ИЮЛЬСКИЙ ДОЖДЬ

Постер фильма «Июльский дождь».

© КВО «Крупный план».

«ИЮЛЬСКИЙ ДОЖДЬ», СССР, МОСФИЛЬМ, 1966, ч/б, 109 мин.

Лирическая драма.

В названии фильма, размытом, ускользающем, не формульном, схвачена ведущая интонация фильма. Манера и тон повествования в нем лишены определенности, аморфны, анемичны. Ни четкого внешнего действия, ни резкого драматизма, ни значительных событии. На первый взгляд иллюзорны и новые для режиссера персонажи. Ведь, начиная с дебюта «Весны на Заречной улице» и кончая «Заставой Ильича», его герои были выходцами из рабочей среды. И вот теперь городская техническая интеллигенция. Тридцатилетние, как определил режиссер, вступающие во «вторую зрелость»

В центре, как всегда, — женщина. Лена — инженер в московской типографии. Не модно, но стильно одетая, подстриженная, спортивная. Легко растворяется среди похожих лиц в уличной толпе, но почему то не чувствует себя в ней органично. Идя по улице, то и дело оборачивается, то ли беспокойно, то ли в ожидании чего-то. Полгода ее жизни, от июльского дождя до первых январских холодов — время фильма. Не лучшее, немного лета и много осени и ранней слякотной зимы. Правда есть еще одно майское утро в эпилоге .

Актриса Евгения Уралова ведет роль в таком легком рисунке, что ее сначала принимаешь за типаж. Но постепенно, не увеличивая ни характерности, ни открытых эмоций, она выводит роль в подлинную драму. А внешне — разрыв с женихом, уход в одиночество. Для женщины это поступок. Может быть, именно поэтому Хуциеву в этот раз понадобилась именно героиня, чтобы вывести драму на камерный уровень, что бы погрузить в личностную глубину.

Круг общения Лены та же техническая интеллигенция, сотрудники московских НИИ. Ее жених Володя один из них. Видимо преуспевающий, приближенный к начальству, делающий карьеру. Он из молчаливых, закрытых, лишнего о себе не скажет. Но его умный, ироничный приятель дает исчерпывающую характеристику: «антикоррозиен», «морозоустойчив», «тугоплавок», «не сгорит в высоких слоях атмосферы». Актер Александр Белявский уверенно набросал контур такого человеческого типа. И портрет готов, да не одного Володи, целой популяции, бурно расцветшей в 70—80-е годы.

Двое молодых, красивых, современных, близких людей. А на экране, мастерски срежиссированный и сыгранный антидуэт. Его контуры легко растворяются в многолюдных сценах бесконечных гостеваний, вечеринок, кухонных поседелок с гитарой. И может быть, именно в них особенно ощутимо одиночество людей, точно разделенных невидимым, непроницаемым стеклом. Запоминаются два-три лица. Лялька, вездесущий, всезнающий персонаж А. Митты. Алик, с его военным прошлым, песнями, берущими за душу, постоянно меняющимися спутницами. Юрий Визбор — драматург, поэт, исполнитель авторских песен, любимец технической интеллигенции дебютировал этой ролью как актер. А все вместе — великолепный антиансамбль.

Наверное, самая знаменитая, по кадрикам рассмотренная и расписанная, сцена пикника в осеннем простуженном лесу. Сцена полного отчуждения, абсолютной некоммуникабельности, публичного одиночества. И как противовес ей вспоминается сцена в доме Лены после похорон отца. Почти безмолвная, построенная на взглядах, касаниях, внутреннем общении. Вдохновенная режиссура здесь не столько от мастерства, сколько от человечности, душевности. Деликатный отказ от нечестных в таком случае слов, подтверждает подлинность чувств. А бесконечное словоизвержение, попросту треп, в других сценах как раз свидетельствует о девальвации всего, что поверхностно, не личностно, не индивидуально. Совсем как те, тиражированные типографской машиной, потерявшие свою неповторимость шедевры итальянского Возрождения.

Но и в слове может осуществиться человеческое общение. В фильме развивается настоящий телефонный роман Лены с молодых человеком, давшим ей куртку, укрыться от июльского дождя. Того самого, который, может быть, как существенное событие внутренней жизни этих двоих, упомянут в названии фильма. Здесь еще раз Марлен Хуциев продемонстрировал редкое умение выбирать типы и лица не характерные, которые не удержишь в памяти. Десятки раз смотря этот, из любимейших, даешь себе команду, запомнить парня с курткой. Смотришь, видишь, забываешь. Просто режиссеру необходимо, чтобы в телефонной трубке жил бесплотный голос, как чистое воплощение души. Общение двух душ, или внутренний исповедальный монолог одной из них... И летят издалека два голоса навстречу, день и ночь над Москвой.

А она совсем не похожа на Москву «Заставы Ильича». Безлюдная пасмурная, запруженная автомобилями и суетливой, обезличенной толпой. Город, в котором уже нет места половодью стихийной первомайской демонстрации. Правда, теперь наконец разрешили 9 мая встречаться ветеранам Великой Отечественной войны, к счастью, не в каком-то официальном месте, а в сердце ее культуры и красоты, у Большого театра.

Съемки 1965 запечатлели первую такую встречу через 20 лет после Победы. Лена смотрит на этих людей, сейчас по-настоящему счастливых, видит среди них Алика, наверное, вспоминает отца, мать. Смотрят на ветеранов и совсем молодые, подростки. Что в их глазах — растерянность, интерес, равнодушие? Марленом Хуциевом владеют лишь горечь утраченных иллюзий. 20-летние герои «Заставы Ильича», разделявшие со своим автором определенные нравственные и социальные ценности, возвращали ему надежду, уверенность, чувство гармоничности бытия. Прошло 5 лет, и автор увидел, что у 30-летних ни ценностей, ни идеалов, ни идей. И тогда Хуциев сделал фильм, историю болезни общества, скатывающегося к застою и закату.

И это было начало его нового кино.

В ролях: Евгения Уралова, Александр Белявский, Юрий Визбор, Александр Митта, Алла Покровская, Валентина Шарыкина, Евгения Козырева, И. Былинкин, Юрий Ильчук, Б. Белоусов, Виктория Бескова, Виталий Беляков, Игорь Кашинцев, Зиновий Гердт.

Режиссер: Марлен Хуциев.

Авторы сценария: Марлен Хуциев, Анатолий Гребнев.

Оператор: Герман Лавров.

Художник-постановщик: Георгий Колганов.

Текст песен: Булат Окуджава, Юрий Визбор, Евгений Клячкин.

Исполнение песен: Юрий Визбор.

Звукорежиссер: Борис Венгеровский.

Монтаж: Алла Абрамова.