Латиноамериканская стратегия США была неверной

Политические изменения в Латинской Америке являются эпохальными и, вероятно, необратимыми

Три года назад я написал статью, в которой утверждал, что политические изменения, происходящие в Латинской Америке, являются эпохальными и, вероятно, необратимыми, и что они фундаментальным образом изменят характер отношений между регионом и Соединенными Штатами. Некоторые из важнейших причин латиноамериканского сдвига влево – включая беспрецедентную неспособность обеспечить долгосрочный экономический рост, начиная с 1980 г. – не были распознаны в свое время и в основном не признаны по сей день.

В то время официальной стратегией Вашингтона была изоляция Венесуэлы от соседей. Это было еще до избрания новых левых правительств в Эквадоре, Гондурасе, Никарагуа, Парагвае и Сальвадоре. Я утверждал, что эта стратегия основана на фундаментальном непонимании того, что происходит в регионе, и единственное, к чему она приведет, – это изоляция Соединенных Штатов от их южных соседей.

Все это было и прошло, но гораздо интереснее то, что эта неудача впервые засвидетельствована государственным секретарем США Хиллари Клинтон. На пресс-конференции в прошлую пятницу она заявила, отвечая на вопрос о Венесуэле: «В мире мы видим ряд стран и лидеров (Чавес – один из них, но не единственный), которые за последние 8 лет занимают все более конфронтационную позицию по отношению к Соединенным Штатам... Предыдущая администрация пыталась их изолировать, пыталась поддержать силы, выступающие против них, пыталась превратить их в международных парий. Ничего не вышло».

Это – примечательное признание, незаслуженно обойденное вниманием. Клинтон не стала называть эти страны, но в Латинской Америке Боливия стала одной из стран, где Вашингтон вызвал ожесточение, поддерживая движения, оппозиционные президенту Эво Моралесу. И, конечно, нельзя не упомянуть о продолжающейся 47 лет неудаче эмбарго против Кубы: «По вопросу Кубы Соединенные Штаты сталкиваются с практически единодушным сопротивлением. Все страны, даже те, с которыми у нас самые тесные отношения, говорят, что нам нужно меняться».

Она не упомянула о том, что, по мнению некоторых, Вашингтон должен менять и свою политику в отношении Венесуэлы. Бараку Обаме говорил об этом президент Бразилии Лула да Силва, последовательно защищающий Уго Чавеса. Он же, как сообщается, советовал ему на саммите Америк не слушать советников, большая часть которых, по-видимому, настроена сохранять враждебность в отношении Венесуэлы и, возможно, Боливии.

Примечательно, что требование реалистично оценивать ситуацию в мире прозвучало с юга. Это многое говорит о состоянии гражданского общества в США. Как так случилось, что ни один из наших ведущих внешнеполитических институтов не мог додуматься до этого несколько лет назад? По вопросу Кубы есть недовольные – отчасти потому, что существуют влиятельные группы интересов, желающие получить доступ к острову, а отчасти – потому что неудача длиной в 47 лет должна чему-то научить даже тугодумов.

Но по вопросу Венесуэлы, находящейся в центре внимания внешней политики США в полушарии в последние 7 лет, царит полный консенсус, основанный на фантазиях и нагнетании ажиотажа. Чавес – единственный в мире демократический лидер, нещадно критикуемый прессой, по-прежнему находящейся под полным контролем его оппозиции, на которого удалось навесить ярлык «диктатора». А угроза США – что плохого он сделал США, кроме выделения малоимущим своей страны ежегодных субсидий в $100 млн на топливный мазут?

Печальная действительность такова, что США, где, по крайней мере, есть ряд организаций гражданского общества, которые могут представить независимый взгляд на внутриполитические вопросы, по вопросам внешней политики все больше уподобляются России. Огромное большинство экспертов, получающих доступ к важнейшим американским СМИ, состоит из правительственных чиновников, бывших правительственных чиновников и лиц, тем или иным образом находящихся под влиянием правительства. Это – одна из причин, по которым нам так легко вторгнуться в Ирак или в Афганистан и так трудно выбраться оттуда – несмотря на то, что американская общественность уже давно не проявляет энтузиазма по поводу отправки боевых частей за рубеж.

Хиллари Клинтон также отметила, что в Латинской Америке возрастает влияние России, Ирана и Китая, и признала, что мы действуем в «многополюсном мире». Это также очевидно – в последние годы Китай вложил миллиарды в Венесуэлу, Бразилию, Кубу и Эквадор и заключил с Аргентиной соглашение о валютном свопе на $10 млрд. Кроме того, на этой неделе Китай вышел на первое место среди получателей бразильского экспорта, обойдя США. Но признание Клинтон «многополюсного мира» необычно и, вероятно, беспрецедентно для государственного секретаря США.

Из Вашингтона продолжают поступать противоречивые сигналы. На прошлой неделе Государственный департамент еще раз необоснованно обвинил Венесуэлу, объявив ее, помимо всего прочего, «безопасной гаванью для террористов» (несколько дней спустя Венесуэла депортировала на родину несколько колумбийских повстанцев). Недавно главный советник Обамы по экономике Лэрри Саммерс заявил, что Аргентина не соответствует условиям присоединения к гибкой кредитной линии МВФ, в рамках которой Мексика получила транш в $47 млрд.

Вашингтон – главный куратор МВФ. Мексика и Бразилия также имеют доступ к соглашению о валютном свопе с Федеральной резервной системой США на $30 млрд. Это – большие суммы, что свидетельствует о том, что Вашингтон по-прежнему пользуется своим влиянием во время кризиса, занимаясь политическим фаворитизмом вместо того, чтобы вносить вклад в поддержку регионального баланса платежей.

Но беспрецедентные реалистические ремарки Клинтон говорят о том, что они с Бараком Обамой, возможно, сделали для себя ряд важных выводов из общения с другими президентами на саммите Америк, прошедшем 22 апреля. Время для такого нового мышления настало уже давно.

'''Марк Вайсброт, The Guardian, Великобритания'''