Народ одобрил Манежное правосудие

Это подтвердил социологический опрос, проведенный по инициативе Общественной палаты России

Я не боюсь «чужих» (ну, если только тех, что из космоса прилетят), но мне не нравится, когда, например, соседи среди ночи врубают музыку. Если я звоню в милицию, а она не приезжает, если я пытаюсь убедить «музыкантов» по-хорошему, а меня не воспринимают, дело, скорее всего, закончится мордобоем. Соседи – чужие мне люди. Следует ли из этого, что я – ксенофоб? Для справки: «ксенофобия» дословно означает «страх, боязнь чужих».

Большинство СМИ (что при желании можно расшифровать как «смерть информации») именуют события в центре Москвы от 11 декабря 2010 года, когда некоторые люди собрались выразить свой протест против этнической преступности, исключительно «погромом». В качестве вещественного доказательства столь «меткого» определения предъявляют ободранную снизу елочку у входа в Манеж. Все остальное – разграбленные магазины, сожженные машины и опрокинутый Кремль – лично я как-то пропустил, несмотря на то, что непосредственно присутствовал в толпе «бесчинствующих молодчиков».

Мне было чем заняться в ту субботу, но я поехал на Манежную площадь, причем отнюдь не из-за профессиональных обязанностей. И подобные мне – не фанаты, не «леворадикальная молодежь», «не озверевшие молодчики» – там тоже были. Мы, выражаясь языком президента РФ Дмитрия Медведева, «не гадили», елочку не ломали, в снежки с ОМОНом не играли и на кавказцев не бросались. Мы своим присутствием всего лишь хотели показать, что очень устали от собственного гостеприимства, оставшись один на один с беспардонными гостями.

«Бойня в центре Москвы», «Манеж ксенофобии» – на фоне этих и т. п. заголовков идиома «массовые беспорядки» звучала почти ласково. Либеральные выводы стали сродни приговору: «отмороженные (и впрямь было прохладно. – Прим. авт.) фанаты», вдохновляемые «националистами-радикалами», устроили «черносотенный погром», который «угрожает целостности России».

После столь уничижительных характеристик впору застрелиться. Рука уже тянулась к револьверу, когда на глаза попались результаты последнего социологического опроса, проведенного Агентством социальных технологий «Политех» при содействии Института этнологии и антропологии РАН по заказу Общественной палаты РФ. А заказу нашей Общественной палаты можно верить, ибо ее, как показывает практика, интересует кто угодно, только не мы.

Так вот, 76% молодых жителей Москвы, Санкт-Петербурга, Ростова-на-Дону, Нижнего Новгорода, Новосибирска и Челябинска в той или иной степени сочувствуют участникам «беспорядков» на Манежной площади. Они (кто под этим местоимением подразумевается, решайте самостоятельно) говорят, что высшей формой проявления демократии является, простите за пафос, воля народа.

«Voluntas populi suprema lex»: 78% опрошенных заявили, что считают события на Манежной площади не националистическим выступлением, а акцией протеста против коррупции и (или) этнической преступности (с доводом о коррупции согласны 69 из 78%, а с доводом об этнической преступности – 58 из 78%). При этом 76% респондентов сказали, что сочувствуют участникам митинга, а однозначно осудили их лишь 20%.

39% опрошенных заявили, что не любят приезжих с Кавказа, притом, что к остальным мигрантам отношение респондентов оказалось довольно лояльным. 51% опрошенных признались в нелюбви к чиновникам. Полицию не любят 27% респондентов.

Из общественных организаций наибольшее одобрение молодежи вызывает работа Движения против нелегальной иммиграции, на днях запрещенного судом. Деятельность ДПНИ одобряют 32% опрошенных. «Молодую гвардию» «Единой России» поддерживают 19% респондентов, движение «Наши» – 17%, «Русское национальное единство» – 16%. Субкультуру скинхедов одобряют 5% опрошенных.

«Коммерсантъ» отмечает: почти все опрошенные уверены, что акции, подобные Манежной площади, повторятся в будущем. При этом конкретного процентного соотношения газета не указала. Отмечается лишь, что 37% опрошенных заявили, что принять участие в подобных акциях готовы их знакомые.