Видимо-невидимо! К «серой» зоне отнесли почти 28 млн работающих россиян

Если у тебя в стране доля людей, добывающих себе пропитание не пойми чем и как, составляет почти 30 млн, то, наверное, для государства это – проблема

27,7 млн человек в России трудятся в "серой" зоне, либо не платя никаких налогов, либо делая взносы минимально. Таким образом, из общего количества работников трудоспособного возраста в чуть более 70 млн человек нелегально трудятся порядка 39,5%. Кто эти люди и каков их вклад в общее дело? 

По три, но маленькие

Для начала несколько цифр и фактов для понимания общей обстановки и, так сказать, фона происходящих событий.

Итак, как известно, с 1 марта стартует новая правительственная программа поддержки предприятий и сохранения их коллективов, о чем заявляют и глава правительства Михаил Мишустин, и министр экономического развития Максим Решетников. Компании с небольшим оборотом теперь смогут обращаться за кредитной поддержкой для сохранения уровня заработных плат своих работников и в целом рабочих мест, выплаты по кредиту в 3% обещают начать взимать лишь со второй половины 2021 года.

Напомним, что аналогичная мера, запущенная год назад, декларировала 2% годовых от суммы займа, а при сохранении количества рабочих мест в целом кредит списывался. Теперь не так – 3% и кредит все-таки придется отдавать. При том, что мера годичной давности с одной стороны все-таки сыграла свою, безусловно, положительную роль, с другой – в бизнес-сообществе её называли и называют "недостаточной"….

В конце недели вдруг все разом заговорили о том, что в нынешнем году ситуация будет, мол, настолько плоха в экономике, что до 10% компаний вроде как не переживут кризис. Увы и ах, кризис!

И вроде как до 1,2 млн человек могут остаться без работы из сегмента малого и среднего бизнеса, такие оценки звучали по прогнозу на 2021 год.

Февраль, напомним, принес еще и другие новости, которые также активно обсуждались и "разгонялись" в деловых и не очень СМИ. То бизнес-омбудсмен где-то неосторожно высказывается насчет ликвидации такой формы хозяйственной деятельности, как индивидуальное предпринимательство (ИП), после чего и ему, и другим приходится объясняться – это просто была "сырая" идея, высказанная на одном из совещаний и давненько, ничего такого не готовится в помине, но крик-то начался!

Либералы из Высшей школы экономики и даже Анатолий Чубайс подлили масла в огонь, запустив одним из своих исследований дискуссию о грядущем повышении налогов. Время, как говорится, для подобных идей и новаций выбрано самое "удачное", сегодня многие руководители и собственники бизнеса стоят прямо на перепутье, задаваясь вопросом – что делать дальше и не дешевле ли самоликвидироваться? Как мы не раз отмечали и как неоднократно заявляли представители того же бизнес-сообщества – оставьте все как есть хоть на какое-то время без изменений и правок! Не изменяйте и желательно не повышайте налоги, ну, хоть на какой-то значимый и обозримый период, допустим, в пять лет – бизнес приспособится и будет платить.

Будет ли этот призыв услышан в правительстве, пока неизвестно.

Когда налоги собирать бессмысленно?

Если у тебя в стране доля людей, добывающих себе пропитание не пойми чем и как, составляет почти 30 млн, то, наверное, для государства это – проблема. Так, по крайней мере, следует из любой экономической теории. А как сделать так, чтобы эту огромную армию трудящихся хоть каким-то образом "обелить" и включить их все-таки в государственную систему? Дело тут даже не в налогах, хотя и в них тоже, разумеется – это и вопросы государственного планирования, и вопросы экономического порядка, даже элементарный расчет каких-то социальных выплат нельзя корректно произвести без учета этих самых десятков миллионов граждан.

Об этом мы и поговорили с Алексеем Зубцом, директором Института социально-экономических исследований Финансового университета при Правительстве РФ.

– "Райфазен банк" дает в своем исследовании эту любопытную статистику по занятым в "серой" зоне людям, вы согласны с подобного рода оценками?

– И да, и нет. Если эти люди в "серой" зоне работают и получают какой-то доход, то как их считали и оценивали? "Серая" зона на то и "серая", что таких людей не видно и, соответственно, достоверно подсчитать их никто не может. Какова методика исследования? Но в целом, и можно разделить такое мнение, наверное, это где-то близко к существующему порядку вещей.

– Если вдуматься, то цифра выглядит пугающей. Из 70 млн трудящихся более трети находится в "серой" зоне, как живут и выживают эти люди сегодня? А их вклад в общий ВВП страны как можно оценить?

– С этим, конечно, проблемы. Но замечу, что мы в России не так уж и одиноки, плюс-минус те же проблемы всегда были и есть даже в развитых странах, не говоря уже о развивающихся. Зачастую показатель "серой экономики" в ВВП бывает до 20% и выш, это не то чтобы нормально, но это есть и всегда было.

