Что сулит миру расчленение России

Под таким названием – «Что сулит миру расчленение России» - Иван Александрович Ильин (1883-1954), замечательный правовед, философ, религиозный мыслитель, публицист, один из самых сильных и разносторонних русских умов ХХ века, опубликовал в 1950 году серию статей, которым суждено было стать пророческими.

Здесь приводится это пророчество в том виде, как оно было произнесено 55 лет назад, объединяя выдержки из нескольких статей И.А.Ильина в единый текст.       
1950 год

 «Россия, - писал И.А.Ильин, - есть не случайное нагромождение территорий и племен, не искусственно слаженный «механизм» «областей», но живой, исторически выросший и культурно оправдавшийся организм, не подлежащий произвольному расчленению. Этот организм… есть географическое единство, части которого связаны хозяйственным взаимопитанием; этот организм есть духовное, языковое и культурное единство, исторически связавшее русский народ с его национально-младшими братьями – духовным взаимопитанием; он есть государственное и стратегическое единство, доказавшее миру свою волю и свою способность к самообороне; он есть сущий оплот европейско-азиатского, а потому, а потому и вселенского мира и равновесия… Расчленение его явилось бы невиданной еще в истории политической авантюрой, гибельные последствия которой человечество понесло бы на долгие времена. Расчленение организма на составные части нигде не давало и никогда не даст ни оздоровления, ни творческого равновесия, ни мира. Напротив, оно всегда было и будет болезненным распадом, процессом разложения, брожения, гниения и всеобщего заражения. И в нашу эпоху в этот процесс будет втянута вся вселенная. Территория России закипит бесконечными распрями, столкновениями и гражданскими войнами, которые будут постоянно перерастать в мировые столкновения. Это перерастание будет совершенно неотвратимым в силу одного того, что державы всего мира (европейские, азиатские и американские) будут вкладывать свои деньги, свои торговые интересы и свои стратегические расчеты в ново-возникшие малые государства; они будут соперничать друг с другом, добиваясь преобладания и «опорных пунктов; мало того, - выступят империалистические соседи, которые будут покушаться на прямое или скрытое «аннексирование» неустроенных и незащищенных новообразований. Россия превратится в гигантские «Балканы; в вечный источник войн; в великий рассадник смут. Она станет мировым бродилом, в которое будут вливаться социальные и моральные отбросы всех стран… Расчлененная Россия станет неизлечимою язвою мира… Подготовляемое международною закулисою расчленение России не имеет за собой малейших оснований, никаких духовных или материально-политических соображений, кроме революционной демагогии, нелепого страха перед единой Россией и застарелой вражды к русской монархии и к Восточному Православию. Мы знаем, что западные народы не разумеют и не терпят русского своеобразия. Они испытывают единое русское государство как плотину для их торгового, языкового и завоевательного распространения. Они собираются разделить всеединый российский «веник» на прутики, переломать эти прутики поодиночке и разжечь ими меркнущий огонь своей цивилизации.

Самое расчленение России представляет задачу территориально неразрешимую.

Императорская Россия не смотрела на свои племена, как на дрова, подлежащие перебросу с места на место; она никогда не гоняла их по стране произвольно. Расселение их в России было делом истории и свободного оседания: это был процесс иррациональный, не сводимый ни на какие географические размежевания: это был процесс колонизации, ухода, переселения, рассеяния, смешения, уподобления, размножения и вымирания. Учтите еще дар русского духа и русской природы не принудительно и незаметно обрусевать людей иной крови, что и передается в южно-русской поговорке «папа – турок, мама – грек, а я русский человек»; распространите этот процесс на всю русскую территорию – от Аракса до Варангерской губы и от Петербурга до Якутска – и вы поймете, почему провалилась большевистская попытка показным образом размежевать Россию на национальные «республики». Большевикам не удалось отвести каждому племени его особую территорию потому, что все племена России разбросаны и рассеяны, кровно смешаны и географически перемешаны друг с другом. И вот, если мы взглянем только в национальную гущу Кавказа и Средней Азии, то мы увидим следующее. Расселение более крупных и значительных племен в России таково, что каждое отдельное «государствице» должно было отдать свои «меньшинства» соседям и включить в свой состав обильные чужие «меньшинства». Так обстояло в начале революции в Средней Азии с узбеками, таджиками, киргиз-кайсаками и туркменами: здесь попытки политического размежевания вызвали только ожесточенное соперничество, ненависть и неповиновение. Так же обстояло и на Кавказе. Застарелая национальная вражда между азербайджанскими татарами и армянами требовала строгого территориального раздела, а этот раздел оказался совершенно неосуществимым: обнаружились больные территориальные узлы со смешанным населением, и только присутствие советских войск предотвращало взаимную резню.

