«В потребностях всякого рода нет недостатка...»

Татьяна Владимировна Руденко

Как в рассматриваемый период развивались производство и торговля модной европейской одеждой в русской провинции, проследить большей частью затруднительно. Мы попробовали собрать сведения об этом из разных источников, чтобы, насколько возможно, прояснить картину.

Вот, к примеру, описание соответствующего заведения в уездном городке (1837 год): «Над нижним этажом на красной доске золотыми буквами, полинявшими от долгого употребления и беспрестанного перекочевья с одной ярмарки на другую, лепится вывеска с многозначительной и заманчивой надписью: Галантирейная и модная лафка (здесь и до конца статьи выделено в оригинале. — Т. Р.). <…> Большая продолговатая комната, шкафы, выкрашенные под красное дерево, с стеклами по местам разбитыми; в шкафах расставлены и развешаны с примерным бесвкусием шляпки, чепчики, токи и пелеринки всех фасонов. В этих же шкафах картоны с измятыми запыленными цветами, с переломленными и кое‑как поправленными перьями, шарфами, платочками и так далее. В ящиках со стеклами, расставленных в прилавках, чинно разложена вся галантерейная производимость лавки, начиная от бриллиантовых серег и дамских часиков до бронзовых шпилек и пряжек к поясам, от золотых дутых цепочек до высоких роговых гребенок и лайковых перчаток, от помады Мусатова в фарфоровых баночках до розовой помады какого‑нибудь губернского фабриканта в глиняных синих банках, от рабочих сафьянных ящичков до зубных щеточек, от белил, румян, амбре до курительных свечек, от прозрачного мыла до ваксы. Словом, глаза разбегаются; так тут много всего: и нужного, и приятного, и даже полезного! За прилавками расхаживают завитой с хохлом хозяин и в кружок обстриженный приказчик. Толстая модистка в чепце, в черном фартуке и с ножницами в руках, рядом с ней девчонка в затрапезном платье, с синяками под глазами и с худо причесанной косой: в годы отданная ученица». Однако «дамы более смотрят и мало покупают, мысленно затверживая наизусть фасоны и выкройки»1.

Очень далекий от столиц Красноярск «с 1837 по 1845 г, когда был здесь разгар золотопромышленности, изумлял всю Сибирь своею роскошью. В это время возникали здесь винные погребки с дорогими винами, магазины с готовым платьем, и показались у домов вывески разных житейских потребностей»2.

Посетив Пензу, путешественник констатировал: «В потребностях всякого рода нет недостатка, даже русская модная торговка отмечена на вывеске мадамою»3.

Саратовский чиновник, описывая город 1850‑х годов, сообщал: «Кто видел Саратов назад тому 40 лет и взглянет теперь, подивится быстрому его расширению в постройках и изумится развитию в нем коммерческих и ремесленных, промышленных и трактирных заведений. <…> Большой недостаток был в сапожниках и портных, а теперь в каждой улице и переулке найдете по три и более вывесок этих мастеров»4. Другой автор утверждал, что «лучшие здешние ремесленники во многих отношениях могут удовлетворять требования самой прихотливой и затейливой роскоши»5. Еще одно свидетельство: «В городе пусто и мало движения, и очень велико было мое удивление, когда я посетил щегольские здешние магазины гостиного двора. <…> В Саратове несколько магазинов модисток, кондитерская и даже фортепьянный мастер»6.

