Туфли и Буш: до него так и не дошло

Буш действительно не понимал, не понимает и не поймет, за что его так не любят

Почти полвека назад, когда советский лидер Никита Хрущев вошел в историю, стуча ботинком по трибуне Организации Объединенных Наций, британский премьер-министр Гарольд Макмиллан, вошедший в историю как раз своей флегматичностью, задумчиво сказал: «Кто-нибудь, переведите мне это, если можно».

Джордж Буш, на воскресной пресс-конференции в Багдаде едва уклонившись от туфлей, которыми его обстрелял разъяренный иракский журналист, сделал все, чтобы весь мир увидел, как он озадачен этим происшествием. Что и говорить, попади обувь в цель, конфуз был бы эпический - под стать всему бушевскому правлению. Однако складывается впечатление, что, как туфли не попали в цель, так и причина этой выходки до Буша не дошла. Даже похоронив под обломками Ирака репутацию Америки во всем арабском и исламском мире, Буш действительно не понимал, не понимает и не поймет, за что его так не любят.

Правительство Буша, руководствуясь ложной информацией, развалило иракское государство, разогнало иракский средний класс по всему Ближнему Востоку, своими руками взрастило джихадизм и развязало межконфессиональную войну, которая еще долгое время не оставит этот регион. Кроме того, вторгшись в Ирак, Америка сама сделала из Ирана региональную державу.

Из информации, регулярно раскрываемой такими институтами, как Главное контрольное управление (Government Accountability Office, аналог российской Счетной палаты - прим. перев.), становится очевидно, что у команды Буша в Ираке вообще не было никакой стратегии, кроме опьянения собственными триумфами. Как результат - то же ГКУ сообщает, что в стране до сих пор практически не работают ни электричество, ни водопровод. Однако с закатом Буша и с восходом Барака Обамы в регионе распространяются большие позитивные ожидания и уже появляются некоторые обнадеживающие обстоятельства. Например, если в октябре багдадский кабинет единогласно отклонил американо-иракское соглашение о статусе и постепенном выводе американских войск, в ноябре тот же кабинет это соглашение принял. Между этими двумя датами было решительное голосование американского народа, высказавшегося за перемены, а также телефонный звонок из Тегерана - лидер ближайшего и наиболее влиятельного проиранского движения в Ираке позвонил министрам в Багдад и убедил их изменить мнение.

Новое правительство Обамы может повлиять на развитие событий и восстановить престиж США в регионе, не только согласившись на постепенный вывод войск, но и сделав еще две основополагающие вещи. Во-первых, необходимо четко заявить, что США намерены энергично добиваться окончательного урегулирования ближневосточного конфликта, результатом которого стало бы как справедливое решение для палестинцев, так и безопасность для Израиля. И, во-вторых, необходимо встать на путь переговоров с Ираном, с тем чтобы и за Тегераном оставался голос в решении вопросов стабильности региона, и его соседи могли чувствовать себя в безопасности. Это, в свою очередь, повысит шансы на успех и в Ираке и в разрешении палестино-израильских противоречий.

Более того, такая политика может даже повлиять на результаты выборов, которые в следующем году пройдут как в Израиле, так и в Иране. Иранским муллам, чтобы постоянно держать в страхе население, инстинктивно настроенное проамерикански, необходимо, чтобы США были врагом. Для израильтян же неприемлема сама мысль о разрыве со своим главным союзником: такая опасность уже была в 1992 году - в результате непримиримый Ицхак Шамир лишился власти, а на высший пост был избран миротворец Ицхак Рабин.

'''Редакционная статья The Financial Times, Великобритания'''