С тех пор пронесся ураган второй войны и была проведена послевоенная «национальная чистка». Вторая мировая война сдвинула с места всю Западную половину Европейской России. Если же советская революция закончится третьей мировой войной, то в племенном и территориальном составе русского населения произойдут такие изменения, после которых сама идея национально-политического расчленения России может оказаться совершенно нежизненной химерой, планом не только изменническим, но просто глупым и неосуществимым. И тем не менее мы должны быть готовы к тому, что расчленители России попытаются провести свой враждебный и нелепый опыт и в после-большевистском хаосе, обманно выдавая его за высшее торжество «свободы», «демократии» и «федерализма»… Мы должны быть готовы к этому, во-первых, потому, что германская пропаганда вложила слишком много денег и усилий в украинский (а, может быть, и не только в украинский) сепаратизм; во-вторых, потому, что психоз мнимой «демократии» и мнимого «федерализма» охватил широкие круги дореволюционных честолюбцев и карьеристов; в-третьих, потому, что мировая закулиса, решившая расчленить Россию, отступит от своего решения только тогда, когда ее планы потерпят полное крушение.

И вот, когда после падения большевиков мировая пропаганда бросит во всероссийский хаос лозунг «народы бывшей России, расчленяйтесь!», то откроются две возможности- или внутри России встанет русская национальная диктатура, которая возьмет в свои крепкие руки «бразды правления», погасит этот гибельный лозунг и поведет Россию к единству, пресекая все и всякие сепаратистские движения в стране;- или же такая диктатура не сложится, и в стране начнется непредставимый хаос передвижений, возвращений, отмщений, погромов, развала транспорта, безработицы, голода, холода и безвластия. Тогда Россия будет охвачена анархией и выдаст себя головой своим национальным, военным, политическим и вероисповедным врагам. В ней сложится… водоворот погромов и смуты, «Мальстрем нечисти»… Само собой разумеется, что этим состоянием анархии захотят воспользоваться все наши «добрые соседи»; начнутся всевозможные военные вмешательства под предлогом «самоограждения», «замирения», «водворения порядка» и т.д. Вспомним 1917-1919 гг., когда только ленивый не брал плохо лежащее русское добро. И вот «добрые соседи» снова пустят в ход все виды интервенции… Допустим на момент, что все эти «свободолюбивые и демократические» усилия временно увенчаются успехом и Россия будет расчленена. Что же даст этот опыт российским народам и соседним державам? При самом скромном подсчете – до двадцати отдельных «государств», не имеющих ни бесспорной территории, ни авторитетных правительств, ни законов, ни суда, ни армий, ни бесспорно национального населения. До двадцати пустых названий. Но природа не терпит пустоты. И в эти образовавшиеся политические ямы, в эти водовороты сепаратистской анархии хлынет человеческая порочность. Медленно, десятилетиями будут слагаться новые, отпавшие или отчлененные государства. Каждое поведет с каждым соседним длительную борьбу за территорию и за население, что будет равносильно бесконечным гражданским войнам в пределах России. Чтобы наглядно вообразить Россию в состоянии этого длительного безумия, достаточно представить себе судьбу «Самостийной Украины». Этому «государству» придется прежде всего создавать новую оборонительную линию от Овруча до Курска и далее через Харьков на Бахмут и Мариуполь. Соответственно должны будут «ощетиниться» фронтом против Украины и Великороссия и Донское Войско. Оба соседних государства будут знать, что Украина опирается на Германию и является ее сателлитом. Нетрудно представить себе и то, как к этой новой стратегической ситуации отнесутся – Польша, Франция, Англия и Соединенные Штаты; они быстро сообразят, что признать Самостийную Украину значит отдать ее германцам (т.е. признать первую и вторую мировые войны проигранными!). На этом может начаться отрезвление Западной Европы от «федеративного» угара и от общерусского расчленения.