И. И. Фундуклей, более десяти лет (1839–1852) занимавший пост Киевского губернатора, оставил сочинение, согласно которому на 1845 год в Киеве имелось только 10 женских портных (из них 6 — иногородние), мужских портных — более 100, сапожников — 200, башмачников — 1807. «За исключением некоторых порядочных мастеров, работающих для богатых домов, все прочие по искусству — весьма посредственные ремесленники. В их изделиях заметна недоученность, небрежность отделки, совершенное равнодушие к улучшению и отсутствие всякой изобретательности в формах. Все работают по рутине, заказ по оригинальному рисунку приводит мастеров в величайшее затруднение. <…> Цены на все ремесленные изделия очень высокие и нисколько не соответствуют их достоинству»8. Десятилетие спустя магазины, расположенные в центре Киева, имели вполне благообразный вид: «Почти все дома на Крещатицкой улице каменные, двух- и трехэтажные, самой новейшей архитектуры. Все они заняты различными магазинами, весьма хорошо убранными, чистыми и светлыми, потому что все окна в них большие и нередко с цельными зеркальными стеклами <…> там находится по нескольку модных магазинов, чайных, с галантерейными вещами, суконных, ювелирных, табачных, с детскими игрушками, дамскою обувью. <…> Между магазинами встречаются кондитерские, винные погреба, мастерские: портных, сапожников, токарей и проч. и проч. Одним словом: на этой улице, похожей на Невский проспект в С.-Петербурге, можно найти самые разнообразные предметы»9.

В небольшом уездном городе Лепеле Витебской губернии в середине XIX века насчитывалось 12 портных, 2 модистки, 11 сапожников, а также 2 мастера золотых и серебряных дел. Их услугами могли пользоваться «относительно обеспеченные чиновники Березинской водной системы»10. В самом Витебске к началу 1860‑х годов функционировало более 10 модных магазинов11. Несколько ранее — в конце 1840‑х — в городе с 20‑ю тысячами жителей находили себе работу 195 сапожников и башмачников, 266 перчаточников, мужских и женских портных. Сохранился любопытный отзыв о тамошних мастерах: «Из витебских ремесленников весьма искусны в своем деле портные, сапожники и башмачники. Но у всех страсть <…> забирать вперед деньги и держать таким образом в зависимости своих давальцов»12.

Автор исследования о Гродненской губернии писал: «Искусные портные и сапожники встречаются в каждом городе; везде имеется достаточное число мастеров по разным предметам и отраслям — модистки, часовщики, золотых дел, переплетчики и других предметов роскоши — в Гродно, Белостоке, Бресте, Слониме. Качество их работ хорошее»13.

Жители Нижнего Новгорода не знали особенных проблем с приобретением качественной одежды, обуви, галантерейных изделий, предметов из драгоценных металлов. Многое привозилось на ежегодную ярмарку, но и на месте имелись многочисленные портные, модистки, галантерейщики, золотых и серебряных дел мастера. К началу 1860‑х годов в Нижнем было 154 модных магазина, по этому показателю он возглавлял список провинциальных столиц14. В середине века на Осыпной улице «в собственном доме госпожа Купресова, подражая Сихлер и Лебур, превращает лоскутки бархата, атласа, глясе, блонд, лент и прочее в дивные куафюры и шляпки, приводящие в восторг нижегородских щеголих средней руки, которые также находят, что мантильи и платья, выходящие из мастерской госпожи Купресовой, — совершенное очарование»15.

«В Харькове одних модных магазинов, из которых многие выписывают товары не из Москвы или Петербурга, а прямо через Одессу и Таганрог из заграницы, более 20 <…> все это свидетельствует об удобстве жизни в Харькове даже для богатого образованного сословия, а также и о царствующей в городе роскоши»16. Помимо модных лавок, здесь было 12 галантерейных магазинов, куда изделия поставлялись московскими, петербургскими, рижскими, варшавскими и бердичевскими купцами, причем только 1/8 часть ассортимента имела отечественное происхождение17. Кроме того, в Харьков доставляли «тайком из Одессы товар, не оплаченный пошлиной, и сбывали знакомым торговцам <…> преимущественно оптом. <…> Привозили <…> шелковые материи, настоящее голландское полотно, дорогие часы, различные бронзовые вещи, как предметы изысканной роскоши, кружева, настоящий лионский бархат, тюль, рюш, блонды, батист, настоящие французские перчатки, английские духи и вообще произведения того чудодейственного алхимика из Парижа, который когда‑то хлопотал превратить все в золото, а в девятнадцатом столетии сузил программу своей задачи и специально занялся превращением безобразных женщин в неземных существ, хотя и с очень земными помыслами»18.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.mosjour.ru/

Дата добавления: 29.01.2013