Восточноевропейский «дом» горит

Нерешительность и бездействие ЕС грозит разрушить веру в единую Европу

Если ЕС и знает, как побороть огненный смерч, бушующий в Восточной Европе, он держит ответ при себе. Но чем дольше страны-участницы сидят сложа руки, тем сильнее риск того, что пожар охватит весь континент и нанесет непоправимый ущерб главному стремлению ЕС к расширению и углублению Союза.

Бесконечные раздоры на заседании министров иностранных дел стран Союза, проходившем на этой неделе в Брюсселе, словно символизировали все изъяны и неэффективность его механизмов. Вместо того чтобы срочно разработать необходимые меры в связи с волной дефолтов в Венгрии, резким сокращением производства в Польше, распадом коалиционных правительств в Прибалтике или уличными акциями протеста на Украине, участники впустую тратили время, обсуждая малопонятный спор между Словенией и Хорватией о рыболовстве в Адриатическом море.

Богатые западноевропейские государства, прежде всего Германия, опасаются, что возникшая на Востоке нестабильность может ухудшить их собственную и без того непростую экономическую ситуацию. Объем кредитов, выданных австрийскими банками восточноевропейским странам, к примеру, составляет до 80% ВВП самой Австрии. В этом году кредиторы с Востока должны выплатить западным банкам задолженность, достигающую в совокупности 400 миллиардов долларов. Если этого не случится, никто в Европе не убережется от 'пожара'.

Однако беспокойство насчет распространения эпидемии кризиса не помешало 'старой Европе' положить под сукно разработанной Еврокомиссией план, предусматривающий выделение 5 миллиардов евро на энергетические и иные инфраструктурные проекты. Этот план является одним из элементов двухсотмиллиардного 'пакета' стимулов, который, по мнению стран Южной Европы вроде Испании и Греции, создает неправомерные льготы для членов ЕС с Востока. Что же касается британского правительства Гордона Брауна с его 'евроскепсисом', то оно, похоже, вовсе закрывает кошелек для 'новобранцев' Евросоюза.

Президент Всемирного банка Роберт Зеллик (Robert Zoellick) заявляет, что ЕС должен взять на себя инициативу в деле спасения Восточной Европы. Однако Еврокомиссия, как сообщается, уже потратила почти половину своего двадцатипятимиллиардного фонда для чрезвычайных расходов на помощь Венгрии и Латвии. Чтобы добиться результата, потребуются куда большие суммы. Однако богатые страны ЕС не торопятся раскошелиться, а частные капиталы, поскольку западные банки стараются сократить риски, 'бегут' из региона.

Совершенно неясно, кто, за исключением разве что 'услужливых' японцев, откликнется на призыв ЕС, поддержанный Вашингтоном, удвоить имеющийся в распоряжении МВФ объем средств на экономическую помощь. Как бы то ни было, уже сам этот ход свидетельствует о политическом бессилии - он равносилен косвенному признанию того факта, что объединенная Европа, где многие 'новобранцы' (и два 'ветерана' - Британия и Дания) еще не перешли на евро, не имеет финансовых институтов в масштабе всего союза, способных предоставлять странам-участницам эффективную финансовую поддержку.

Финансист Джордж Сорос (George Soros) недавно заметил: нынешний кризис 'убедительно продемонстрировал преимущества единой валюты'. По его мнению, собрать столь необходимые средства для финансовой помощи позволит создание 'рынка государственных облигаций в масштабе еврозоны'. Другие наблюдатели также выступают за ускоренное расширение зоны евро и включение в нее 'отстающих', например, Польши. Но даже если бы эти идеи представляли собой гарантированный рецепт преодоления экономических трудностей Восточной Европы, в политическом плане, пусть и по разным причинам, они абсолютно неприемлемы для Британии и Германии.

Нерешительность ЕС, если она не будет преодолена, чревата множеством политических последствий, но на общем фоне выделяются два основных. Одно из них состоит в том, что с расширением ЕС на восток, уже затормозившимся из-за тупика с Лиссабонским договором, будет окончательно покончено.

Не только Сербия, чье присоединение к Союзу в любом случае задерживается из-за того, что Ратко Младич (Ratko Mladic), обвиняемый в военных преступлениях, до сих пор не арестован, но и Черногория, Македония, другие балканские страны и Турция столкнулись с тем, что их шансы на вступление в ЕС за последние месяцы - безжалостно выявившие слабые стороны объединенной Европы в экономическом, политическом и институциональном плане - резко снизились.

'Выпасть из обоймы' могут также Армения, Азербайджан, Грузия, Молдова, Беларусь и Украина - потенциальные участники новой еэсовской программы 'восточного партнерства', которая должна вступить в силу в мае. Эта схема, представляющая собой элемент амбициозного плана в сфере государственного строительства и развития демократии, предусматривает расширение сотрудничества в сферах свободной торговли, экономики и безопасности.

В обмен ЕС рассчитывает усилить свое влияние, обеспечить себе неконтролируемые Россией маршруты энергоснабжения и в целом ослабить позиции Москвы в бывшей советской сфере интересов. Теперь все это, однако, может оказаться под вопросом из-за разногласий в Брюсселе по главному вопросу: как быть с той частью Восточной Европы, что уже входит в состав Союза.

Второй политический результат нынешней ситуации связан с расколом и разочарованием, которые все эти колебания породят в рядах 'новобранцев' ЕС. Если богатые страны Союза увеличивают государственные расходы для смягчения последствий спада, то некоторые из стран, недавно вступивших в него, вынуждены сокращать бюджеты.

«Непосредственное чувство собственной беспомощности, возникшее у стран Центральной и Восточной Европы, усугубляется более глубоким ощущением того, что их модель роста, утвердившаяся в период после окончания 'холодной войны', оказалась несостоятельной, - отмечает Катинка Барыш (Katinka Barysch) из Центра европейских реформ (Centre for European Reform). - Ингредиенты прошлых успехов - либерализация торговли, открытость для инвестиций и продажа местных банков западноевропейским финансовым институтам - оставила эти страны незащищенными. ЕС, игравший роль 'якоря' реформ, утрачивает влияние и доверие».

Другими словами, вера в концепцию единой и свободной Европы оказалась под угрозой подрыва. Как и многие предыдущие потрясения исторического масштаба, кризис 2009 г. ставит под вопрос само будущее объединенной Европы.

'''Саймон Тисдолл, «The Guardian», Великобритания'''