«Если Украину от России оторвали, то не по воле Ленина и даже не по воле его формальных наследников: зато при поддержке и с подачи руководства России 1991 года»

«Когда в начале 1918 года буржуазная Украина тоже при поддержке Германии заявила о своем выходе из состава России, ни Ленин, ни его преемники не ждали ни тридцать, ни восемь лет, чтобы ее вернуть: менее чем через год Красная Армия была в Киеве»

Объективно – война, которую сегодня Российская Федерация ведет на территории бывшей УССР, святая война.

Эта война святая не потому, что идет за Россию и русский язык против нынешней Украины – хотя и это важно, но воюющие с другой стороны тоже в массе своей говорят между собой по-русски, а русские националисты подчас воюют на стороне киевского режима. И не потому, что, по сути, стала войной за национальную независимость и суверенитет России против агрессии западной коалиции, начатой против России в феврале 2014 года с захватом Киева. Это вообще не война России с Украиной и русских с украинцами: это война антифашистов с фашистами и нацистами. Речь идет о том, что западная коалиция на Украине отрабатывает форму своей будущей жизни, одновременно используя украинских нацистов как свой боевой кулак.

Нация – это не кровь, нация – это определенное социальное сообщество, складывающееся вокруг рыночных отношений. Кровь, история, культура – это все конструкты, «приводные ремни», используемые для скрепления этого господствующего сообщества в рамках организации многоэтажного человечества. Так что Россия, по ряду причин, вступила в борьбу против определенной мировой тенденции, предполагающей, что сложившаяся «евроатлантическая нация» через «евронацизм» оформляет свое положение господства над остальным миром, устанавливая внутри себя и для себя определенное подобие социального государства, обеспечивающего свои социальные обязательства за счет народов и стран, в эту нация не влившихся.

То есть РФ сегодня ведет ту же самую войну, которую разрушенный ею Советский Союз вел в 1941-45 гг. И она, как и он когда-то, опять прикрывает собой человечество, останавливая экспансию все того же крупного капитала с его идеей мирового господства.

Для нее это война за самосохранение – но в итоге и за сохранение относительно цивилизованного состояния человечества: защищая себя, она защищает человеческую цивилизацию как таковую, человеческое существование мира как таковое – и в этом святость этой войны, ни проиграть которую, ни пойти на компромисс в которой она себе позволить не может: компромисс будет поражением, поражение будет ее уничтожением – вместе с уничтожением гуманистической цивилизации как таковой.

Поэтому отказ от поддержки этой войны есть поддержка противостоящих сил, то есть поддержка нацизма. По отношению к стране – это национальное предательство, по отношению к истории и человеческой цивилизации – варварство. Призыв к миру сегодня, обращенный к России – это варварство. Если Россия проиграет, ее растопчут, человечество – закабалят.

Россия ведет сегодня войну в значительно худших условиях, нежели ее вел СССР в прошлую войну. И потому что не имеет накаленной идеологии, не имеет той сплоченности, той автономной экономики и той ясности целей и задач, а еще – той международной поддержки, как на властных, так и на низовых уровнях, которую имел Советский Союз.

Поэтому ее задача объединять вокруг провозглашаемых целей всех противников нацизма и обеспечивать, чтобы все, кто не является сторонником нацизма на другой стороне, оказывались тяготеющими к ней.

Путин обозначил как цели России на Украине демилитаризацию и денацификацию. Не упомянув почему-то демократизацию и деолигархизацию. Зато за два дня до этого добавив к двум названным «полную декоммунизацию» и, уничижительно пройдясь по Ленину, обвинив его в том, что тот оторвал от России исконно русские земли и подарил их Украине - пообещал это исправить. То есть выступил враждебно по отношению к тому началу на Украине, которое является основным носителем дружественных России настроений: не очень активной, но массово значительной просоветской ментальности. Одновременно ударив и по своей собственной опоре в России: советской ментальности и советскому электорату.