– Вы сами говорите, что это все некие оценки, а насколько они корректны? Мы не начинаем обманывать себя, это вообще поддается хоть какому-то анализу?

– Да, косвенно поддается. Есть данные налоговых инспекций, есть данные по количеству наличных денег, которые "гуляют" в том или ином субъекте, по обороту розничной торговли, есть данные с онлайн-касс и т.д. Есть в конце концов такие данные, как учет потребления электроэнергии, что тоже позволяет сделать определенные выводы. Картина, естественно, разнится, но все-таки. Не будем забывать, что и регионы все у нас разные, и то, что происходит на Северном Кавказе или на Камчатке, бессмысленно сравнивать с Москвой и Московской областью, которые наиболее густо населены.

– А вот, кстати, про кавказский регион, некоторые говорят, что там в целом статистика, собираемая государством¸ никак не "бьется". Например, происходит перманентное завышение по количеству детей и тех, кто получает на них пособия, есть вопросы по цифрам инвалидов, тех, кто также получает разные выплаты и льготы, ну и так далее. Государство получает хоть какую-то приближенную к реальности картину там?

– Я не буду погружаться сильно в эти темы, это отдельный разговор. Замечу, что проблемы со статистикой в самом деле имеются. И не только для Кавказа, там, кстати, характерная черта – высокая доля "серой" экономики, от 30% и много выше среди населения. При этом масса трудоспособного и молодого населения официально нигде не работает. К этому пришли не сегодня, так что разбираться надо предметно и в каждом субъекте федерации по-своему.

– Эта доля населения, получается, неинтересна государству, даже с точки зрения налогов?

– В общем, да! Поставить их на учет, посчитать и каким-то образом начать получать налоги с них зачастую просто нецелесообразно. Это будет дорого, неэффективно и на выходе не приведет ни к чему, экономику в России формирует крупный бизнес, он и является основным плательщиком в бюджеты. Какой смысл, извините, бегать по горам и подсчитывать количество овец в той или иной отаре? И кто этим будет заниматься?

– Не секрет, что сельское хозяйство и производство сельхозпродукции России давно, так сказать, поделено между крупными игроками и холдингами, они получают и львиную долю кредитов и господдержки, это буквально пять-шесть больших игроков. А вот остальная масса населения, проживающая в сельской местности, это не наши ли "клиенты", которые как раз и составляют те самые 30 млн из "серой" зоны?

– Согласен, как раз на селе и наиболее ярко выражены эти тенденции. Все-таки в столице или Подмосковье доля людей, которые нигде официально не числятся, но как-то живут при этом, ниже, чем дальше от Москвы – тем их становится больше. Люди приспособились годами жить в статусе безработных, но что-то делают у себя в гараже, находят какие-то заработки на стороне.

– Сюда же, наверное, стоит отнести и такое явление, как "отходничество"?

– Да, конечно. Уезжают в крупные населенные центры и города, работают там, кто официально, кто неофициально. Кто-то, как за Уралом и в Сибири, может быть, где-то на Севере, живет за счет сбора ягод-грибов и чего-то другого в лесах с последующей продажей. Как их можно остановить и подсчитать? Да и зачем их обкладывать какими-то налогами?! Дороже учет встанет.

Мы же понимаем, что эффективное производство сельской продукции в России возможно лишь на очень ограниченной территории, это Краснодарский и Ставропольский край, предгорья Кавказа и он сам, несколько регионов Черноземья и еще чуть-чуть областей. И это все! Грубо говоря, все, что выше на карте от Тульской области, и все, что восточнее – это уже зоны рискованного земледелия, так вот сложилось и ничего с этим не поделаешь. И структура занятых в экономике эти вещи всегда должна учитывать.

– Помните, как все напряглись, когда было заявлено о создании особого цифрового сервиса по тратам граждан – купил, мол, себе стаканчик с кофе, а данные уже отразились, где надо. Это шаг в направлении дальнейшего учета и контроля за расходами, в том числе, и безработных граждан?

– Послушайте, система учета и контроля давно налажена в налоговой, это еще при Мишустине было запущено, когда он возглавлял ведомство, все было введено и прекрасно заработало! Все, что можно как-то увидеть, давно подсчитано и оцифровано, это точно не новость. Да, остаются вне внимания налоговой службы какие-то отдельные отрасли и какие-то расчеты в наличных деньгах, остается сегмент так называемой "гаражной экономики", но это все-таки крохи. И даже они рано или поздно уйдут в прошлое.

Дело не в том, что государство "не видит" какие-то категории граждан, видит оно их всех, дело в том, что непонятно – что с ними делать? Работы для них всех в легальной сфере – нет, и мы имеем то, что имеем и люди приспосабливаясь, выживают, кто как может.