С западного «корабля» побежали первые «крысы»?

Ситуация в экономике ухудшается, репутация чиновников МВФ падает, и скоро им придется отвечать на крайне неудобные вопросы

Для начала – сухое информационное сообщение с сайта Русской службы BBC:

«Известный специалист в области маркетинга и бизнес-стратегий Питер Дойль заявил, что ему стыдно за то, что его имя ассоциируется с Международным валютным фондом.

Питер Дойль покинул МВФ, где проработал в течение примерно 20 лет. В письме на имя исполнительного директора он обвинил организацию в некомпетентности.

В частности, как указывает Дойль, МВФ не предупредил о грядущем мировом финансовом кризисе и кризисе еврозоны. Дойль также негативно отозвался о действующем руководителе МВФ Кристин Лагард, которая, как он утверждает, была назначена на этот пост незаконно».

РБК к этому добавил: «По словам П.Дойла, МВФ «систематически скрывал информацию о положении дел в мировой экономике», что в итоге привело к финансовому кризису 2008 года. Кроме того, по мнению экономиста МВФ, «не удалось эффективно и быстро решить проблему долгового кризиса в Евросоюзе», а нынешние действия фонда, убежден экономист, «только усугубляют проблему». «Вместо того, чтобы возглавить процесс выхода из кризиса, МВФ только отвечает на проблемы, количество которых все растет», – отметил П.Дойл в своем заявлении об уходе.

Еще одной ошибкой МВФ, считает П.Дойл, является система выбора руководства, благодаря которой «у руля всегда находятся европейцы». «Назначения на пост главы МВФ в течение последних 20 лет были катастрофически неподходящими, – считает П.Дойл. – Кристин Лагард при всей ее целеустремленности не сможет исправить того, что наворотили ее предшественники».

Это – не шутка. Более того, это крайне важная вещь, и ее нужно самым подробным образом разобрать. Прежде всего – о роли МВФ в старой системе. МВФ создан в рамках Бреттон-Вудских соглашений как инструмент внедрения «правил игры» западной системы на все страны мира, в т. ч. за счет финансирования соответствующих реформ. Отметим, что СССР подписал Бреттон-Вудские соглашения, однако они не были ратифицированы. Если бы все сложилось иначе, может быть, и развитие МВФ пошло бы по другому пути, однако случилось то, что случилось. В любом случае, МВФ стал тем центром, в котором разрабатывались либеральные реформы, в рамках которых экономика отдельных стран включалась в западную систему разделения труда, причем так, чтобы обратного выхода уже не было.

Поскольку эту систему реформ нужно было еще разработать и адаптировать к конкретной стране, то естественно, что именно МВФ стал тем центром, в котором создавалась и конкретизировалась соответствующая модель описания мировой экономики. И все шло замечательно (проблемы были только в 70-е годы), до тех пор, пока в начале 2000-х гг. некоторые дела пошли явно не так. При этом первые годы (даже после фондового обвала 2001 года, который списали на теракты 11 сентября) у всей «группы поддержки» либеральных экономических реформ (куда относятся и крупнейшие западные университеты, и руководство центральных банков, и аппараты министерств финансов, и многочисленные экспертные организации, крупные банки и финансовые институты) было ощущение, что речь идет лишь о временных трудностях, связанных с циклическими процессами в экономике. Это хорошо видно по моей дискуссии с одним из лидеров российской «группы поддержки» либеральной западной группы Сергеем Гуриевым.

Но далее проблемы стали усиливаться, и у лидеров этой весьма многочисленной группы стали назревать серьезные неприятности. Прежде всего потому, что реальные политические лидеры западных стран были все более и более недовольны сложившейся ситуацией – настолько, что всерьез начали рассматривать вопрос о том, чем можно заменить нынешние экономический мейнстрим и выстроенный на его основании административно-бюрократический аппарат. Пока, правда, только в кулуарах, но уж коли процесс начался, он рано или поздно выйдет и на поверхность.

И вот в этой ситуации у тех чиновников (и, быть может, экспертов), у которых еще есть возможности продолжать карьеру, возникает вопрос: а стоит ли связывать свою судьбу с явно обанкротившимся учением и уже неработающей моделью? Понятно, что у «шнобелевских лауреатов», пожилых профессоров и видных функционеров такой возможности нет, но у среднего звена что академической, что бюрократической вертикали уже явно нет желания входить в историю в качестве участников одного из самых крупных провалов в истории – что научного, что аппаратного. Одно дело – закрывать глаза на откровенное манипулирование и передергивание в ситуации, когда все считают, что это – правда, и совсем другое дело – когда все понимают, что речь идет об откровенном вранье.

Я хорошо помню, как, придя в начале 1993 года в команду «молодых реформаторов», начал в какой-то момент понимать, что они (по крайней мере в некоторых моментах) занимаются откровенным мошенничеством, и спрашивал об этом тех, кто казался мне более адекватным. Ответы были достаточно типовыми: не нужно на этом зацикливаться, кто ж тебе еще даст такие деньги и будет приглашать на международные конференции за свой счет? Позиция понятная, но в нынешней ситуации эти конференции и гранты могут быть неправильно поняты и стать серьезной обузой для построения будущего.

Разумеется, пока не в нашей стране (что хорошо видно по новому составу экспертного совета при президенте: там как раз сосредоточились наши либерал-реформаторы), мы тут глубоко вторичны, но на Западе – так уж точно. И вот что делать в такой ситуации? Говорить, что, мол, 20 лет работал, считал, что все хорошо, а сейчас прозрел? Звучит как-то неубедительно. Совсем другое дело, если сказать, что всё понимал и раньше, но коварные начальники в рамках корпоративной политики и жесткой вертикали запрещали говорить правду. И скрывали эту правду в т. ч. и от политического руководства, для чего даже фальсифицировали отчетность.

В конце концов, я же сделал что-то такое. Правда, прежде чем подать в отставку, попытался довести до высшего руководства страны реальную ситуацию, но фокус до конца не прошел: пробить «либеральную» солидарность нам тогда не удалось. Впрочем, тогда время для этого еще не пришло, в нашей стране оно и сейчас еще не пришло. А вот на Западе...

Я не исключаю, что приведенная в начале этого текста история – только первая ласточка. Ситуация в экономике продолжает ухудшаться, репутация чиновников МВФ и представителей экономического мейнстрима, где бы они ни работали, падает, очень скоро им придется, нравится им это или нет, отвечать на крайне неудобные вопросы. И в этой ситуации тот, кто сбежит первым, может получить вполне приличные дивиденды

В общем, если эта гипотеза верна, то, скорее всего, она означает, что в достаточно близком будущем нас ждут серьезные экономические неприятности.