Хроники деградации: бывшая житница на пороге дефицита

Не исключено, что к концу года бежать будут уже не с Донбасса, а на Донбасс

К теме катастрофического перекоса в сельском хозяйстве Украины мы обращаемся не впервые (раз, два).

Раньше речь шла о том, что товарный экспорт всё более замещается сырьевым. В социальном плане эффект аналогичен внедрению механизации производства — выталкивание жителей сёл и райцентров в крупные города, вот только работы там для них нет.

Экономические эффекты множественны, однако все с уклоном в негатив: уменьшение валютной выручки (торговать сырьём в конечном счёте всегда убыточнее, чем продукцией); формирование монокультурного с/х со всеми сопутствующими последствиями, характерными для банановых республик; запуск спирали схлопывания внутреннего рынка (закрытие производств=>трудовая миграция в сопредельные государства=>падение доходов у смежников и сферы обслуживания).

Однако завершающийся и грядущий маркетинговые годы могут изменить ситуацию, вернув в обиход украинцев подзабытый термин «хроническая белковая недостаточность».

Как связаны увеличение перевалки в портах и стоимость курятины

Для начала немного прогнозов и статистики. Стивидорные компании и администрация Одесского морского порта спрогнозировали, что в 2015 году только из одесского порта на экспорт уйдёт не менее 9,7 млн тонн зерновых. Этот масштаб гораздо лучше чувствуется, если сравнить его с общим грузооборотом порта — в этом году он может составить 25 млн т. Таким образом, зерно составит 40% годовой перевалки порта.

Это не просто много, такой показатель за годы независимости достигнут, пожалуй, впервые (в 2014 году он был чуть выше 29%, в 2013 — 22,5%). И в ближайшие годы он будет только расти: в порту завершается строительство двух зерноперевалочных комплексов суммарной мощностью 7,2 млн т в год.

Как известно, население Украины зажиточностью не отличается. Однако постепенное развитие внутреннего рынка продовольствия в десятилетие «нулевых» позволило многим украинцам включить в рацион отечественную курятину — вполне приемлемую по качеству и цене.

Производителей много, но в основном рынок поделён между двумя крупнейшими (МХП и Агромарс). Более мелкие игроки отличаются от лидеров отрасли прежде всего тем, что преимущественно не имеют собственной кормовой базы — Агромарс и МХП ещё и крупные агрохолдинги с тысячами гектаров пахотных земель.

Поэтому мелкие игроки покупают фуражное зерно у его производителей, а крупные — используют своё. Резкий обвал курса гривны создаёт для отрасли довольно угрожающую ситуацию — зерно для мелких производителей может вырасти в цене минимум в 2–3 раза. И выходов из этой ситуации не видно.

Если раньше экспорт зерна ограничивался экспортными квотами и пропускной способностью портовой инфраструктуры, то в последнее время она значительно улучшилась, а квот не стало вовсе. Фактически один только Одесский морской порт способен обработать примерно 25–26% прогнозного экспорта украинского зерна в 2014/15 г. (38 млн т)

Тут стоит отметить, что хотя урожай 2013 и 2014 гг. существенно выше урожаев прошлых лет, но и темпы экспорта всё равно опережают рост урожайности. Это означает, что если раньше цену зерна мог диктовать покупатель, то теперь её начинает диктовать продавец («Не хочешь — не бери, продам на экспорт»). И покупателю придётся брать, одновременно повышая отпускную цену курятины.

Процесс этот не быстрый, но в перспективе (за несколько лет) Украина получит разорение мелких региональных производителей и укрупнение рынка. Возможно, разорившиеся хозяйства будут скуплены лидерами отрасли, возможно, их укрупнит кто-то третий, неважно. Главное, что в результате всё равно получится монополия крупных производителей, ценовую политику которых контролировать рыночными методами будет уже некому. А курятина, как социально доступный источник белка, перестанет быть таковым.

Что удорожает себестоимость украинского зерна

Однако увеличение перевалки зерна в портах — не единственная причина вероятного дефицита фуражного зерна на внутреннем рынке. Ассоциации украинских аграриев сообщают о том, что фермеры в условиях недостатка оборотных средств готовятся экономить.

Основные пути экономии — уменьшение посевных площадей и уменьшение количества вносимых азотных удобрений (выросли в цене в 3–4 раза — с 3,3 тыс. грн до 12 тыс.). Любой в конечном счёте ведёт к уменьшению урожая. Те же, кто получит кредит по ставкам, превышающим 30% годовых, в первую очередь будут гнать зерно на экспорт либо сдавать крупным зернотрейдерам.

Ещё один немаловажный фактор роста цен с/х продукции — изменения в налогообложении. Меморандум с МВФ предусматривает перевод украинского АПК на общую систему налогообложения уже с 2016 года, тогда как ранее этот шаг было решено отложить до 2018 года. Это увеличит стоимость зерна на внутреннем рынке ещё на 20%, что автоматически отразится на ценниках хлебных и мясных отделов.

Впрочем, тем, кому в новых условиях хватает только на хлеб, расслабляться тоже не стоит. С 12 марта на Украине снова подорожал хлеб — новая цена батона теперь 7,40 (оцените иронию) грн (2014 — 4,05 грн, 2013 — 3,54 грн). И это при том, что предыдущее подорожание было в середине февраля. В целом же отраслевые обозреватели уже сейчас говорят об ожидаемом двукратном росте стоимости зерна и овощей. Правда, власти Киева административными мерами «отменили» подорожание, однако это примерно то же самое, что запрещать наводнение.

В условиях роста общеукраинской задолженности по зарплате и сокращения производства для с/х производителей это автоматически означает падение спроса на внутреннем рынке, а значит — ещё один стимул работать преимущественно на экспорт, аграрии уже сейчас говорят об этом. При этом экспорт преимущественно сырьевой и отнюдь не в Европу, чьей житницей собиралась стать Украина, — экспорт в страны ЕС как раз сокращается.

Сейчас об этом говорить ещё рано, однако не исключено, что к концу года потоки внутриукраинской миграции сменят направление, и бежать будут уже не с Донбасса, а на Донбасс. В том числе и те, кто сегодня его обстреливает.