Царский дипломат: «Не допускаю и мысли, что при взятии Константинополя не будет русских войск»

Вспоминаем историю военного противостояния России и Турции

Мы предлагаем читателям материал профессора Алексея Олейникова, автора книги «Турецкий капкан: 100 лет спустя»

Еще в августе 1914 года крейсе¬ра «Аскольд», «Жемчуг» и пароход Добровольного флота «Полтава» вышли из Владивостока для совместных дейст¬вий с силами союзников против германских крейсеров на просторах Тихого океана.

Впоследствии «Аскольд» совместно с кораблями союзников вел разведку, нес дозорную службу у турецкого побережья, высаживал диверсионные группы, наносил удары по береговым батареям. Во время Дарданелльской операции «Аскольд» вошел в 6-ю эскадру союзного флота под командованием французского контр-адмирала Гепратта, представляя среди 200 кораблей и судов стран Антанты воору-женные силы России.

25 апреля 1915 года плавсредства русского крей¬сера использовались для высадки десанта у Кум-Кале, а сам корабль занял позицию для ведения артиллерийского огня.
Шлюпки с «Аскольда» первыми подошли к берегу. Огнем турецких орудий аскольдовский баркас был потоплен прямым попаданием снаряда. Продвижению подразделений десанта на берегу мешал пулемет, установленный на мельнице. Русский крейсер первым же удачным залпом разрушил ее, и пулемет замолк. За 25 апреля крейсер израсходовал 748 152-мм и 1503 (75-мм) снарядов. Причем меткость огня русского крейсера вызвала удивление и восхищение союзников.

26-го апреля в результате огня «Аскольда» и вспомогательного крейсера «Савойя» около 500 турецких солдат сдались в плен. До конца апреля «Аскольд» действовал у Дарданелл: входил в пролив и вел огонь по батареям турок на азиатском берегу, прикрывая союзные войска на Галлиполийском полуострове.

Потери экипажа за Дарданелльскую операцию составили 4 человека убитыми и 9 человек ранеными. В мае нахождение корабля в Дарданеллах носит эпизодический характер. О пребывании «Аскольда» в это время сообщает командир германской подводной лодки U-21 О. фон Херзинг: он заметил «Аскольд», но предпочел атаке легкого крейсера цели более высокого ранга - линкоры «Триумф» и «Маджестик».

Говоря о взаимодействии с союзниками в ходе Дарданелльской операции, необходимо отметить, что предполагалось наличие крупного русского воинского контингента в составе союзного экспедиционного корпуса в Дарданеллах. Данный проект, одобренный штабом Верховного главнокомандующего предполагал необходимость послать 40-й сибирский стрелковый полк с батареей (3-я легкая батарея в составе 6-ти орудий) в Проливы.

Переброска - через Владивосток. Снаряжение - из расчета 1,5 тыс. патронов на винтовку и орудие, 45 тыс. патронов на пулемет. Отряд также должен был включать в свой состав команду велосипедистов и мотоциклистов, 2 автомобиля, сотню 53-го Донского казачьего полка.

17-го мая 1915 г. генерал-квартирмейстер отправил начальнику военных сообщений при Верховном Главнокомандующем предписание – подготовить отряд для перевозки.
Начальник морского управления Ставки контр-адмирал А. Д. Бубнов телеграммой от 27-го мая № 428 телеграфировал, что возможно перевезти предназначенный для участия в операции сибирский полк начиная с 1-го июля, но при этом присутствует риск потери 25% лошадей.

Сотню 53-го Донского казачьего полка было решено заменить подразделениями Уральского, Забайкальского или Сибирского казачьих войск. Были выбраны сибирцы.
Во главе отряда должен быть генерал-майор, начальник штаба - подполковник или капитан, 2 старших адьютанта должны были обладать знанием английского, французского и турецкого языков.

Отряд был технически усилен и должен включать в свой состав отделение самокатчиков, подразделения мотоциклистов и радиотелеграфа, саперную роту и дивизионный лазарет, а также 10 автомобилей. Предполагалось улучшение снабжения и снаряжение отряда, а командиром был назначен военный агент в Черногории генерал-майор Потапов.
30-го мая вопрос об отправке был решен Ставкой. Но у Николая II возникли нарекания. «Не знаю, - телеграфировал он 31-го мая, - какую пользу принесет участие столь малого отряда в операциях с союзниками у Дарданелл. Напротив, всякое усиление нашего десантного корпуса в Черном море, по-моему, крайне необходимо».

