Генсеками не рождаются

Боюсь, что сейчас эта книга не вызовет большого интереса у широкой аудитории, но все равно я уверен, что нынешние молодые историки еще будут этот период советской истории изучать, причем изучать объективно, именно как историки, не отягощенные идеологическими либеральными шорами из 90-х годов.

А работы Брежнева как раз и интересны тем, что они рассказывают нам не о Брежневе, а о его современности, как она воспринималась тогдашним обществом. И не так важно, кто на самом деле был автором этих текстов: тогда стояла задача укрепления связи советской власти, коммунистической партии с населением. И тексты Брежнева составлялись именно так, чтобы читатель не чувствовал дистанции между собой и властью; они писались на его – читателя – языке.

И в этом смысле эти произведения представляют, несомненно, большой интерес для беспристрастных исследователей как возможность всеобъемлюще погрузиться в атмосферу брежневской эпохи. Хотя надо сказать, что молодежь того времени уже достаточно скептически относилась к этому, как теперь говорят, дискурсу, к стилю, к рассуждению.

Кстати, некоторые вещи Брежнева – например, «Новая земля», – были в школьной программе, и лично я могу сказать, что в большинстве своем мы все же видели в этих текстах некую агитку. Но, как бы то ни было, это никак не умаляет их достоинства как, прежде всего, яркого документального свидетельства эпохи.