Доминик Стросс-Кан подаст встречный иск против журналистки Тристан Банон с обвинением в клевете

Шестидесятидвухлетний политик, которому прочили президентское кресло во Франции в следующем году, отрицает все обвинения

Скандал вокруг Доминика Стросс-Кана принял новый неожиданный оборот, когда французская журналиста объявила о подаче иска против бывшего главы Международного валютного фонда за попытку изнасилования, а он ответил, что подаст на нее в суд за клевету.

Адвокат Тристан Банон, Давид Кубби, сказал, что судебное разбирательство будет касаться поведения Стросс-Кана в момент, когда подзащитная пришла взять у политика интервью в его парижской квартире в феврале 2002 года.

Банон, которой в то время было 22 года, чуть позднее выступала с рассказом про нападение в телевизионной передаче, описывая при этом Стросс-Кана, тогда одного из ведущих членов Социалистической партии Франции, ведущим себя, как «шимпанзе на охоте». Имя Стросс-Кана было вырезано из эфира по соображениям цензуры.

Инцидент замалчивался во Франции до того момента, как Стросс-Кан был арестован в Нью-Йорке в мае и обвинен в сексуальных домогательствах и попытке изнасилования горничной отеля, в котором и проживал.

Шестидесятидвухлетний политик, которому прочили президентское кресло во Франции в следующем году, отрицает все обвинения. Распоряжением суда у него конфисковали паспорт и заключили под домашний арест.

После детального взгляда на проблему достоверности показаний горничной, в пятницу Стросс-Кан был освобожден без залога, однако паспорт ему так и не вернули.

Очевидный провал этого дела привел некоторых его коллег к мысли о том, что он все еще может вернуться во французскую политику.

В эксклюзивном интервью французскому журналу L'Express, Банон пожаловалась: «Уже невозможно слушать, будто я лгунья лишь потому, что не подала юридического иска. Восемь лет я одна несу бремя случившегося, глотая слухи и ложь о самой себе».

Она добавила, что не пожелала давать показания в защиту нью-йоркской горничной потому, что «ничего не знает о ее случае. Если она солгала по поводу каких-то вещей, то это вовсе не означает, что она солгала об изнасиловании вообще. Для меня это невыносимо. И сегодня, когда я вижу, как он уже свободный ужинает с друзьями в роскошном ресторане, мне становится плохо... На этот раз мне хотелось бы контролировать то, что со мной происходит. Хочу быть услышанной, поскольку, наконец, возможно, есть шанс быть услышанной».

Банон подчеркнула: «Я хочу лишь одного. Чтобы он [Стросс-Кан] вернулся во Францию с презумпцией невиновности, чтобы мы могли обратиться в суд».

Сообщается, что в то время, когда случился предполагаемый инцидент, от огласки и подачи иска Банон отговорила ее мать, Анна Мансуре, состоящая в совете Социалистической партии. Уже потом Мансуре призналась, что очень сожалеет о том, что тогда отговорила свою дочь.

«Тристан Банон подаст иск о попытке изнасилования в Париже», - заявил адвокат Банон - Давид Кубби.

Кубби не уточнил, повлияли ли на сроки события в Нью-Йорке.

После того, как Банон сообщила о своем намерении начать судебный процесс, Стросс-Кан через своих адвокатов в Париже ответил, что подаст в суд за клевету. В опубликованном изданием Le Parisien заявлении они сказали, что Стросс-Кан «слышал о намерении г-жи Тристан Банон подать жалобу против него» и охарактеризовал ее притязания  как «мнимые».

Согласно французскому законодательству, обвинения в попытке изнасилования могут быть выдвинуты спустя 10 лет после предполагаемого нападения, в то время как в случае сексуального нападения этот срок составляет 3 года.

В телепередаче от 2007 года  Банон обвиняет Стросс-Кана  в том, что он набросился на нее, сорвал с нее бюстгальтер и пытался расстегнуть джинсы.

Журналистка, будучи когда-то еще и близкой подругой дочери Стросс-Кана - Камиллы, сказала, что была вынуждена вступить с ним в борьбу. «Это плохо закончилось.. очень грубо… Я оттолкнула его, - уточнила она. - Когда мы боролись, я произнесла слово «изнасилование», чтобы испугать его, но никакого эффекта это не произвело. Мне удалось высвободиться».

Объясняя, почему она сразу не обратилась в полицию, Банон сказала: «Я не хочу до конца своих дней быть девушкой известной лишь тем, что у нее были проблемы с политиком».

Мать Банон - Анна Мансуре - рассказала журналистам, что сожалеет о том, что отговорила дочь от судебного преследования. По ее словам, тогда она не считала такое поведение Стросс-Кана для него характерным, а также повлияли тесные связи с его семьей. Вторая жена Стросс-Кана была мачехой Банон.

Мансуре сообщила, что он был «напротив, теплым, отзывчивым и очень талантливым человеком», но его нападение травмировало ее дочь: «Моя дочь, несмотря на минувшие годы, до сих пор пребывает в шоке. Ее жизнь оказалась поломанной, и она впала в депрессию на очень долгое время».

Еще до заявления Кубби, Франция разрывалась от того, желает ли она возвращения Стросс-Кана, бывшего министра правительства, или нет.

Опубликованные в понедельник результаты опроса показали, что 51% французов убеждены, что у него нет никакого политического будущего, 42% - считают иначе. Другой опрос, опубликованный в воскресенье в Le Parisien, показал, что 49% хотели бы, чтобы Стросс-Кан вернулся в политическую жизнь Франции.