И вновь продолжается бой: ветераны и квартирный вопрос

Приближается День Победы. Вся страна готовится чествовать и поздравлять наших ветеранов, благодарить их за победу, дарить им цветы. И мало кто задаст себе вопрос, почему о ветеранах мы вспоминаем только перед 9 мая? И уж совсем маловероятно, что такой вопрос зададут себе чиновники, каждый год обещающие предоставить ветеранам квартиры

Ветераны войны — льготная категория граждан. В России это означает, что весь свой день они должны проводить на ногах, собирая всевозможные справки по разным инстанциям. Особенно если ветеран стоит в очереди на квартиру. Бюрократы, которые плачут в День победы крокодиловыми слезами, обнимая сухонького старичка, чей китель с орденами и медалями весит, едва ли не больше него самого, на следующий день откровенно издеваются над тем же самым стариком, требуя от него справки о том, что он воевал, о том, что он инвалид, и о том, что он вообще существует.

По данным Минздравсоцразвития, сегодня в России живет 2,98 миллиона ветеранов Великой Отечественной войны. 576 319 из них - инвалиды и участников войны, остальные – труженики тыла. Всем им, согласно обещаниям президента, министров и чиновников, положено жилье. Положено, но не дают. Всем, по крайней мере. Десятилетиями эти люди вынужденны стоят в очередях на получение жилья. В очередях стоят миллионы, а квартиры получают лишь десятки человек. При этом властью эти подачки преподносятся как исключительная щедрость и гигантский шаг навстречу нашим ветеранам.

Так, например, в Подмосковье на днях областное правительство с гордостью рапортовало о том, что целых 40 ветеранов Великой отечественной войны до конца мая смогут въехать в новенькие квартиры. «Бесплатные квартиры», - особо подчеркивают чиновники.

Что ж, хотя бы 40 стариков дождались, наконец-то. А вот 427 854 ветерана в прошлом году не дождались. Они умерли. А сколько умрет в нынешнем году?

Мария Макаровна Федорова, 86 лет, сейчас живет в избе, хотя даже избой это полуразвалившееся строение назвать уже не поворачивается язык. Туалет на улице, вода — из колонки, отопление — дровяная печь.

Впервые она обратилась к городской администрации еще два года назад, когда узнала, что Дмитрия Медведев подписал приказ «Об обеспечении жильем ветеранов ВОВ 1941–1945 годов». В администрации города, пишут «Новые известия», Марие Макаровне ответили коротко и ясно: «Вам президент обещал, вот пусть он вам и выдает квартиру». В добавок пожилой женщине попеняли на то, что она не стояла в очереди на жилье, и успели пожаловаться, что денег в бюджете на стариков нет. Сразу две причины, что бы не заниматься проблемами стариков.

А сколько таких обиженных Марий Макаровн по всей стране?

Впрочем, даже встать на очередь для ветеранов иногда превращается в целую эпопею.

«В доме отсутствует канализация и водопровод, удобства на улице, а воды нет даже на улице, что мне, пожилому человеку, крайне неудобно. После зимы дом разламывается на глазах. Провалились полы, во многих местах течет крыша, фундамент разваливается, и дом сильно накренился, мне страшно в него заходить», - пишет письмо президенту 86-летний ветеран Владимир Алексеевич Вяткин из города Кохма Ивановской области.

Недавно Ивановский районный суд постановил, что Владимир Алексеевич не имеет никакого права даже претендовать на новую квартиру. Суд приговорил Владимира Алексеевича доживать свою жизнь в невыносимых условиях. За что? Наверное, за то, что вовевал.

На День победы Владимир Алексеевич пойти не сможет — он вообще не может ходить в последнее время. Соцработники к больному старику заглядывать не хотят, за ним присматривают лишь его дочь, да наемные сиделки.

Ветераны, которые с оружием в руках или сутками у станка ковали свободу для нашей страны, на закате жизни снова вернулись на поле боя. Как будто не было тех счастливых послевоенных лет. Снова ожесточенные бои, только уже не на поле боя против захватчиков, а в коридорах и кабинетах с бюрократами. Снова многочасовые дежурства, после которых немеют ноги, но уже не у станка, а в ожидании аудиенции очередного чиновника в мягком кресле.

Ветераны — крепкие, им не привыкать. А как нам жить с этим?