Египетские беспорядки все больше напоминают события января

На улицы вышли «ветераны» борьбы с Мубараком

До недавнего времени Египет считался одним из самых удачных примеров из серии революций на Ближнем Востоке — арабская весна здесь обернулась не только быстрым свержением правителя (демократию в стране революционеры навели за 18 дней), но и справедливым судом над ним, который, впрочем, пока не окончен. События этой недели показали, насколько обманчивы оказались кадры западных СМИ с довольными лицами египтян.

Во вторник, 28 июня, в Каире вновь вспыхнули беспорядки. Египетская столица, почти как в январе, сотрясалась от столкновений демонстрантов и полицейских. Свыше тысячи человек получили ранения различной степени тяжести, сообщает BBC. Протестующие вновь забрасывали полицейских бутылками с зажигательной смесью и камнями. На рассвете Каир словно переместился во времени на несколько месяцев назад. Улицы перегорожены баррикадами, разбиты тротуары (демонстранты выламывали куски асфальта и бросались ими в стражей порядка), повсюду под ногами рассыпаны резиновые пули и в сторонке - толпа демонстрантов, устроивших сидячую забастовку в знак протеста против жестокости полицейских, описывает события корреспондент The New York Times.

С чего все началось? Что привело к такому взрыву ненависти между народом и властями, которые этим самым народом совсем недавно и были поставлены управлять страной? Здесь четкой информации нет. Одни говорят, что насилие внезапно разгорелось из-за того, что полиция вдруг не пустила демонстрантов к местам январских событий. Толпа египтян собралась, чтобы почтить память погибших во время «жасминовой революции», в результате которой был свергнут бывший президент Египта Хосни Мубарак. Тогда во время антиправительственных демонстраций и их разгона силами безопасности в течение 18 дней погибли порядка 850 человек. В центре Каира собрались, в основном, их семьи. Власти выдвигают свою версию событий, заявляя, что изначально силовики действовали исключительно в целях самообороны, когда демонстранты пытались ворваться в здание Министерства внутренних дел. В итоге протестующие решили вспомнить, каково это — выкрикивать политические лозунги. Тысячи человек собрались на центральной площади Тахрир, но на этот раз у них уже не было с собой заранее разукрашенных баннеров, да и единого понимания, чего вообще требовать. Одни жаловались на то, что судебный процесс в отношении экс-президента Хосни Мубарака затягивается, другие сетовали на жестокое обращение полиции, третьи оказались недовольны общим положением дел в стране.

«Они называют нас бандитами, - рассказал журналистам 32-летний лавочник Амар Мустафа, - а мы лишь простые граждане, которых не устраивает тот путь, которым идет Египет... Я был здесь всю прошлую ночь... Полиция напала на нас за выражение нашего недовольства». 23-летняя студентка Сальма Самер пожаловалась корреспондентам уже не на разбитую экономику страны, а именно на действия силовиков: «Я в ужасе от того, как полиция обращалась с протестующими... Это не то, к чему мы призывали, когда вышли на улицы 25 января. Это не та революция, которую мы себе представляли». Руководство Верховного совета вооруженных сил Египта, в руки которого после февральской отставки Мубарака перешла власть в стране, в среду призвало граждан не поддаваться на провокации и воздержаться от насилия. «Кровь мучеников революции была использована, чтобы спровоцировать раскол между людьми и силами безопасности», - заявил Совет, добавив, что события на площади Тахрир были тщательно спланированы. По мнению властей, они направлены на подрыв безопасности и стабильности страны, сообщает Daily News Egypt.

Полицейским удалось усмирить пыл демонстрантов при помощи слезоточивого газа. Однако активисты протестующих заявили, что эти события повлекут за собой новую крупномасштабную акцию в пятницу. Слишком уж возмутили они граждан Египта. Чего стоит одна только сцена, описанная в The New York Times, когда женщина средних лет, потрясая кулаком на кордон военных, восклицала: «Мы ждали пять месяцев! Мы не увидели никаких изменений. Чем вы занимались все это время?». «Ты ждала тридцать лет. Подождешь еще немного», - небрежно бросил какой-то офицер из оцепления.