Гарик Сукачев "Poetica"

Диск предоставлен компанией Real Records • Гарик Сукачев "Poetica"

Этот диск из разряда тех, что и через полвека будут благоговейно сниматься с припыленных полок, дабы быть заряженными в давно уже немодные модели CD-плееров. Ибо создал его величайший творец рубежа веков Игорь Иванович Сукачёв. Ибо Игорь Иванович сумел в 10-ти треках вместить все те музыкальные, поэтические, идеологические и философские ориентиры, которые он посчитал для себя актуальными за истекшие 25 лет.

Судите сами: размашистые музцитаты из народной «Хороша ты, бабка» («Ночной народец»), мелодически препарированная «жестокая баллада» Визбора («Ботик»), немилосердно переиначенная «По улице Майорова» давнего «бригадного» соавтора Вадима Певзнера и осторожно переосмысленная «Осень», прославленной бардессы Ирины Левинзон. Разухабистая цыганщина – практически повсеместно. Две тысячи лет назад легендарный Аристотель создал монументальный труд «Poetica», устанавливающий каноны для написания произведений самых разнообразных жанров: трагедий, комедий, драм и т. п. Замысел Сукачёва куда как скромнее: определиться с собственными пристрастиями.

Гарик знает сильные места своей поэтики и виртуозно манипулирует излюбленными приёмами. Лучшие вещи Сукачёва подвержены мелодекламации. Её не избежали ни «Города, где после дождя дымится асфальт», ни «Вниз по течению реки», ни «Барышня и Дракон», ни даже «Янки Додсон», плавное течение которого прерывает кульминационная фраза «именно за это я и прозвал его Янки Додсон». В альбоме «Poetica» «вкусный» приём узаконивается окончательно – прямо в контексте визборовской песни:

А ботику поставили огромный монумент,

Которым и гордится вся Одесса –

ВНИЗУ МАЛЕНЬКИМИ ЗОЛОТЫМИ БУКВАМИ НАПИСАЛИ…

Всё творчество Сукачёва, начиная, пожалуй, с 1993 года, видно на «Поэтике», как на ладони. Так что возвраты к главному диску «Неприкасаемых» «Брёл, брёл, брёл» неизбежны. Именно на этом альбоме во всю ширь развернулось трагическое мировосприятие Сукачёва, искренне считающего, что все дороги ведут под землю. В 93-ем Сукачёв благополучно распрощался с пролеткультовской клоунадой «Бригады С» ради глубоко пессимистичных трипов в «Неприкасаемые» глубины Духа. Карма самого страшного – дебютного - диска «Неприкасаемых» не отпускала Сукачёва, как минимум, пять лет. Уже в 98-ом, на презентации саундтрека к «Кризису среднего возраста» он исполнял 7 песен из 8-ми, вошедших в «Брёл, брёл, брёл». Отголоски тогдашнего безнадёжного настроя слышны и поныне: в первой же песне «Поэтики» - «Страсть» - героя посещает печальное прозрение, что все мы давно уже пребываем в аду.

В своё время философ-экзистенциалист Жан-Поль Сартр вывел лаконичную формулу Преисподней: «Ад – это другие». Сукачёв склонен переносить эту формулу в сферу семейных отношений, воспринимая тривиальный семейный скандал как самое страшное из испытаний. Наиболее плачевно всё закончилось в раннем «неприкасаемом» боевике «Эрегированный», где герой запланировал потребить несколько лошадиных доз брома. «Трусики БОБО» с прошлогоднего «Ночного полёта» оказались более щадящими: желание распотрошить строптивую супругу кухонным ножом так и осталось у персонажа невысказанной мечтой. «Человек-привычка» из «Поэтики» кажется в этом ряду куда как более милосердной: невинная пивная страсть мужа уравновешивается умеренным блядством его «правоверной», вокальную партию которой отменно исполняет саксофонистка Лена Филиппова. Вещь выполнена в духе подзабытого танца «летки-енька». Новых песен в этом ключе не появлялось уже лет 30, так что Сукачёва по праву следует считать единственным достойным реаниматором жанра. Сначала на диске «Кризис среднего возраста» появился древний вариант «летки-еньки» – в исполнении неподражаемого Ивана Охлобыстина, а теперь, наконец, Сукачёв сподобился сочинить своё видение весёлого взвихренного танца.

А вообще-то выступать музыкальным адвокатом Сукачёва – дело непродуктивное, поскольку даже сугубые недоброжелатели признают несомненный профессионализм его команды. Куда как сложнее отвадить разъярённых журналистских шавок от его, так называемой, социальной репутации. Игорю Ивановичу то и дело вменяют в вину пение в фешенебельных салонах и – якобы - отсутствие гражданской позиции. Слава Богу, недавний демонстративный отказ лидера «Неприкасаемых» от участия в политически ангажированном рок-фестивале оказался подкреплён двумя социально заострёнными песнями «Поэтики» – «Колечки» и «Гибель «Курска». Первую без слёз постигать невозможно. К тому же, она оказалась снабжена очень адекватным видеоклипом, где в казарму погибших солдат набивается целая когорта безутешных матерей и вдов. «Гибель «Курска» отсылает к лучшим фатально-оркестровым вещам Высоцкого. Сукачёв обращается к «первому рокеру всея Руси» не как к титулованному защитнику, а как к равному по потенциалу собрату. «Пошли мне, Господь, второго!» - отчаянно взывал погибший Высоцкий устами Андрея Вознесенского. «Poetica» зримо доказывает, что «второй», наконец-то найден!!