Алекс Керви и Александр Аронов «Torff» (компакт-кассета)
«Чего он только не успел!» Эти слова Ильи Кормильцева, сказанные в адрес Алекса Керви, можно, на самом деле, применить к обоим участникам данной записи. Алекс Керви в особых представлениях не нуждается: писатель, переводчик, издатель знаменитой «оранжевой» серии гонзо-литературы, радиоведущий и продюсер. А с учетом музыкального образования и опыта игры в рок-группе и джаз-банде, рано или поздно он должен был попробовать себя в амплуа мелодекламатора.
Второй элемент этой системы — Александр Аронов. Панкам и прочим неформалам он известен как создатель группы «День Донора». Но сейчас он погрузился в авангардную электронику и работу недавно созданного лейбла, релизы которого регулярно выходят на компакт-кассетах. Символично, что первый ароновский релиз музыкального издательства Torch Project был как раз оформлен в стиле оранжевой книжной серии «Альтернатива», коллаборация с Керви в амплуа проекта Torf была для него неминуема.
Итак, в альбоме Алекс Керви и Torff первый читает мрачноватые прозаические миниатюры, а второй – отвечает за завораживающе монотонное электронное обрамление к ним. «Торфяные» треки звучат как отдельно, так и в виде ненавязчивой подкладки к произносимым текстам. Это и взаправду торф — рыхлый, вязкий, легко воспламеняющий и прекрасно удобряющий собой провокационные сочинения Алекса Керви.
Первая сторона кассеты — витиеватые размышления писателя о природе насилия, смысле жестокости, необходимости идти до конца во всем. В зарисовке «В пацана пли» описана история деревенского шамана, который не смог дать своим односельчанам радости с помощью своих «волшебных» грибов. А попытка накормить ими ребенка кончилась для проводника между мирами и вовсе плачевно. В «Переходе» Керви очень нелицеприятно высказывается в адрес тех, кто смакует сцены насилия. Таким людям (или нелюдям) он предлагает употребить яд из красивой упаковки.
Вторая сторона содержит стихи Алекса Керви, приближающиеся по своей структуре к песенным текстам. В них есть повторяющиеся рефрены («В саду Маркиза де Сада») и вольные отсылки к советскому песенному наследию, вроде «Темной ночи». Кажется, тандем намеренно не стал превращать эти мелодекламации в полноценные песни, подчеркивая непроходимую пропасть между героизмом и подлостью, умиротворением и суетой, святостью и порочностью. «Двуглавый пес» новых кремлевских опричников настороже и бдит!
Комментарии читателей Оставить комментарий