      Из всего этого явствует, что план расчленения России имеет свой предел в реальных интересах России и всего человечества. Доколе ведутся отвлеченные разговоры, доколе политические доктринеры выдвигают «соблазнительные» лозунги, делают ставку на русских изменников и забывают империалистическую похоть предприимчивых соседей; доколе они считают Россию конченою и похороненную, а потому беззащитною, - дело ее расчленения может представляться решенным и легким. Но однажды великие державы реализуют в воображении неизбежные последствия этого расчленения и однажды Россия очнется и заговорит; - тогда решенное окажется проблематичным и легкое трудным.
      Россия, как добыча, брошенная на расхищение, есть величина, которую никто не осилит, на которой все перессорятся, которая вызовет к жизни неимоверные и неприемлемые опасности ля всего человечества. Мировое хозяйство, и без того выведенное из равновесия утратой здорового производства России, увидит себя перед закреплением этого бесплодия на десятки лет… Еще в двадцатых годах мы отметили: мировая закулиса хоронит единую национальную Россию. Не умно это. Не дальновидно. Торопливо в ненависти и безнадежно на века. Россия не человеческая пыль и не хаос. Она есть прежде всего великий народ, не промотавший своих сил и не отчаявшийся в своем призвании. Этот народ изголодался по свободному порядку, по мирному труду, по собственности и по национальной культуре. Не хороните же его преждевременно! Придет исторический час, он восстанет из мнимого гроба и потребует назад свои права!»  

Пятьдесят пять лет спустя

С беловежским разделом Советской России, чья государственность берегла геополитическое наследие России национальной, пророчество И.А.Ильина начало сбываться, - не так в деталях, но поразительно точно по существу.
      Первый шаг к расчленению России, сделанный в 1991 году и отрезавший от страны 5 миллионов квадратных километров территории и 80 миллионов населения, превратил полтора десятка «советских социалистических республик» в «новые независимые государства». Это автоматически («по Ильину»!) вызвало первую войну массовой резни, вооруженных конфликтов и «гражданских войн» в Казахстане, Грузии, Молдавии, Таджикистане.
      Второй этап расчленения России был подготовлен и облегчен американской трагедией - массовым убийством нескольких тысяч людей в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года. Из американской гекатомбы сразу выросли: военные базы США в бывшей советской Средней Азии; вооруженные интервенции в Афганистане и Ираке; череда “розовых” и прочих переворотов в “новых независимых государствах” на территории бывшего СССР; безгосударственная идеология войны с “международным терроризмом” и всемирного крестового похода за “свободу и демократию”. Особо драматично то, что руководители России, уникальные среди лидеров крупных стран отказом от национальной государственной идеологии, оказались во власти идеологии безгосударственной.
      Пророчество Ивана Ильина о действии расчленяемой России на судьбы мира, исполняется, но не исполнено. Мы не перешли еще рубеж “или – или”: или “русская национальная диктатура”, или хаос безвластия и разложения, в который “будет втянута вся вселенная”. Мы стали на рубеже. Стоим на месте, слабо сознавая, в какую сторону двинуться и что рубеж этот – перед возможным концом русской истории - последний.

                                   ©  Фонд Стратегической Культуры 2005