Нужно использовать чистый аспирин или другие таблетки, в которых имеется аспирин. Длинно очень написано. А как делать людям за 90 и какое должно быть у них давление и об этом ни слова.

]]>]]>
]]>
]]>
]]>]]>
]]>
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
]]>
Сетевое издание KM.RU. Свидетельство о регистрации Эл № ФС 77 – 41842.
Мнения авторов опубликованных материалов могут не совпадать с позицией редакции.
При полном или частичном использовании редакционных материалов активная, индексируемая гиперссылка на km.ru обязательна!
Мультипортал KM.RU: актуальные новости, авторские материалы, блоги и комментарии, фото- и видеорепортажи, почта, энциклопедии, погода, доллар, евро, рефераты, телепрограмма, развлечения
Если Вы хотите дать нам совет, как улучшить сайт, это можно сделать здесь. Хостинг предоставлен компанией e-Style Telecom.