В тяжких преступлениях все чаще виновны мигранты

Глава Следственного комитета предлагает дактилоскопировать всех приезжих

Представители российских силовых структур в силу характера профессиональной деятельности стали одними из первых ответственных должностных лиц, кого постигло «неожиданное» прозрение по поводу тупиковости нынешнего курса по превращению России в проходной двор для мигрантов. Глава Следственного комитета Александр Бастрыкин признал вчера, что именно высокий уровень криминализации приезжих (а отнюдь не врожденная ксенофобия русских, в чем нас усиленно пытаются убедить русофобствующие либералы) является одним из главных факторов, провоцирующих резкий рост межэтнической напряженности.

По его словам, количество преступлений, связанных с экстремизмом в России, возросло почти на 20%. «Скажем откровенно (и мы уже не раз об этом говорили): одним из факторов, в большинстве случае играющим на руку различного рода разжигателям национальной вражды, является преступность мигрантов», – констатировал главный российский следователь. А к его словам стоит прислушаться: ведь его ведомству, наравне с МВД, чаще других приходится сталкиваться с последствиями политики открытых дверей.

Бастрыкин сообщил, что в последние годы наблюдается устойчивый рост числа преступлений, совершенных иностранцами: «В прошедшем году по всей стране расследовано уже почти 49 000 преступлений, совершенных иностранными гражданами и лицами без гражданства. Из них более четверти – тяжкие и особо тяжкие деяния, зачастую приобретающие групповой характер, нередко бесчеловечные и циничные».

В качестве одной из мер по противодействию этнопреступности Бастрыкин снова напомнил об идее проведения дактилоскопической и геномной регистрации всех мигрантов (российским либералам, впрочем, тут сразу же мерещится призрак «полицейского государства»). По мнению Бастрыкина, необходимо ввести специальную правительственную программу, которая предусматривала бы полный учет приезжих. В качестве примера он привел недавний теракт в аэропорту Домодедово, который удалось раскрыть именно благодаря дактилоскопической базе (в ней, кстати, к настоящему времени уже собраны отпечатки пальцев 35 млн человек).

Однако весомость этого, да и многих других аргументов не убеждает руководство Федеральной миграционной службы – ведомства, которое непосредственно отвечает за миграционный контроль. Официальный представитель ФМС Константин Полторанин тут же, не мудрствуя лукаво, сослался на неподъемные финансовые издержки, которые повлечет поголовное дактилоскопирование: «Если говорить обо всех иностранцах, въезжающих в Россию, то такая программа потребует огромных затрат для того, чтобы оборудовать все пограничные пункты пропуска аппаратурой».

Инициативу Следственного комитета комментирует российский общественный деятель, политолог Андрей Савельев:

– Здесь мы видим межведомственный конфликт. По сути дела, он связан с конкуренцией за средства из бюджета. Вопрос заключается в том, кто конкретно будет «снимать пальчики». На самом деле, хотя чисто технологически это – вполне решаемая задача, она действительно является достаточно затратной.

Мы знаем, что миграционное законодательство в США – чрезвычайно жесткое. Попробуй просто так бесконтрольно въехать в эту страну и нарушить хотя бы самое незначительное положение законодательства! У нас же реализована политика открытых дверей: миллионы людей бродят туда-сюда. Какие тут «пальчики», о чем вообще идет речь?!

У нас – больше 10 млн нелегальных иммигрантов, а соответствующее законодательство не выполняется. Страна переполнена этническими бандами, которые в подавляющем большинстве формируются несоциализированными и не знающими русского языка приезжими. Конечно, некоторые приезжие действительно занимаются делом – их нам показывают по телевидению. А другие, которых не показывает ТВ, формируют этнические банды, живут в подвалах вместе с крысами и тараканами, выползая оттуда лишь для того, чтобы совершить преступление, либо чтобы просто прокормиться, либо удовлетворить звериные сексуальные инстинкты.

Пока разговор во власти идет не о том. Это происходит, потому что изначально были поставлены неправильные цели. А целью должно быть прекращение миграции.

Учет мигрантов не помогает достижению этой цели. Снизить преступность лишь с помощью «снятия пальчиков» не получится. Проще и эффективнее было бы ограничить въезд мигрантов. Пусть работодатели платят местным жителям, а массово завозить сюда мигрантов нужно прекращать, как легальных, так и нелегальных. Потому что, в любом случае, это – группы риска, из которых могут формироваться сообщества с преступными наклонностями. А как регистрировать – по бумажкам, «пальчики» брать или с помощью генетического материала – это не имеет значения.

Человек на такой должности, которую занимает Бастрыкин, должен мыслить как государственный деятель, а не просто как ведомственный чиновник. Т. е. он должен сказать, что источником преступности является иммиграция. Он, правда, об этом сказал, но не сказал о том, что миграция должна быть прекращена.

Что касается Федеральной миграционной службы, то она выполняет чисто техническую функцию: ей поручено регистрировать мигрантов на въезде и выезде и выдавать соответствующие бумажки. Они не следят за тем, что мигранты превращаются в преступников. Это – как раз дело Следственного комитета, который должен высказать свое мнение главе государства, что политику открытых дверей следует прекращать и разрабатывать систему мер, нацеленную на полное прекращение миграции в нашу страну.

Получается, Бастрыкин знает диагноз и причины болезни, но не говорит об адекватных способах ее лечения. Какой же он тогда «врач», и как он может «лечить» преступность, если поставил диагноз, но не знает методов лечения?