Ленинград «Пляж наш» / «Фарш»
Обложка диска. Предоставлено издателем
Сергей Шнуров нашел способ заставить нерадивых музыкальных рецензентов послушать свои песни по несколько раз. Вышедшие одновременно диски «Пляж наш» и «Фарш» на 85 процентов дублируют друг другу. И лишь песни «Шалавы» и «Блоха» с «Фарша» да «Алкаш» и «Мать» с «Пляжа» представлены по одному разу. Также двум альбомам должны порадоваться эстеты, которые, подобно Дориану Грею, любят слушать и читать одно и то же под разными обложками, да коллекционеры, чей основной принцип «чем больше, тем лучше». А вот те, кто покупают диски для прослушивания в автомагнитолах будут долго материться.
Творческий метод Сергея Шнурова остается прежним — брать наиболее актуальные тренды и подвергать их нещадному троллингу. Все радуются воссоединению Крыма с Россией? Давайте позлим их издевательским названием «Пляж наш», безобразно толстой теткой на обложке и саркастичными песнями «Патриотка» и «Где мы есть». Запрещают рок-концерты «сатанистов» и неугодных исполнителей? Вдарим по «морализаторам» язвительным госпелом «Никола», текст которого тоже претендует на попадание в списки «нежелательных произведений искусства»? Законодательно запрещают материться? Употребим нецензурную брань в стахановских дозах!
Обилие ненормативных оборотов — самое слабое место эти двух релизов. Сергею Шнурову в очередной раз изменило чувство вкуса и меры. Если в предыдущем альбоме «Рыба» Шнур еще пытался проводить с обсценной лексикой лингвистические эксперименты, то теперь он безо всякой цели просто гребет дерьмо лопатами. В этом смысле такие треки, как «Машина» и «Мать» находятся за гранью добра и зла, а моделирование новых понятий, вроде серенады на букву х и неведомой зверушки на букву е выглядит нелепым и натянутым.
В новых песнях «Ленинграда» нет никакой интриги и изюминки. Все прямолинейно и в лоб. В «Шалавах» вместо физиологического очерка в духе Гиляровского нам предложено поверхностное противопоставление радушных дам полусвета высокомерным «бизнес-стервам». «Шлюха» воспевается высоким слогом Некрасова, но у этого приторного произведения нет конца и начала. В «[Серенаде]» Шнур обескураживает слушателя пижонскими интонациями Гарика Сукачева времен альбома «Бригады С» «Реки».
«Пляж наш» и «Фарш» знаменуют собой тупиковую ветвь эволюции «Ленинграда». Складывается впечатление, что Шнур понимает это сам. Иначе бы он не включал в альбомы хтоническую песню «Мать», в которой употребление мата сравнивается с сакральным путешествием в Мать-сыру землю, и погребальный диксиленд «Похороны» о бесславном конце алкоголика и дебошира. Хотя, может, он просто готовился таким образом к роли трупа в фильме «Приличные люди»?
Комментарии читателей Оставить комментарий