Росгвардия на охране школ: как вам идея?

Для предотвращения инцидентов с оружием в школах в Госдуме предлагают передать охрану Росгвардии 

О возможных мерах, которые могут быть приняты для повышения безопасности учащихся и учителей рассказал зампред комитета Госдумы по образованию и науке Борис Чернышов.

Росгвардия © РИА «Новости», Михаил Воскресенский

«По ситуации в Курганской области — призываем вернуться к вопросу привлечения мужчин-учителей в школу, это крайне важно. В семье, в которой мама растит девочку одна, не хватает времени и мужчины, который мог бы дать мужской компонент воспитания. Второй момент — фильтровать информацию. Раньше, когда кто-то обижался на одноклассника в школе, то могла быть потасовка или грубая брань. Сейчас телеканалы, интернет рассказывают о том, как ещё можно вымещать злобу. Третий момент связан с заменой ЧОПов и бабушек, которые сидят на первом этаже, на Росгвардию, которая возьмёт под контроль порядок в школе», — приводит RT слова депутата.

Так же Чернышов отметил необходимость повышения квалификации школьных психологов, и усиления их работы с проблемными детьми.

Напомним, что речь идет об инциденте, происшедшем 21 марта в школе Курганского района. Ученица 7-го класса принесла в учебное заведение пневматический пистолет и обстреляла из него своих одноклассников, причинив незначительные травмы (ссадины и синяки) семерым их них.

Нужно отметить, что предложения Бориса Чернышова довольно необычны. Как правило, в подобных ситуациях, депутаты чаще всего демонстрируют негодование, желание найти «виновных», на которых можно возложить ответственность, и стремление решить все одним махом, что-нибудь запретив или ограничив.

То есть показывают свою решительность, предлагая «простые решения» целого комплекса весьма сложных проблем.

Но в данном случае заместитель председателя комитета Госдумы по образованию и науке показывает совершенно другой подход к вопросу, намереваясь всерьез заняться его решением, а не изобразить кипучую деятельность.

Он абсолютно справедливо указывает на то, что подобные инциденты результат серьезных проблем, с которыми дети и подростки сталкиваются в семье и в общение со сверстниками. А так же то, что информационное пространство, окружающее молодежь, услужливо подбрасывает деструктивные, а то и откровенно суицидальные «пути» реагирования на эти вызовы.

Но если работа с мировоззрением детей, с их нравственным воспитанием, а также изменение агрессивной и разрушительной окружающей информационной среды, предполагает долгосрочные программы, то меры усиления безопасности можно реализовать быстро.

Как указал Чернышов, сотрудники ЧОПов, ныне охраняющих российские школы, как правило, не в состоянии предотвратить пронос в здания учебных заведений оружия, не говоря уже о способности пресечь силовой прорыв. Так что привлечение к охране школ (по крайней мере, в больших и средних городах) Росгвардии, а так же установка средств технического контроля, в том числе, рамок металлоискателя и рентгеновского сканер сумок.

Конечно и эти меры, не дадут стопроцентной гарантии безопасности, тем более, что школьникам сегодня угрожают не только одноклассники, притащившие в школу оружие.

Известны многочисленные случаи, когда прямо в учебных заведениях или возле них распространяются наркотические вещества, когда школьников вовлекают в криминальные или экстремистские сообщества, подталкивают к противоправной деятельности.

Борис Чернышов правильно отметил необходимость активизации работы школьных психологов, которые сегодня во многих школах отсутствуют, или имеют недостаточную подготовку, и выполняют свои обязанности слишком формально.

Но ситуация такова, что усилий психолога, чтобы спрофилактировать противоправные действия учеников и возможные инциденты, может быть не достаточно. Очевидно, что нужна полноценная оперативная работа в школе. Идея школьных участковых или школьных инспекторов реализовывалась в ряде Субъектов Федерации, впрочем, их работа чаще всего сводилась к координации усилий школ и территориальных органов внутренних дел. Но этого явно недостаточно – «школьный инспектор», или, скажем «заместитель директора по режиму» - должен быть максимально информирован обо всем что происходит в школе – кто неформальный лидер, кто неблагополучен, у кого какие проблемы.

Следует отметить, что в наше время, благодаря существованию социальных сетей, сбор такого рода информации не слишком сложен. Кроме того, большим подспорьем в этом может быть постоянный контакт со всеми педагогами.

Эту работу могут осуществлять сотрудники оперативных служб, вышедшие на пенсию, и получившие определенную педагогическую подготовку.

Возвращаясь к проблеме собственно «школьных расстрелов» можно вспомнить старую истину, что «убивает не оружие, а люди». Действия большинства «школьных стрелков», в том числе, и курганской семиклассницы, показывают, что они не вполне понимали, что делают, что такое оружие, и что за всем этим последует.

В связи с этим, можно вспомнить совершенно правильный опыт советского образования, когда у школьников воспитывалось то, что называется «оружейная культура». Ученики знакомились с оружием и правилами обращения с ним на уроках начальной военной подготовки и в стрелковых кружках. Пневматические, а то и малокалиберные тиры были в большинстве учебных заведений.

В школе, в которой учился я, тира не было, но под него переоборудовался класс НВП – сдвигались парты, устанавливался импровизированный пулеулавливатель, и мы стреляли по бумажным мишеням. Отмечу, что к «духовушкам - переломкам» мы относились с полной серьезностью, как к настоящему оружию.

Что же касается позиции Бориса Чернышова, то очень важно, что он никоим образом не связывает данную проблему с вопросами оборота оружия, к чему склонны некоторые наши законодатели. Такой подход нисколько не способствует проблеме ее решения, поскольку является попыткой «искать не там где потерял, а где светлее».