Гальванизация «Суперджета»: Минпромторг собрался довести до ума самолет, который больше не выпускают

Авиаконструктор Дмитрий Дьяконов: «Программу можно назвать хоть „1000 самолётов“, хоть 2 тысячи. Ни одного не будет. Сам по себе самолёт — это как вишенка на торте. А должен быть сам торт — отрасль по производству самолётов»

Минпромторг на портале государственных закупок сообщил о поиске подрядчика для проведения работ по улучшению характеристик самолетов SSJ 100. Это — старый самолёт, выпуск которого начали в 2007 году, и сейчас он больше не производится. Все ожидают сертификации импортозамещённого «Суперджета» SJ 100.

Стоимость контракта на доделку устаревшего «Суперджета» озвучена Минпромторгом — она 4,5 млрд руб. Сумма — явно недостаточная для серьёзной модернизации самолёта, что вызывает подозрения в ее грядущем нецелевом использовании, скажем так.

Ради чего Минпромторг выделил эти бюджетные миллиарды? На этот вопрос «Свободной Прессы» ответил главный конструктор КБ-602, преподаватель инженерного вуза Дмитрий Дьяконов.

— Есть крылатая фраза «Пути Господни неисповедимы», которая иногда приписывается Соломону.

Вот если говорить о Минпромторге, то данную фразу можно считать девизом этого ведомства. Действия Минпромторга настолько непонятны и неочевидны, что мы можем строить только предположения — от самых лучших до наихудших.

Но не может быть понятного обоснования для улучшения самолёта, который у нас больше не делается и делаться не будет.

Однако как инженер я могу сказать, что иногда возникает частная задача, ради которой трудно выбить финансирование, но можно выделить необходимые средства под предлогом реализации какой-то более крупной программы…

— Например, под предлогом модернизации «Суперджетов» прошлого поколения обкатать новые отечественные литиевые аккумуляторы на старых лайнерах, которые пока ещё используются?

— Да, вполне возможно, что реализуется решение сделать что-то, к сожалению, не вошедшее в бюджет или федеральную программу, но необходимость в такой работе существует.

Сумма — 4,5 млрд — не ахти какая, но частную задачу решить можно, если ставить это оборудование на уже готовый самолёт.

Поэтому остаётся гадать: от самого плохого — попилили и порадовались, до самого хорошего — о том, что нашли некий способ профинансировать действительно нужную работу, которая не попала под статьи бюджета.

— На авиасалоне в Индии было озвучено, что дружественная страна станет производить наши «Суперджеты» прошлого поколения, поскольку против этого государства нет санкций, и там можно закупать французские и американские комплектующие для SSJ 100. Могут эти миллиарды Минпромторга быть направлены на то, чтобы помочь нашим индийским партнёрам?

— Я сомневаюсь. Тот «Суперджет» создавался, когда перед ОАК была поставлена задача: «как можно быстрее». И как можно плотнее интегрировать самолёт с западными технологиями.

Мы делали фактически только «тушку» — фюзеляж, а всё остальное: двигатели, авионика, салон, системы обслуживания и так далее — давали западные предприятия. Индия, вероятно, тоже начнёт с такого подхода: и нашим, и вашим, и рыбку съесть и косточки сохранить.

То есть — русская «тушка», американские двигатели, французские кресла в салоне.

Но планы у Индии далеко идущие, они хотят в итоге прийти к своему собственному, эксклюзивному гражданскому самолёту через эту комбинацию технологий разных стран мира. Создать собственную конструкторскую и инженерную школу.

И в этом смысле какая-то наша помощь в несколько миллиардов рублей — это смешно. Они планируют вложить в отрасль десятки или сотни миллиардов, и не рублей.

И «дядя Сэм», чтобы там не говорили о независимости Индии, тоже диктует им пока свои условия: хотите брать русскую «тушку» — да нет проблем. Но моторы будут американские, и авионика тоже.

Поэтому эти миллиарды Минпромторга — не для Индии, я думаю.

— Вернёмся к нашим делам. Самолёт Ил-114−300 завершил лётные испытания. Сертификат типа ему будет выдан в ближайшее время. «Суперджет» нового образца — на подходе, ситуация с МС-21−310 сложнее, но и этот самолёт постепенно движется к разрешению на полёты. Насколько долгим будет путь от получения разрешений до реального производства в необходимом количестве?

— Как говорится, танцуем от печки, и кадры решают всё. Помимо той задачи, которая поставлена властью сверху, должны быть люди, которые способны её реализовать.

Под каждую железку для самолёта должны быть мощности, инженеры и мастера высокой квалификации, которые её изготовят.

Нужны работники смежных предприятий. А их должны выпускать наши профессионально-технические училища, техникумы, вузы.

Эти учебные заведения должны не просто выдавать дипломы и выбрасывать выпускников на произвол судьбы, а готовить их к конкретной работе.

Всего этого единого комплекса подготовки кадров под конкретную цель мы пока не видим.

— Легендарная программа «1000 самолётов», которую представили Путину и Мишустину в 2022 году, может стартовать вряд ли раньше сроков её обещанного окончания, это уже всем ясно. Но все же: начнёт ли она исполняться, пусть и на десять лет вправо?

— Программу можно назвать хоть «1000 самолётов», хоть 2 тысячи, хоть 10 тысяч… Ни одного не будет. Сам по себе самолёт — это как вишенка на торте. А должен быть сам торт — отрасль по производству самолётов.

Она должна быть насыщена людьми, а под каждым словом программы должен быть документ, в котором сказано: где готовят работников для того или иного предприятия, какие условия предлагаются выпускникам, чтобы они охотно шли служить по полученной ими специальности.

И очень важно, чтобы под этой программой, неважно какого количество самолётов, были указаны имена ответственных за исполнение и названия учебных заведений, которые готовят технические кадры.

А у нас под программой «1000 самолётов» даже названия заводов, где их должны делать, не указаны. Где делают металлический прокат, композиты, кто должен выпускать двигатели и запчасти к ним — этой ключевой информации нет в программе, и спрашивать не с кого.

Вот вы приходите в ресторан. Там вам подают красивое и вкусное блюдо. А это — целая индустрия. Производство керамики, фермерская продукция; на уборщицу и мойщицу посуды работает весь химпром государства, чтобы у вас было всё чисто, вкусно и полезно. Целый государственный механизм работает, чтобы вы могли покушать.

А вот в отечественном авиапроме ничего этого нет.