Хранители веры. О жизни церкви в советское время

О положении РПЦ в советский период до сих пор распространяется множество кривотолков. В среде недругов Православия общим местом уже давно стали ничем не подкрепленные обвинения в поголовном сотрудничестве священников с КГБ. Фанаты Сталина стремятся всячески нивелировать масштаб репрессий, обвиняя к тому же расстрелянных на Бутовском полигоне священников в сознательном противлении властям. Преувеличиваются также масштабы возрождения церковной жизни во время Великой Отечественной.

Развеять домыслы помогают свидетельства из первых уст. С этой задачей вполне справляется сборник интервью сотрудницы издательства «Никея» Ольги Гусаковой со священниками, служившими в СССР и простыми светскими гражданами, вынесшими на своих плечах все тяготы гонений.

Протоиреи Валериан Кречетов, Владимир Тимаков, Сергий Правдолюбов – медийные персоны, поэтому об их деятельности известно многое. Но из глубоких интервью открываются и новые факты. Все батюшки сходятся в одном: простая твердость и решимость (но никак не привычка лезть на рожон) творили чудеса, так что зачастую свои убеждения получалось отстаивать малой кровью.

Хрущевские гонения, безграмотные, уполномоченные по делам религий, облавы в храмах, непосильные налоги – казалось бы, все это нам и так хорошо известно. Однако в книге обнаруживаем множество интересных нюансов, обычно ускользающих от взгляда даже очень внимательных исследователей быта верующих советского периода.
Оказывается, уже буквально в «перестроечном» 1987 году гайки по отношению к воцерковленным советским гражданам закручивались очень серьезно. Совершенно уникальным был институт тайных священников (к их числу, например, принадлежал знаменитый ученый-геолог) Глеб Каледа, которых готовили специально на случай массовых арестов и расстрелов.

Исключительно удались Ольге Гусаковой женские портреты. Людмила Смирнова даже об ужасах Блокады рассказывает светло и без тени трагического пафоса. Ее однофамилица Наталия Смирнова делает упор на семейные предания о прямой чудесной помощи святых. А воспоминания простой сельской старосты Феодоры Кузовковой подкупают простодушием и смирением.

Как мы уже заметили, книга выдерживает второе издание. Даты в ней не перепроверялись, поэтому, например, одиозный Глеб Якунин фигурирует здесь, как еще живой деятель. Но, если разобраться, у Бога все живы…