Почему проект Nabucco может оказаться бесполезным

ЕС выступил единым фронтом и предоставил финансовые стимулы для инвестирования средств в трубопровод

Энергопотребители Европы должны были в прошлом месяце вздохнуть с облегчением, когда канцлер Германии Ангела Меркель перешла на противоположную половину поля и поддержала планы ЕС по финансированию строительства трубопровода Nabucco, а Евросоюз запланировал в своем будущем бюджете выделение 200 миллионов евро на данный проект. Наконец-то ЕС выступил единым фронтом и предоставил финансовые стимулы для инвестирования средств в этот трубопровод, по которому природный газ должен пойти через Турцию в Европу, создав тем самым важную альтернативу импорту из России.

Но сейчас многое говорит о том, что обретенное такими усилиями единство оказалось недостаточным и возникло слишком поздно. Столкнувшийся с огромными трудностями проект Nabucco, являющийся приоритетным с точки зрения геополитики, но вызывающий большие сомнения с точки зрения коммерции, на первом этапе должен был обеспечиваться газом с азербайджанского месторождения 'Шах-Дениз'- 2 и с группы шельфовых месторождений Азери-Чираг-Гюнешли в Каспийском море. На втором этапе, когда трубопровод должен был выйти на полную проектную мощность в объеме 31 миллиарда кубометров газа в год (это все равно лишь малая доля того, что нужно Европе), газ планировалось поставлять из Туркменистана, Ирана, Ирака или из стран Персидского залива. Однако в самом начале главным является азербайджанский газ.

Но русские, похоже, его просто забрали.

27 марта Москву посетил Ровнаг Абдуллаев, возглавляющий азербайджанскую государственную энергетическую компанию. Там, во время тихой церемонии в штаб-квартире российского энергетического гиганта 'Газпром', находящегося под контролем Кремля, он подписал меморандум договоренности о поставках в Россию азербайджанского газа с двух новых месторождений. Не исключено, что далее этот газ будет экспортироваться в ЕС. Пока этот меморандум не является обязательным юридическим документом, однако данное соглашение вполне может сделать проект Nabucco совершенно нежизнеспособным.

Европейские потребители, например, болгары, которые мерзли в январе, когда Москва почти на три недели отключила им газ, могут потерять еще одну альтернативу российским газовым поставкам. На самом деле, даже две альтернативы: Азербайджан - это единственный маршрут, через который туркменский газ может попадать в Европу, минуя Россию. Европейцы в вопросах диверсификации энергопоставок могут очень быстро оказаться в зависимости у потенциально враждебного Ирана, поскольку потока газа только из Ирака и стран Персидского залива будет недостаточно, чтобы оправдать экономически строительство Nabucco.

Свое предложение 'Газпром' впервые озвучил еще в марте 2008 года. Так что же заставило Абдуллаева поехать в Москву именно сейчас? В конце концов, Баку активно выступает за строительство Nabucco, считая этот трубопровод важным средством для налаживания более тесных связей с Турцией и Западом.

На изменения в расчетах свое влияние оказали два важных события последних месяцев: это вторжение России в соседнюю Грузию и решение Анкары увязать реализуемые на ее территории энергетические проекты со вступлением Турции в Евросоюз. Россия бросила вызов стремлению региона двигаться по западной траектории, но она вряд ли могла сбить Баку с избранного курса. Однако Турция своим решением оставила Азербайджан и другие газо- и нефтедобывающие страны Каспия без надежного моста в Европу. Выбор оставался небольшой, и пришлось обращать взоры на север, в сторону России.

Это парадокс, но ЕС добился единства в вопросе строительства Nabucco спустя всего два месяца после того, как турецкий премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган (Recep Tayyip Erdogan) отказался участвовать в конференции, посвященной прокладке трубопровода. В качестве причины он назвал так и не завершившийся процесс вступления Турции в ЕС, заявив, что это главное препятствие на пути энергетического сотрудничества. Анкара выполнила все технические условия для вступления, однако сохраняющиеся в рядах Евросоюза разногласия по поводу членства Турции мешают ей сделать это.

Эти разногласия, касающиеся разделения Кипра, вопросов иммиграции, культуры и религии, также создают препятствия на пути энергетической диверсификации Европы. Наверное, не стоит принижать их значение. Но в равной степени нельзя принижать значимость последствий энергетической геополитики России. Новая администрация во главе с Бараком Обамой ясно понимает стратегическую важность серьезного отношения к интересам Турции. Президент подчеркнул это, сделав последнюю остановку во время своего европейского турне в Анкаре. Скептически относящиеся к Турции лидеры стран ЕС должны последовать его примеру и как минимум посетить эту страну, чтобы выслушать ее мнение на сей счет.

Результат недовольства Турции - это не только утрата ключевого партнера по транзиту энергоресурсов. Что более важно - это утрата производителей энергии. Она может привести к краху проекта Nabucco - проекта, который Еврокомиссия называет стратегическим приоритетом ЕС. Такая перспектива поставит европейских потребителей в то же положение, в каком оказался Азербайджан. У них не останется иного выбора, кроме как повернуться в сторону России.
'''
Александрос Петерсен, The Wall Street Journal, США'''