Обидели свастику!

Есть такая красивая песня: Твой "back" не влезает в мой телевизор, Но я этому даже рад. Тебе помогает один композитор, Говорят, что он педераст. Называется это «Ой, я люблю тебя, Алла» и

Есть такая красивая песня:

Твой "back" не влезает в мой телевизор,

Но я этому даже рад.

Тебе помогает один композитор,

Говорят, что он педераст.

Называется это «Ой, я люблю тебя, Алла» и сбацано группой «Алиса» под художественным руководством Константина Кинчева. Он же, надо полагать, и автор этих мастерски сработанных под дурачка рифм. Или не мастерски – какая, впрочем, разница, если «пипл хавает»?

Ну да, где-то в в конце 60-х (естественно, у «них») появилась такая проблема: рок-поэзия. Когда вдруг выяснилось, что в роковых текстах совсем, отнюдь и не только «love – above», а напротив – вполне себе стихи, которые далеко не всегда поддаются однозначной расшифровке. Типа «I’m the Walrus» или «Across the Universe». И много чего еще такого же «типа».

В любом, однако, случае, «там» начинали с музыки, и она, естественно, была в головке угла.

Здесь, то бишь тогда еще в Союзе, начинали с того, что воспроизводили «маде ин оттуда», и верхом мастерства считалось «снять один к одному». О большем речи – в смысле музыки – не было.

Зато в семидесятых годах явилось поветрие, поддуваемое «пиплом» – запеть на языке родных осин. Поветрие материализовалось – и заодно материализовалась фишка: текст – первичное, музыка – вторяк. Потому что эта формула «канала», а обратное – нэт. На этой волне, собственно, и явились «аквариумы», «кины» и «алисы», которые брали инструменты и готовые музыкальные шаблоны оттуда, а тексты к ним примастыривали свои. В результате получился «русский рок».

Теперь его ветераны – в строгом соответствии с западными стандартами, где пионером был еще «начинающий писатель» Джон Леннон – стали выпускать книжки. Правда, если Джон Леннон начал-таки с двух книжек с оригинальными текстами (то же – недавно переведенный на русский Ник Кейв), то помянутый Кинчев не мудрствовал лукаво: опять же сбацал томик из текстов своих песен (образчик см. выше) и интервью: «Солнцеворот», понимаешь.

А поскольку нельзя, чтоб было «просто книжка», крутой эпатажник влепил на обложку свастику – это называется «оригинальный вариант». Так получился требуемый шумок, под который издательство «ЭКСМО» выпустило ее, натурально, в «издательском варианте». То есть, без свастики.

Ништяк, чуваки!?