«Оскар» попался на допинге

Антироссийская направленность победивших фильмов настолько откровенно лежит на поверхности, что не заметить ее практически невозможно

Искать и находить русофобию в итогах разнообразных международных конкурсов – спортивных, литературных, кинематографических – в последнее время стало довольно популярным занятием для отечественных комментаторов. 

Официальный логотип церемонии. С сайта eurasia.film

Розданы «Оскары», сюрпризов не произошло. Игра Френсис Макдорманд и Сэма Рокуэлла в фильме «Три билборда на границе Эббинга, Миссури» ожидаемо была оценена статуэтками – и те, кто видел фильм, согласятся, что играли оба эти актера великолепно.

Гэри Олдмэн, мучившийся под сложным и тяжелым гримом Уинстона Черчилля не меньше (а то и больше), чем ди Каприо под медведицей, наконец-то получил давно заслуженную им по совокупности заслуг награду.

А вот лучшим фильмом «Билборды» не стали. «Главные» статуэтки – за лучший фильм и за режиссуру (в последнюю номинацию автора «Билбордов» Мартина Макдонаха даже не пустили) – взял Гильермо дель Торо, большой специалист по фильмам про разнообразных чудовищ.

При этом «Форма воды» – это единственный фильм-номинант, где активно действуют «плохие русские». Русофобия Черчилля в «Темных временах» осталась за кадром, нет ни слова о «нехороших» большевиках и в «Дюнкерке» – хотя, казалось бы, в фильмах про Британию во Второй мировой такая возможность у авторов была. Не воспользовались – сами виноваты.

А вот в новом варианте истории про Ихтиандра холодная война в самом разгаре, и советские шпионы, как им положено в агитках тех лет, производят самое негативное впечатление.

Идем дальше. Лучшим документальным фильмом стал «Икар» – однозначная и бескомпромиссная антироссийская агитка с сумасшедшим Григорием Родченковым и покойным главой РУСАДА Никитой Камаевым. По словам профессора Орхусского университета Вернера Меллера, который общался с Камаевым по электронной почте незадолго до смерти, «он хотел рассказать все о системе применения допинга». «Я думаю, что он хотел раскрыть нелицеприятные факты не только о России, но и о WADA и США», – говорил Меллер.

Родченков, видимо, сделал нужные выводы из смерти коллеги, поэтому, несмотря на психическое расстройство, никаких «нелицеприятных фактов» в адрес США себе не позволял и не позволяет.

Антироссийский «Икар» конкурировал за «Оскара» с фильмом «Последние люди Алеппо», где критикуются Башар Асад и, соответственно, Россия, но выбор фильма о допинге объясняется тем, что в прошлом году статуэтку получили «Белые каски». Это британский пропагандистский фильм практически на ту же тему – как Асад и Россия целенаправленно уничтожают мирное население Сирии. Видимо, два подряд фильма об одном и том же показались чересчур даже американским киноакадемикам.

Как вежливо формулирует издание «Кинопоиск», «Оскар» «редко присуждают документальным фильмам, которые остаются в истории кино. Большинство великих документалистов вообще никогда даже не номинировались на эту награду. Все-таки вручение «Оскара» неигровому фильму – это прежде всего выражение позиции Киноакадемии по важнейшим, с точки зрения ее членов, проблемам современности».

Таким образом, получается, что допинг в российском спорте – это важнейшая проблема современности. Важнее Сирии, расистских убийств в США (фильм «Стронг-Айленд», и это мог бы быть первый случай, когда «Оскар» получил бы афроамериканец-трансгендер). Важнее коррупции и расизма, о которых рассказывает фильм «Абакус».

В киноискусстве есть такой жанр «мокьюментари» или псевдодокументальное кино – когда с соблюдением всех правил документалистики рассказывается о фантастическом событии. Самый известный американский представитель этого жанра – «Ведьма из Блэр», якобы представляющий собой студенческую курсовую.

Родченко в «Икаре» также не предъявляет никаких доказательств. Как отмечает все тот же «Кинопоиск», «доказательство тут по большому счету одно: все это звучит слишком невероятно, чтобы быть выдумкой».

Вот такая в 2018 году документалистика. Вряд ли этого оскаровского лауреата есть смысл смотреть тем, кто интересуется спортом – он ценен исключительно как образец качественно сделанной пропаганды.

И, разумеется, не было никаких сомнений в том, что «Оскара» вновь не получит Андрей Звягинцев со своей «Нелюбовью». Его «Левиафана» в 2015 году называли претендентом на победу из-за того, что этот фильм тоже якобы «русофобский», но, во-первых, Звягинцев экранизировал историю американца Марвина Химейера, а во-вторых, с точки зрения пропаганды не важно, что в фильме, а важно, чей он.

Российский фильм в разгар антироссийской кампании в США получить «Оскара» не может в принципе, даже если он выставляет российскую действительность в неприглядном виде. Посвященный России, но снятый американским режиссером, как «Икар» – пожалуйста, получите и распишитесь. А снятый российским режиссером – извините, нет.

Поэтому отечественным киноделам рассчитывать на признание Киноакадемии в ближайшие годы не стоит. Вот когда холодная война надоест американской интеллигенции, тогда и появятся шансы – как получил «Оскара» фильм «Москва слезам не верит» в 1981 году на фоне последнего рейгановского обострения советско-американского противостояния.

Зато европейские награды «в пику» американцам нашим фильмам будут давать – что и происходит с той же «Нелюбовью» или «Довлатовым».

Голливуд с момента своего появления был зеркалом американской политики – когда-то кривым, как во фрондерские 70-е и 80-е, когда-то ровным – как в разгар маккартизма. Своих смыслов он не создавал и не претендовал на это.

В 2018-м, когда русские, по версии американского истеблишмента, виноваты во всем, начиная с «неправильного» президента, иными итоги «Оскара» быть и не могли.

Но в любом случае, нельзя не порадоваться за Гэри Олдмэна и Сэма Рокуэлла. Эти актеры давно заслужили официального признания Киноакадемии – и они его наконец получили.

А за «Икара», хочется верить, академикам рано или поздно будет стыдно. Этому фильму в категории «документальное кино» делать совершенно нечего.