Погром администрации Химок милиция расценила как хулиганство

По факту погрома здания администрации города Химки, который произошел вечером 28 июля, заведено уголовное дело по статье «хулиганство».

Накануне прошла несанкционированная акция протеста против вырубки Химкинского леса. Группа радикально настроенных молодых людей забросали камнями, бутылками с зажигательной смесью здание Администрации округа Химки и расстреляли его из травматического оружия. Стены здания протестующие покрыли лозунгами «Спасем Русский лес», "Не допустим вырубку Химкинского леса", "Это наш лес", "Вырубку долой" и другими.

По данным ГУВД Московской области, в акции участвовало около 90 человек, однако, по информации «Газеты.ru», в акции участвовали более 300 человек.
По данным источников УВД округа, группа молодых людей прибыла из Москвы на электричке. Их лица закрывали черные платки и маски. После непродолжительного пребывания в Химках погромщики направились обратно на станцию и следующей электричкой группа возвратилась в Москву.

Милиции в ходе погрома никого задержать не удалось. Обращение УВД Химок к милиции на транспорте также не принесло результатов.

Через несколько часов после погрома здания Администрации 16 активистов движения в защиту Химкинского леса были задержаны на месте вырубки леса. Свою причастность к погрому экологи отрицают.
Лидер движения в защиту Химкинского леса Евгения Чирикова в эфире радиостанции «Эхо Москвы» рассказала, что их обвиняют в разжигании костра и «отказе в грубой форме» потушить его, а также в оказании сопротивления при задержании.

Чирикова также заявила, что «никаких костров не было, наш лагерь просто оцепили и сказали, что в соответствии с постановлением губернатора Московской области Бориса Громова мы не имеем права находиться в лесу, и попросили выйти из леса. Мы вышли, нас тут же схватил ОМОН и посадил в автобусы».

Лидер движения в защиту Химкинского леса добавила: «в данный момент я сижу на полу в камере химкинского отделения милиции, меня не выпускают. Звоню с чужого телефона, который мне дали буквально на минуту попользоваться. Мне проводили дознание с раздеванием. Дома у меня осталось двое маленьких детей – 4 года и 9 лет. Я очень беспокоюсь за их судьбу».