Россия поставила в Киргизии на кон свою репутацию

Республика ратифицировала весь пакет соглашений с Россией, подписанный в сентябре 2012 года

Киргизский парламент Жогорку Кенеш вчера ратифицировал все соглашения с Россией, заключенные в ходе визита в Бишкек Владимира Путина в сентябре прошлого года, а затем их подписал и президент страны Алмазбек Атамбаев. Теперь России остается лишь выполнить обязательства, которые она сама же так стремилась взвалить на свои плечи.

А обязательства эти, как уже рассказывал KM.RU, выглядят одновременно и заманчиво-выгодными, и довольно рискованными. И к тому же изрядно затратными для Москвы – во всяком случае, на первом этапе их реализации.

Речь идет о целом пакете соглашений: во-первых, о списании киргизского долга перед Россией размером почти полмиллиарда долларов; во-вторых, о строительстве Россией Камбаратинской ГЭС-1 с участием ОАО «Интер РАО ЕЭС» и нескольких ГЭС Верхне-Нарынского каскада с участием ОАО «РусГидро»; и в-третьих, о создании на территории Киргизии объединенной российской военной базы.

И если по поводу первого соглашения (о списании долга) киргизские депутаты в Жогорку Кенеш никаких особых возражений, естественно, не высказывали, то по поводу второго документа дискуссия разгорелась нешуточная. А началось с того, что министр энергетики и промышленности Киргизии Автандил Калмамбетов напомнил депутатам основные финансово-экономические параметры соглашения. Финансирование технико-экономического обоснования Камбараты-1 и ВНК осуществляется за счет российской стороны. Кыргызстан предоставляет право пользования земельными участками и другими активами. Для строительства КА-1 российская сторона обеспечит финансирование под 2,5% годовых. Для ВНК 50% вносит Россия и привлекает оставшиеся средства на условиях «либор плюс 1,5% годовых». На период возврата средств РФ освобождается от уплаты налогов и таможенных пошлин на ввоз спецтехники, а КР устанавливает тариф на экспорт электричества.

Последние пункты отчета министра как раз и вызвали негодование киргизских депутатов, передает 24kg.org. «Кыргызстан рискует полностью потерять Камбаратинскую ГЭС-1, – заявила Жылдызкан Джолдошова. – Я не согласна с некоторыми пунктами соглашения, они противоречат национальным интересам. Оно носит кабальный характер, так как все права и акции передаются России. Ратифицировав соглашение, мы потеряем наш суверенитет. Без одобрения России Кыргызстан даже не сможет получать электричество для нужд населения».

Вот так киргизские народные избранники оценили соглашение, в соответствии с которым Киргизия вносит в проект лишь свои водные ресурсы, а все остальное – деньги, технику, специалистов, – предоставляет Россия. При этом стороны имеют равное долевое участие во всех гидроэнергетических проектах. А если учесть, с какой легкостью в Киргизии пересматриваются соглашения, напоминает издание, становится понятным, что для России строительство новых ГЭС сопряжено и с рисками потери инвестиций.

Но и это еще не все. Все эти гидростанции, особенно Камбаратинская-1, – мощные гидротехнические сооружения, и будут сооружаться в зоне повышенной сейсмической активности. Что будет, если, не дай Бог, «рванет»? Тогда Россия полностью выйдет из доверия в этом регионе. Неслучайно непримиримыми противниками данных киргизских гидропроектов (как и подобных им в Таджикистане) выступают Узбекистан и даже отчасти Казахстан. Да, заключая с Бишкеком соглашение о сооружении каскада киргизских станций, Москва пригласила участвовать в этом проекте и Ташкент. Но Узбекистан отказался, и Москва тем самым еще более усугубила отчуждение между ней и Ташкентом. А киргизские оппозиционные депутаты тем временем считают упущенную выгоду…

Что же касается объединенной военной базы, то тут никаких новых аргументов у противников российского военного присутствия в стране вообще не было. Известный специалист по региону Михаил Чернов еще в сентябре прошлого года, когда соглашение было подписано, пояснял в интервью ИА REGNUM: «Суть документа – в юридическом объединении всех российских военных объектов в Киргизии в рамках одной «военной базы». В новую структуру войдут авиабаза в городе Кант, военный завод «Дастан», испытательный полигон на озере Иссык-Куль, несколько объектов космического слежения, и не войдет Отдельная группа пограничных войск ФСБ РФ, дислоцированная в Оше. Таким образом, под новой вывеской военной базы фактически сохраняется нынешний уровень присутствия российских вооруженных сил в Киргизии, в которой на самом деле нет серьезной военной базы РФ. В результате, когда Россия решится на открытие полноценной военной базы в Южной Киргизии в Оше, стороны утонут в бюрократических утрясках и согласованиях, регламенте и протоколе, когда куда как проще и быстрее начать все с чистого листа».

При этом Москва за последнее время умудрилась поставить Киргизию в такое привилегированное положение, что на это обиделся соседний Таджикистан, с которым Россия тоже договаривается и о базах, и о сооружении гидростанций (правда, калибром поменьше, чем киргизские). А ведь с военно-стратегической точки зрения именно Таджикистан, а не Киргизия, является ключевым плацдармом, который может оградить Россию от инфильтрации мусульманского экстремизма и наркотрафика из Афганистана. Именно в Таджикистане (пока что) располагается крупнейшая зарубежная военная база России, названная 201-й по номеру нашей дивизии, когда-то охранявшей таджико-афганскую границу. Кроме того, в горах Таджикистана располагается станция загоризонтного слежения, входящая в состав Военно-космических сил России. И в Таджикистане же Россия долгое время «охотится» за военным аэродромом Айни, добиваясь его аренды.

И вот недавно, как уже рассказывал KM.RU, руководство России приняло решение выделить на модернизацию армий Таджикистана и Киргизии $1,5 млрд, но при этом Бишкеку перепало $1,1 млрд. Душанбе, естественно, обиделся, и уже запланированные визиты в Таджикистан первого вице-премьера РФ Игоря Шувалова и начальника российского Генштаба Валерия Герасимова, в ходе которых должен был быть окончательно согласован пакет договоренностей между Москвой и Душанбе, сорвались. Зато взамен Москва получила полную лояльность Киргизии. Правда, если вспомнить, как долго правит в Таджикистане Эмомали Рахмон и как совсем недолго Алмазбек Атамбаев… Похоже, здесь впору вести речь не о дипломатической победе Москвы, а о явной недоработке в нашей политике.

Москва тем не менее все равно расценивает происходящее сейчас сближение с Киргизией не столько сквозь призму чисто военного или же экономического усиления своих позиций в этом регионе, сколько под стратегическим углом зрения. И до конца оформленные уже соглашения с Киргизией, и оговоренные, но еще не оформленные соглашения с Таджикистаном, – все это для Москвы звенья одной цепи. Российское руководство, похоже, твердо решило вернуться в этот регион, который со времен царизма был зоной исключительных интересов России. И ради этого возвращения Москва готова поставить на кон немалые деньги и даже свою репутацию. Ну что ж, дай Бог, чтобы все «срослось».