В замечаниях Великого князя Николая Николаевича говорилось, что посылка отряда имеет моральное значение – он будет участвовать в занятии Константинополя вместе с союзниками, в то время как босфорский десант возможен лишь после проникновения союзного флота в этот пролив через Мраморное море. Главковерх, в отличие от императора, не верил в успех Босфорской операции.

Во всеподданнейшем докладе, представленном Николаю II и сообщенном в Ставку, С. Д. Сазонов высказался, что «с политической точки зрения» посылка наших войск к Дарданеллам может соответствовать нашим интересам при условии, что отряд не будет слишком незначителен, «ибо иначе намеченная цель не была бы достигнута, оставив в силе обещание союзникам относительно черноморского десантного корпуса».

Но процесс пошел, и отряд готовился к переброске в Дарданеллы.

Общая численность отряда - до 6-ти тыс. человек. Но фактический состав был следующим: штаб – офицеров (в скобках – нижних чинов) 9 + 1 чиновник (28), подразделение связи 1 (45), заведующий укомплектованиями 5 (14) + 2 чиновника, 40-й сибирский стрелковый полк 78 (4436), маршевый батальон 29 (2029), полусотня 3 (82), маршевая полусотня 2 (77), батарея 5 (267), артиллерийский взвод 2 (72), искровое отделение 2 (40), автомобильная команда 1 (84), мотоциклетная команда 1 (34), саперная полурота 5 (325) и пр. Всего - 148 офицеров, 37 чиновников, 8094 нижних чинов, 990 лошадей, 8 орудий, 32 автомобиля, 23 мотоцикла, 16 самокатов (из них 4 запасных).

31-го мая Ставка сообщала, что французы готовы перевезти на своих транспортах до 5-ти тыс. человек 1-го июля. Предполагалось возможным задействовать и суда Добровольного флота «Киев» и «Могилев», 4 французских парохода и еще 2 парохода.

Т. к. численность отряда возросла, возникли сложности и затяжки. В итоге, было решено отправлять десантников эшелонами.

12-го июня начальник Штаба Верховного Главнокомандующего генерал от инфантерии Н. Н. Янушкевич доложил о сроке отправки отряда – 14 июля. Но уже 7-го июля Н. Н. Янушкевич известил С. Д. Сазонова о том, что накануне Николай II одобрил предложение Великого князя об отмене отправки нашего экспедиционного отряда в Дарда¬неллы - вследствие встреченных затруднений технического характера.

9-го июля С. Д. Сазонов известил об этом Париж и Лондон.

Учитывая, что в августе 1915 г. союзники взяли курс на сворачивание операции – отпала и необходимость в переброске русского отряда.

Показательно, что Г. Китченер был очень недоволен проектом отправки русского десантного отряда в Дарданеллы – он считал, что перебросить 4,5 тыс. человек с лошадьми, пушками, обозами достаточно тяжело, и это причинит англичанам массу хлопот. С. Д. Сазонов на это заметил, что не может допустить и мысли, что при взятии Константинополя не будет русских войск и что, «если англичанам наш отряд и причинит хлопоты, то это не беда, этим стесняться не надо, так как они попросту не желают, чтобы мы вошли в Константинополь вместе с ними». «Это вопрос политический, а не военный» - отметил он.

На возражение, что принять «символическое» участие в занятии Константинополя Россия могла бы и путем отправки к Босфору десантного отряда из Одессы, генерал-квартирмейстер Штаба Верховного главнокомандующего генерал от инфантерии Ю. Н. Данилов ответил что «взятие Константинополя может состояться и без завладения Босфором», тогда как одесский десант может быть высажен только на Босфоре, и «если мы хотим участвовать в церемониале взятия города, то наши войска должны прибыть с юга».

Конечно, видеть в 5 - 6-тысячном отряде средство для препятствий Англии прочно завладеть Константинополем, нельзя. 

И все же все формы взаимодействия с союзниками России по Антанте должны были приближать общую победу и способствовать престижу нашей страны и русского оружия. Иными словами речь шла не о том, чтобы служить целям иностранных государств, а действовать, согласно своим интересам. Общая победа таким интересам России, безусловно, отвечала.