Либералы загубили российскую науку

Тезис о том, что только инновационный уклад экономики может стать залогом преодоления кризиса и обеспечить национальную безопасность, элитой большинства развитых стран мира уже давно воспринимается как аксиома. А вот зашоренное неолиберальными догматами сознание представителей значительной части российского общественно-политического истеблишмента, как оказывается, не в состоянии усвоить эту прописную истину. А некоторые адепты идей либерального фундаментализма вообще призывают государство отказаться от непомерных и малоэффективных (с их точки зрения) расходов на проведение дорогостоящих научных исследований. И, более того, – «разогнать Академию наук, уволить всех директоров, завлабов». Видимо, для того, чтобы полностью сосредоточиться на поддержке наиболее нуждающихся категорий граждан – банкиров и менеджеров крупных сырьевых корпораций, которые (складывается такое впечатление) являются чуть ли не главными бенефициарами антикризисной стратегии властей.

Естественно, что распространение такого экстремистского подхода в чиновничье-бюрократической среде не может не вызывать озабоченности со стороны представителей научного академического сообщества. В статье «Будет ли Россия мировым интеллектуальным центром?», опубликованной на портале «Движение за возрождение отечественной науки» директором Института США и Канады РАН Сергеем Роговым, содержится аргументированное опровержение целого ряда либеральных мифов об отечественной науке.

Член-корреспондент РАН приводит красноречивые цифры статистики, из которых видно, что общий объем государственных и частных инвестиций в НИОКР в России безнадежно отстает от того уровня, который демонстрируют другие ведущие центры силы на мировой арене. В соответствии с ними США обеспечивают 35% мировых расходов на НИОКР по паритету покупательной способности, Европейский союз – 24%, а Япония и Китай – примерно по 12%.

«К сожалению, Российская Федерация в группу лидеров не входит, – констатирует ученый. – На нашу долю приходится менее 2% мировых расходов на НИОКР по паритету покупательной способности и 1% – по обменному курсу. Это предопределяет деградацию научно-технического потенциала нашей страны».

По мнению Рогова, нынешняя ситуация создает угрозу национальной безопасности России. Как считает директор Института США и Канады, «сложившаяся ситуация – это результат применения в России неолиберальных экономических концепций, согласно которым любое государственное вмешательство в экономику ведет к негативным последствиям. Такая вера в «невидимую руку рынка» затронула и государственную политику в научной сфере. Фактически научной политики в России нет. В результате непродуманных реформ в 1990-е годы значительная часть отраслевой науки была приватизирована и бесследно исчезла. Резко сократилось бюджетное финансирование НИОКР. Уменьшилась почти в три раза (!) численность научных исследователей. Произошла утрата целых научных школ», – пишет Сергей Рогов.

При этом в сложившихся условиях «чуть ли не единственным уцелевшим оплотом науки в нашей стране», по его мнению, остается Российская академия наук, «главной задачей которой является осуществление фундаментальных исследований». Но и РАН, по его словам, «понесла немалые потери». Существование этой авторитетной, имеющей долгую историю и традиции организации Рогов характеризует не иначе, как «борьбу за выживание». «Не прекращаются бюрократические попытки ликвидировать этот уникальный научно-исследовательский комплекс, превратить Академию в некий «дискуссионный клуб», ввести какое-то «внешнее управление», – пишет ученый. – Похоже, речь идет не о науке, а о ведомственном контроле над финансовыми потоками и собственностью».

При этом автор статьи не призывает идеализировать работу РАН, отмечая, что «многие недостатки связаны прежде всего с мизерным финансированием Академии». Тем не менее, считает Рогов, РАН «сохраняет традиции академического самоуправления и сохраняет высокую репутацию в мировом научном сообществе. Академия остается носителем глубокой научной культуры и продолжает вести исследования по достаточно широкому фронту науки».

Далее автор демонстрирует полную несостоятельность голословных обвинений Академии в иждивенчестве. «В РАН работает всего лишь 55 тыс. из 376 тыс. российских научных исследователей (около 15%). Однако на долю РАН приходится 45% всех научных публикаций в нашей стране. Но это не останавливает кампанию по шельмованию Академии. Утверждается, что в России «научного сообщества нет, науки нет. Поэтому первое, что нужно сделать в России, – разогнать Академию наук, уволить всех директоров, завлабов». В общем, Карфаген должен быть разрушен... Давление на РАН имеет определенный подтекст, что связано с укоренившейся у нас неолиберальной экономической философией, которая оказалась дискредитированной и в США, и в Европе. Поэтому и усиливаются нападки на тех российских ученых, которые критикуют эти взгляды», – отмечает директор Института США и Канады.

Своим видением сложившейся ситуации в сфере государственной поддержки науки поделился депутат Госдумы Олег Смолин:

– Разумеется, моя точка зрения намного ближе к подходу Сергея Рогова, нежели тех, кого он процитировал. Я хочу обратить внимание, что это – далеко не первая публикация крупных и авторитетных ученых на эту тему. В частности, в последний раз по ней высказывались коллеги директора Института США и Канады, которые в настоящее время работают за рубежом.

К сожалению, эффективность подобных открытых писем и обращений оставляет желать лучшего. А что касается фактов об отсутствии в России научно-инновационной политики, то я позволю себе напомнить следующее. В 1990-е годы финансирование науки в России упало как минимум в 20 раз по сравнению с советскими временами. До сих пор оно не вышло даже на половину от того уровня, который был в советский период. Далее: в 1990-х годах количество людей, занятых в науке, упало примерно в 2,5 раза. Т. е. люди науки очень сильно пострадали от того, что называется «второй русской революцией».

При этом уровень доходов ученых упал примерно в 4, 5 и более раз. Напомню, что самую высокую официальную зарплату в СССР получал не генсек ЦК КПСС, а президент Академии наук. Профессор в РСФСР получал порядка 500 руб., в то время как секретарь райкома – порядка 300, а секретарь обкома – около 700. Сейчас же бюджетная зарплата профессора примерно в 7 раз ниже зарплаты депутата, не говоря уже о министре или лице с более высокой должностью.

Еще один факт. В настоящее время уровень финансирования науки в России в процентах от ВВП в разы ниже по сравнению с наиболее продвинутыми в этом отношении странами. К сожалению, статус «второй научной державы мира», который мы имели 20 лет назад, мы утратили.

Я поддерживаю точку зрения Сергея Рогова и думаю, что все здравомыслящие люди должны объединиться в защиту интересов науки. Поскольку другого пути в инновационную экономику и новую стадию развития цивилизации просто не существует.

Теперь что касается «бездельников». Наверное, такие есть и среди ученых. Но я бы напомнил, что среди российских экономистов, управляющих нашей политикой, и политиков, управляющих нашей экономикой, есть масса людей, которые приносят прямой вред. Так что уж лучше бы они ничего не делали вовсе, чем то, что они делают сейчас.

Автор: Кирилл Говоров.

Обсудить