"Букера" дали за "Взятие Измаила"
"Литературная премия в России - это знак беды, признак того, что книга продаваться не будет", - резюмировал на недавней книжной выставке "Non fiction № 2" один из опытных российских издателей Александр Иванов ("Ad Marginem"). Проверить это на своей шкуре предстоит новому лауреату премии "Smirnoff-Букер" Михаилу Шишкину. Русский автор, уже несколько лет проживающий в Цюрихе, получил эту награду за роман "Взятие Измаила".
На торжеcтвенной церемонии вручения премии 5 декабря 2000 в отеле «Мариотт» (Москва), писатель, по свидетельству очевидцев, от волнения и изумления почти онемел и смог произнести только: "Спасибо всем собравшимся. Я не ожидал такого поворота событий и не подготовил никакой речи".
В своем эссе «Урок швейцарского», посвященном загадочной связи русской культуры со швейцарской землей, новый лауреат писал: «Одна шестая часть суши и поднебесный пятачок связаны невидимой натянутой жилой. В стране-курорте происходят события, внешне незаметные, но влияющие самым роковым образом на судьбу страны-империи». Возможно, его роман как раз и будет одним из таких изначально неброских, но в результате оказавшихся поворотными событий.
Пока текст романа доступен только в журнальном («Знамя», 1999, № 10-12) и электронном вариантах (библиотека на сайте издательства «Вагриус»), и как сложится судьба книги, еще никому неизвестно. Во всяком случае, после журнального варианта, критика не отреагировала его выход моментальным фейерверком радостных публикаций.
Между тем, первым, что последовало за публикацией романа в «Знамени», стала премия “Глобус” от Библиотеки иностранной литературы “за произведение, способствующее сближению народов и культур”. Правда, акт признания не помешал Марии Ремизовой в №5 «Нового мира» за 2000 год опубликовать отнюдь не лестную рецензию на это произведение: «…первое (и, надо сказать, последнее) впечатление от структуры “Взятия Измаила” — это хаос. Сюжета — в обыкновенном понимании — в нем нет. Есть отдельные, не сочетающиеся между собой фрагменты разных текстов, есть несколько, опять-таки разных, не связанных между собой линий — притом начатых как бы с полуслова и на полуслове же оборванных. Повторюсь: вероятно, автор полагал написать симфонию (хоть и в модернистском духе), где эти куски и линии должны были перекликаться между собой, сливаясь в единую наполненную смыслом мелодию. Но вышло скорее подобие какофонии, когда каждый голос, сколь сладкозвучен бы он ни был, никак не желает сочетаться с другим».
Затем на одном из Интернет-сайтов появился хвалебный отзыв на книгу внимательного читателя, скромно подписанный инициалами Д.С.: «…мы имеем дело с одним из крупнейших литературных явлений последнего времени. Роман Михаила Шишкина «Взятие Измаила» — это действительно событие, это сильнейший роман на русском языке, опубликованный в девяностых. Те имена, которые были на слуху в течение десятилетия — Пелевин, Сорокин, Маканин, Дмитриев, Слаповский, добавьте по вкусу—и близко никогда не демонстрировали подобного уровня. Талантливейший писатель написал великолепную книгу, но никто этого пока не заметил».
Летом книга Шишкина попадает в список номинантов «Букера», состоявший из 30 претендентов, потом проходит «шорт-лист» премии за этот год.
В ноябре в «Независимой газете» публикуется рецензия Бахыта Кенжеева, которую открывает фраза: «Я хочу поздравить российских читателей с праздничным событием. Думается, что "Взятие Измаила", новый роман Михаила Шишкина, станет вехой не только в истории русской литературы, но и в развитии российского самосознания».
О том, что Мария Ремизова назвала какофонией, Кенжеев говорит совсем по-другому, с осторожностью и пиитетом: «Все перемешано, все перетекает одно в другое, все дрожит, как струна в тумане, отзывающаяся в унисон давно замершим колебаниям струн русской литературы. Не поймешь порою, о каком герое идет речь, пока не обнаруживаешь, что все их судьбы прошиты единой нитью, что у героев из разных эпох - общие воспоминания, общие подробности биографии».
И уже 6 декабря, на следующий день после вручения «Букера» Владимир Березин в той же «НГ» пишет: "Взятие Измаила" - суть опись России, где придуманные документы мешаются с подлинными, судьбы героев наслаиваются друг на друга, сами герои суетятся и сталкиваются, подлинная биография автора наезжает на вымышленную. Где девятнадцатый век мешается с двадцатым. (…)Михаил Шишкин чрезвычайно хороший стилист, потому что каждый отрывок его текста - не обрывок, а голос, голос со своей громкостью, тембром, интонациями».
«Букер» был присужден Михаилу Шишкину, как свидетельствует официальная формулировка «за полноту и новизну воплощения романной традиции как формы современного сознания».
Итак, литературная общественность книгу кажется, признала. Будет ли это вновь приговором ее рыночному успеху?
Комментарии читателей Оставить комментарий