Два «Гамлета»

Что ни говорите, но самая необычная в донской столице театральная постановка – это «Гамлет» в Молодежном театре, где зрители, следуя за актерами по театральному закулисью,

Что ни говорите, но самая необычная в донской столице театральная постановка – это «Гамлет» в Молодежном театре, где зрители, следуя за актерами по театральному закулисью, превращенному в замок Эльсинор, перестают быть зрителями и превращаются в очевидцев. А сегодня Ростовский Музыкальный театр представит свою новую работу – балет «Гамлет», и это – тоже оригинальная постановка. Мировая премьера. «Мировая премьера» - звучит гордо. Но в театре считают, что так оно и есть, потому что либретто (Н. Оганесова), хореография (А. Фадеечева), музыкальный коллаж из произведений Шостаковича – все впервые. - Формально описанные в «Гамлете» события происходят в Дании, но ведь понятно, что для Шекспира – это условная Дания, и география здесь не главное, - говорит художник-постановщик (он же – художник по костюмам) Вячеслав Окунев. Сам он создал на сцене мир, в котором соединились приметы 30-х годов прошлого века, эпохи советского и германского тоталитаризма. - Минимальными средствами добиваемся максимального впечатления, - так объяснил мне Окунев задачу, которая стояла перед ним, как сценографом. Впечатлил: в центре сцены – огромное, отливающее металлическим блеском здание, грозное и таинственное. С его площадки призрак открывает Гамлету свою страшную тайну и взывает ко мщению, за его стенами навсегда исчезает Офелия. Кстати, призрак в этом балете говорящий, и «Быть или не быть» прежде произносят, а потом уж танцуют. И вообще особенность этой постановки в том, что в ней звучат стихи. Иногда – за сценой (и тогда все это напоминает фильмы–балеты прежних лет), иногда – со сцены. «Мышеловка» (бродячие актеры, по наущению Гамлета, разыгрывают перед королевским двором сцену отравления короля) в драматических спектаклях обычно – пантомима. Здесь, наоборот: звучащий мини-трагифарс. Постановщики балета «Гамлет» надеются (и, верно, не зря), что их версия будет интересна зрителям разных поколений: молодым она покажется близка динамикой, энергией, жестким, но вместе с тем эффектным минимализмом декораций, не говоря уже о музыке – сильной, мощной, импульсивной. Зрителей более искушенных, которые находят удовольствие «не в цветах, а в их оттенках», начитанных и насмотренных, конечно же, привлечет еще и нетрадиционный взгляд на хрестоматийные шекспировские образы. И тут, конечно, самая большая неожиданность – Офелия. Офелия – этот многовековой символ нежности, невинности ангельской чистоты (недаром у Окуджавы: «И нас Офелия помянет») здесь не совсем та. Поначалу, очарованные ее прелестью и грацией, мы словно не замечаем, что она – игрушка в руках своего отца, придворного интригана Полония. Но вот влюбленный в нее Гамлет демонстрирует свое равнодушие к ней, убивает Полония, приняв его за другого, и… в движениях Офелии появляется что-то от механической куклы, внутри которой лопнула пружинка… И если у Шекспира священник, отпевающий Офелию, еще только сомневается: а вправду ли ее смерть – несчастный случай, то у создателей этой версии нет сомнений, каким грехом она завершила свою маленькую жизнь. Что до финала самого спектакля, то он еще мрачнее, чем в шекспировской трагедии, хотя, возможно, в этой мрачности есть своя философия и свой осторожный оптимизм. Как помните, у Шекспира история оканчивается тем, что к датскому двору, усеянному трупами его правителей, прибывает Фортинбрас, норвежский принц, – опасный сосед датчан, а теперь – единственный наследник датской короны. Он велит похоронить Гамлета с воистину королевскими почестями, как того, кто мог стать великим властителем. В данной версии такой финал совершенно невозможен, поскольку Гамлет здесь не только сын, мстящий за отца, но и скорее оппозиционер, диссидент. Не властитель - однозначно. Так что действие трагедии разворачивается от… похорон до похорон двух королей: отца Гамлета, которого есть кому оплакивать, и затем его убийцы Клавдия, над которым никто не склонится, не прольет слезу. Так проходит земная слава? Добрым молодцам урок держаться подальше от политики? А это уж как кому увидится и поймется… Таков второй оригинальный ростовский «Гамлет». Первому, кстати, уже 13 лет. В следующем сезоне в Молодежном театре будет его 400-е (!) представление. Пожелаем и новорожденному не меньшей популярности. Марина КАМИНСКАЯ