Кинопремьера «9 причин, чтобы жить»: внук Бельмондо с подопечным на последнем дыхании

Французская трагикомедия «9 причин, чтобы жить» вышла в российский прокат 20 января

Томас — типичный представитель «золотой молодежи», проводящий ночи напролет на вечеринках с морем алкоголя и косяками доступных дамочек. После того, как он умудрился утопить автомобиль в бассейне отчего дома, папа-доктор окончательно потерял терпение. Под угрозой лишения сына довольствия, светило паллиативной медицины заставил Томаса ухаживать за одним из своих самых проблемных пациентов.

Двенадцатилетний подросток Маркус оказался тем еще подарком. Имея целый букет заболеваний (диабет, трудности с дыханием, почками и позвоночников) он устал от постоянной опеки своей мамы, регулярных горстей лекарств и вплотную приблизился к депрессии. Кому, как не гедонисту Томасу, предложить парню мотивацию, составив с ним список из девяти причин жить?

«9 причин, чтобы жить» является ремейком немецкого фильма «Это чертово сердце» пятилетней давности. Однако у российского зрителя возникнут, прежде всего, ассоциации с «Мажором» и «Холопом». Зачин у всех трех лент практически идентичный — вплоть до загубленных машин и заблокированных карт. Разве что в «Девяти причинах» обходится, к счастью, без травмированных жертв. Но травм будет хватать и в паллиативном детском отделении…

В остальном «9 причин, чтобы жить» - типовая французская комедия, которых, из-за их задушевности никогда не бывает много. Фирменных шуток, правда, здесь практически не найти, а те, которые есть, достаточно натужны (пойдем в театр на «Ночь вампиров»? - почему на «Ночь вампиров»? - действительно, почему?). Самые остроумные приколы лежат в политнекорректной области. Довольно пунктирной оказывается и любовная линия. Но все это, конечно, обусловлено, спецификой фильма.

Главный козырь «9 причин, чтобы жить» - это, пожалуй, исполнитель роли Томаса Виктор Бельмондо — внук Жана-Поля Бельмондо. Парень — достойный представитель актерской династии, потому что в нем есть редкий дар радоваться со счастливыми и сострадать несчастным (ну или, по крайней мере, искусно изображать эти эмоции). При этом в нем ощутим тот самый стержень, который принято еще называть харизмой. 

Кадры с сайта kino-teatr.ru