Тот немалый массив украинского общества, который, терроризируемый нацистами и украинской властью в целом, во многом забитый и пострадавший, не имея сил и организации для борьбы, продолжал праздновать 9 Мая и ожидал от России избавления от нацизма, и ждал от России избавления и прихода «Красной Армии», услышал от Путина обещание и «денацификации», и декоммунизации, и увидел армию, идущую под флагами армии генерала Власова. Ясно, что в силу разных обстоятельств Россия, принимая в 2000-м году этот флаг, сделала вид, что к власовцам он отношения не имеет – но он же к ним отношение имеет…

И на фоне обещания «декоммунизации» это составляет некое смысловое единство. Тем более, что формально нынешняя киевская власть объявляла все время, что и она и за денацификацию, и за декоммунизацию. Тогда, с точки зрения сохраняющегося на Украине «советского украинца», какой смысл с цветами встречать декоммунизаторов под флагом армии Власова и эпохи Егора Гайдара, принимая их власть вместо власти демокоммунизаторов под флагами Петлюры и Бандеры…

И что значит «декоммунизировать» страну где и так запрещена советская символика и снесены памятники Ленину…

И на фоне этого у «советского русского путиниста» ведь тоже возникает вопрос: если сегодня объявлен поход на Украину для ее «декоммунизации» - хотя уж что в стране с нацистским режимом «декоммунизировать», - то не будет ли после возвращения объявлена «окончательная декоммунизация» уже и в России, где как раз от «советскости» и «коммунистичности» еще немало осталось…

Да, Путин до сих пор вполне бережно относился к внешним атрибутам советского наследия. Но ведь он когда-то и пенсионный возраст обещал не снижать, и конституцию под себя не менять. Мало ли что было раньше…

Вроде бы в ряде случаев российские колонны уже начали вместо власовско-гайдаровских триколоров использовать Знамена Победы. Тем более, что официальным знаменем российской армии все же является Красное знамя. Хотя и непонятно, почему государство, объявившее себя наследником Победы 1945 года и правопреемником и продолжателем СССР, принимает своим флагом флаг армии предателей, вообще мало с чем славным в истории России связанный, и еще к тому же допускает эскапады по поводу «окончательной декоммунизации». Главное – зачем…

Даже если ограничивать понятие «декоммунизации» по отношению к современной Украине одним только «отрезанием исконно русских территорий, подаренных Украине Лениным», для той же еще широко сохраняющейся «советско-украинской идентичности», это означает отрезание от нее части того, с чем она себя идентифицирует – и создание из нее нового противника вместо того, чтобы на нее опереться.

Да, Ленин поддержал решение о включении Донецко-Криворожской Советской республики в состав Советской Украины: и для того, чтобы противопоставить во многом мелкобуржуазной и буржуазной массе украинского населения многочисленных рабочих Донбасса, но и для того, чтобы противопоставить возможным эксцессам украинского национализма заведомо пророссийское население того же Донбасса. То есть создал основу, которая в случае подобных эксцессов не позволила бы оторвать Украину от единого Союзного государства. О том, как это было на само деле, стоит говорить отдельно.

Если Украину от России оторвали, то не по воле Ленина и даже не по воле его формальных наследников: зато при поддержке и с подачи руководства России 1991 года. И той России, бесноватые избранники которой в 1990 году первыми заявили о своем суверенитете и отказе подчиняться законам единого государства. Украина только взяла с нее пример.

Только когда в прошлый раз, в начале 1918 года, буржуазная Украина тоже при поддержке Германии заявила о своем выходе из состава России, ни Ленин, ни его преемники не ждали ни тридцать, ни восемь лет, чтобы ее вернуть: менее чем через год Красная Армия была в Киеве, а еще через год на стороне националистов петлюровского правительства выступила Польша Пилсудского, вторгшаяся на территорию Украины и захватившая Киев, причем (при поддержке провозглашенной «Русской» триколорной армии Врангеля, нанесшей удар в спину сражающейся с Петлюрой и Пилсудским России) примерно через полгода, к осени 1920 года, большая часть Украины была воссоединена с Россией. Не будь удара Врангеля – воссоединили бы и всю Украину.

Два года потребовалось Ленину для возвращения Украины. Два года - не тридцать и не восемь… И упрекать его за что-то – некрасиво и нечестно.

Сегодня РФ свою вину 1990-1991 годов искупает – большой ценой, в том числе и кровью. И стоит перед выбором: победить или прекратить свое существование. И не нужно ей мешать – ни взваливая на других свои былые ошибки. Ни, тем более, ударами под руку и в спину, криками о любви к миру, деликатным отстранением от принятия на себя ответственности за поддержку военной операции на Украине, бегством из страны, заверениями противостоящей стороны в своей лояльности и прочим изобретением изысканных форм национального предательства.

Россия либо победит, либо будет раздавлена и уничтожена. И либо спасет цивилизацию от нового нацизма как инструмента власти «железной пяты олигархии», описанного 120 лет назад Джеком Лондоном, либо пророчество писателя сбудется и на мир опустится новое варварство.