«Москва не загипнотизирована обаянием Обамы»

США ориентированы на создание глобальной системы ПРО

Во время своего пребывания в Амурской области Владимир Путин высказался в поддержку антикризисных мер, проводимых правительством, которые он, в отличие от президента, считает эффективными. Многие эксперты усмотрели в этом заявлении проявление первых разногласий во властном тандеме.

На мой взгляд, самое недвусмысленное разногласие между президентом и премьером, которое не допускало различных толкований, - это разногласие о формате вступления России в ВТО. Потому что в течение небольшого отрезка времени сначала Путин в обязывающем международном формате в присутствии партнеров по Таможенному союзу сказал, что вступать будем вместе (единой таможенной территорией). А несколько месяцев спустя (притом что процесс интеграции стран в Таможенный союз развивался своим чередом и никаких срывов не было) президент заявил, что выгоднее будет вступать всем по отдельности.

'''Спасать надо не титулы и собственность, а предприятия реального сектора'''

Что касается разногласий относительно продолжения антикризисных мер, то здесь очень важен контекст. Одно дело, когда президент выступает в Москве в присутствии представителей крупного бизнеса и финансового сектора. Этим людям он говорит, что антикризисные меры пора сворачивать и переходить в иной режим функционирования. Это означает сигнал тем лоббистам, которые сумели использовать в кризис свои возможности и влияние на государственную власть для получения дополнительной поддержки в том, что такая ситуация не может продолжаться бесконечно долго. И это звучит абсолютно оправданно.

Другое дело, когда премьер-министр говорит об этом на Дальнем Востоке, в одном из регионов, который нуждается в максимальном поощрении со стороны государства. И говорит применительно к предприятиям, поддержка которых должна носить не только антикризисный, но и постоянный характер. Например, если речь идет о предприятиях оборонно-промышленного комплекса. Если уж речь идет не о поддержке, то по крайней мере о режиме максимального благоприятствования. Таким образом, контекст сам по себе очень много значит.

Одно дело - режим благоприятствования для реального сектора и адресная помощь для стратегически важных предприятий, а другое дело - лоббизм крупного капитала, стремящегося списать свои издержки на государство. Понятно, что иногда одно от другого отделить сложно. Но задача государственной политики именно в этом и состоит. В период кризиса она не была выполнена, когда надо было отделить поддержку собственников от поддержки их предприятий. На самом деле, это две разные проблемы. Много говорилось о том, что спасать надо было не титулы и собственность, а именно предприятия реального сектора. И в этом вопросе я не вижу принципиальных разногласий. Одно дело, когда перед нами лоббист крупного бизнеса, и другое - когда мы видим реально работающее предприятие, от функционирования которого зависит экономика целых регионов.

'''США ориентированы на создание глобальной системы ПРО'''

Теперь хотелось бы сказать несколько слов о фразе Владимира Путина о том, что настоящей перезагрузки в отношениях между РФ и США пока не получается. Я считаю, что это важное заявление. Это сигнал о том, что Москва не загипнотизирована обаянием Обамы до такой степени, чтобы не различать с одной стороны улыбки, слова, дружелюбие и реальную политику, которая остается неизменной, с другой. По крайней мере в тех вопросах, которые касаются американской стратегии военно-политического доминирования в мире.

В вопросе о размещении американской ПРО в Европе эта стратегия не претерпела никаких существенных изменений и не претерпит. Потому что США ориентированы на создание глобальной системы ПРО. А будут ли ее элементы размещаться в Чехии, Болгарии или просто на флоте - это вопрос технический. То, что Вашингтону удалось превратить вопрос о ПРО в Польше и Чехии в разменную карту в отношениях с Москвой, является успехом их дипломатической игры. Потому что они превратили абсолютно пустую карту в карту для разыгрывания внешнеполитических комбинаций. Пустую, потому что от конкретного решения по размещению в Польше элементов американской ПРО в глобальной системе ядерного баланса между Россией и США ничего не зависит.