«Пикник» устроил кругосветное путешествие не в опере венской, а в зале смоленском
Смоленск увековечен в «пикниковской» песне «Не в опере венской», где есть строчка о «клубе смоленском». И пусть группа выступает здесь обычно не в клубах, а во вместительном КДЦ Губернский – побывать в городе-герое хоть раз считают делом чести многие заядлые поклонники «Пикника». Тем более, в футуристическом мультфильме, показанном в качестве интродукции к концерту, фигурировали величественные башни, так похожие на элементы смоленского Кремля, и зал, так похожий на КДЦ Губернский.
Белая дверь на экране открыла вход в абсолютно неизведанную реальность. Путешествию, а точнее – волшебному полету – дала старт песня «Мы как трепетные птицы», расцвеченная саксофоном Виктора Архарова. Протяженность маршрута впечатляла – «От Кореи до Карелии». В пути зрителей развлекала девушка-андроид со скрипкой в руках, принимающая эффектные позы. Встреча с «Египтянином», как обычно, оставляла в душах неизгладимый след.
Эдмунд Шклярский казался могущественным магом, знающим о каждом, абсолютно все. Так, перед песней «Маски» он внезапно возник на экране в компании беззаботно щебечущих по телефону девушек, одна из которых произнесла фразу «дальше праздник неглиже», и дал понять, что детали беседы знакомы ему в мельчайших подробностях. Затем на сцене появилась прекрасная дама уже во плоти, в костюме, шляпе и с тростью и обнажила в танце стройные ножки. Не совсем неглиже, конечно, но тоже заманчиво!
К песне «Город не носит лапти» участники «Пикника» облачились в зеркальные наряды. Склонившись на танцпартером, Эдмунд Шклярский вручил плакат счастливчику из первых рядов. Затем певец удалился к импровизированной трибуне в глубине сцены и начал вещать измененным электронными эффектами голосом потусторонние истины. Это была новая прелюдия к песне «Филолетово-черный». А под песню «Глаза очерчены углем» на экране был начертан силуэт женщины-скрипки – только не углем, а лазером. Конец первого отделение ознаменовалось появлением двух прекрасных блондинок, которые красиво отбивали ритм на красных металлических бочках в «Сиянии».
В начале второго отделения на экране возник воздушный шарик, совершивший чудесное путешествие из Китая в Египет. Разгадать этот парадокс под силу было только тем, кто был способен расшифровать «Иероглиф». Ребусы множились от песни к песне: под «Куклу с человеческим лицом» зрители узрели манекена вообще без лица, в песне же «Игла» правил бал человек-бумажная снежинка. А в «Немного огня» пламени было на самом деле столько, что полыхали и микрофон, и гитары.
Однако «Пикник» все равно восстал, как Феникс, из пепла и исполнил «Ничего не бойся», которая после известных событий стала для поклонников «Пикника» больше, чем песней. Прощались же под «На самом краю Земли» под древнеегипетские созвездия, доказывая, что от Смоленска до страны фараонов не так уж далеко, как может показаться, на первый взгляд.
Комментарии читателей Оставить комментарий