Дело в силе, глупец

Глаза молодого журналиста расширились от осознания истины, только что перед ним открывшейся: всё, что может сделать грубая, неодолимая сила — правильно!

Представьте себе: страна, скажем, Турция, переживает попытку элементов внутри страны, скажем, военных чинов, свергнуть правительство. Правительство быстро ликвидирует попытку переворота и после этого весьма тщательно вычищает дом. Оно сажает под арест десятки тысяч, и мы не знаем, что именно с ними делают и сколько их вообще. Ну, не стоит внимания.

А затем торжествующее и возродившееся турецкое правительство указывает на человека, исламиста, жителя далекой страны и называет его вдохновителем провалившегося переворота.

Затем правительство Турции выходит на контакт с правительством страны, в которой живет этот исламист — который не просто исламист, а вдобавок еще и религиозный деятель — и говорит, что этот человек должен быть передан Турции. Мужчины и женщины в Вашингтоне, кому направлено это обращение, просто посмеиваются.

Турецкое правительство повторяет, что правительство США, чьи официальные лица позволили этому человеку поселиться у них в стране, должны передать его Турции. Официальные лица США опять посмеиваются, а затем отвечают туркам, что этот человек не нарушал никаких законов в их исключительной стране.

Турки говорят, что их не волнует, нарушал ли он законы вашей страны или нет, он только что пытался развалить нашу страну на части, потому, пожалуйста, передайте его нам.

А теперь правительство США отвечает — Кому, по-вашему, вы это говорите, ребята?

Этот вопрос относится к международному законодательству, говорят турки.

Леди и джентльмены в правительстве США давятся от хохота.

Либеральный журналист некоего комми-вебсайта Counterpunch цепляется за это и пытается прокопаться чуть глубже.

Сэр, задает он вопрос на следующей пресс-конференции Госдепартамента, мы будем рассматривать запрос турецкого правительства о выдаче этого религиозного деятеля?.

Я рад, что вы задали этот вопрос, сынок, отвечает пресс-секретарь Госдепартамента. Но религиозный деятель, как вы его назвали, насколько мы знаем, не нарушал никаких законов США.

Приятель-журналист склоняется к молодому либералу и говорит, что именно это правительство Талибана в Афганистане пыталось сказать об Усаме бен Ладене.

Я слышал, что сказал другой представитель пресс-корпуса - но мы обратились к внутреннему национальному сообществу, и они сказали, что все в порядке, в Афганистане мы показали, на что способны.

Да - сказал еще кто-то - а кроме того, эти тюрбано-головые сукины сыны напали на нашу Родину.

Я понял - сказал журналист-комми - но разве турки не правы, если говорят, что этот человек несет ответственность за попытку переворота в Турции?

Они ничего не доказали - так вмешался еще один представитель пресс-корпуса.

Да, но никто не доказал, что Усама бен Ладен устроил 9/11 - сказал комми. Я имею в виду, что Талибан хотел, чтобы он предстал перед судом, а мы просто сказали, что нам нужна его голова.

Вы что, всерьез сказали, что эти чертовы горцы могут вздумать говорить нам, США, как вести дела, сказал еще один присутствующий журналист-ветеран. Мы — Босс, и именно мы говорим этим ребятам, которые не знают, что такое свобода и демократия, что и как надо делать.

Но Турция — демократия, разве нет, спросил комми. А мы верим в демократию и права человека. И если кто-то пытается свергнуть демократически избранное правительство, разве мы не поддерживаем это демократически избранное правительство и не помогаем схватить того, кто пытается его свергнуть, особенно, если это религиозные деятели и исламисты? Разве не мы преследуем плохих парней по всей планете и не демонстрируем всему миру — плохие парни могут бежать, но не сумеют спрятаться?

Ты не понимаешь, так ведь, сказал еще один представитель пресс-корпуса. Мы — те, кто решает, кто демократичен, а кто нет. И именно мы решаем, кто хороший, а кто — плохой.

Но тогда дело не в принципе, спросил молодой журналист. Разве дело не в верховенстве закона и прав человека, и справедливой игре, и в том, чтобы сделать мир безопасным и демократичным?

Принцип хихикнул кто-то из старших присутствующих - у кого больше в этом опыта. Эй, кто-нибудь, выведите парнишку и купите ему мороженое.

Вызвалась пара ветеранов пресс-корпуса. Они прошли в ближайший зал и заказали две порции ванильного мороженого с горячим шоколадом и вишенкой. Сами взяли по куску яблочного пирога.

Сынок, сказал старший представитель пресс-корпуса молодому журналисту, есть вещи, которые ты должен понять. В международных делах далеко не все дело в том, чтобы было правильно. На земле есть дурные люди с поистине дурными идеями. А самая худшая идея в том, что кто-то еще, кроме США, может иметь свое мнение о том, что именно правильно. Однако хорошая новость в том, что ни у кого нет той силы, что есть у нас; а это и напор, и деньги. И мы используем их, конечно же, на благо, чтобы удостовериться, что безумцы нашего мира с сумасшедшими идеями о том, что и как надо делать, не выйдут за пределы резерваций — а поскольку всё, что мы делаем, оказывается в их же интересах, то это на пользу всем и каждому.

О, думаю, теперь я понял, сказал молодой журналист, его глаза расширились от осознания истины, только что перед ним открывшейся: всё, что может сделать грубая, неодолимая сила — правильно!

Ты понял, парень. И в следующий раз, когда ты услышишь, как кто-то говорит «это экономика, глупец», просто вспомни: сначала ты получаешь силу, затем получаешь экономику, затем женщину. Итак, в итоге, парень, вот что получается — всё дело в силе, глупец.

А теперь иди и убедись, что нытики-фантазеры редакторы и авторы той дурацкой газетенки, для которой ты пишешь, это понимают. Надеемся, мороженое тебе понравилось. 

Статья переведена sparling-05