Тень «совка» в музее советской оккупации

Как представитель того поколения, которого на Украине называют «совком», я предприму попытку объяснить СУГС-патриотам, что это за «зверь»

Назови меня лет тридцать назад «совком», то я бы обиделся и возможно, полез бы в драку. С годами всё поменялось. Я горжусь тем, что я «совок». Помню, лет десять тому назад, в благодарность за небольшую услугу, почтенная женщина мне сказала: «спасибо, у вас советское воспитание». Потом ещё, ещё и ещё раз мне кто-то напоминал о советском воспитании. Порой мне начинало казаться, что меня преследует одна и та же женщина. Конечно же, это была не она. Меня преследовало моё советское воспитание.

Кадры из фильма «Весна на Заречной улице». Коллаж с сайта afisha.ru

Ровесники независимости меня не поймут. Они родились в другую эпоху и выросли в другой стране. Среди них наверняка есть нормальные люди, и они не пройдут мимо, когда кому-то надо помочь. Но им никто и никогда не скажет: «спасибо, у вас украинское воспитание». Потому что украинского воспитания не существует. Есть слабое эхо того, что в них осталось от «совка».

На Украине давно стало традицией рассуждать о чём угодно, не имея никакого понятия о предмете. С точки зрения СУГС-патриотов (СУГС - аббревиатура от лозунга «Слава Украине! Героям слава!» - прим.ред.) во всех украинских бедах виновата Россия, русские и… советская ментальность. Вот с ней, как со сказочным драконом, ведут украинцы свою безуспешную многолетнюю борьбу, пытаясь вытравить из неизвестно кого «совок». Как представитель того поколения, которого на Украине называют «совком», я предприму попытку объяснить СУГС-патриотам, что это за «зверь».

Сам термин «совок» появился где-то в середине 80-х годов ХХ века. Тогда так называли тех, кто не умел хорошо жить. К примеру, моя семья относилась именно к этой категории советских граждан. Отец мичман ВМФ СССР, мать учительница начальной школы, с соответствующими зарплатами. Естественно, ни о каких нетрудовых доходах при таких «должностях» не могло быть и речи. Впрочем, мы не особо бедствовали и даже не мечтали о том, чтобы где-то что-то урвать и на ком-то нажиться. Полезных связей в среде завмагов не заводили, поскольку в семье были другие идеалы… «совковые».

Однако в Советском Союзе существовала другая, узкая прослойка лиц, у которых со связями и с доходами ситуация была несколько иная. Если конкретно, то в моей школе было два одноклассника: у одного мама работала директором гастронома, а у другой папа в N-ском райкоме партии города Киева. Чтобы лучше понять, что из себя представляли данные персонажи, напомню семейство Димы Семицветова из легендарной советской комедии «Берегись автомобиля». Один в один. Дом полная чаша и вокруг одни полезные и нужные люди.

Собственно, я это вспомнил к тому, что именно детки таких семицветовых считали моих родителей «совками», а лично ко мне, относились с неким пренебрежением за отсутствие модных вещей. У меня действительно не было джинсов «Монтана», магнитофона «Сони» и прочих модных тогда заграничных вещей. Впрочем, я от этого не сильно комплексовал, поскольку вырос на тех самых «совковых» идеалах.

Что ни говори, но советское искусство 50–60-х годов создало уникальный образ человека, к которому должен был стремиться каждый гражданин Страны Советов. Во многом, именно благодаря советскому кинематографу я вырос таким, каким я вырос. На каждом этапе своей жизни я стремился стать похожим на героев фильмов «Комсомольцы-добровольцы», «Офицеры», «Весна на Заречной улице»...

Материальное благополучие для меня было вторичным, и я искренне верил в то, что родился ради того, чтобы в конечном итоге мне «не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы». Именно потому у меня мыслей не было в голове, чтобы вступить в партию ради карьерного роста. В конце концов, чтобы быть честным, порядочным человеком, не обязательно было быть чьим-то членом. Однако для того чтобы стать партхозноменклатурой, обязательно надо было стать членом КПСС. Вот именно этот подход к жизни и отличал меня, мою семью от тех, кто считал нас «совками».

Во мне никогда не было зависти к «несовкам», но с годами к данным персонажам появилось презрение. Связано это с тем, что с развалом СССР большинство украинско-советской партхозноменклатуры переобулось в воздухе и превратилось в украинских националистов. Папа вышеупомянутого одноклассника из члена КПСС моментально стал членом украинского РУХа, а потом кочевал из одной «патриотической» партии в другую. Я сознательно не называют фамилию данного персонажа, поскольку у многих жителей бывшей Украинской ССР есть свой знакомый перевертыш, который тогда и сейчас менее успешных и соответственно менее гибких товарищей называет «совками».

На самом деле, «совок» - это тот человек, которого хотела создать коммунистическая власть Советского Союза, но надорвалась в силу несовершенства человеческого материала. Не получилось из граждан страны Советов конвейерно штамповать Павок Корчагиных. А у власти оказались разнообразные семицветовы: кравчуки, кучмы, ющенки, порошенки, тимошенки, луценки и им подобные мрази. У этих «несовков» никогда не было идеалов, никогда не было совести и элементарного чувства достоинства, зато всегда было сильное желание ничего не делать, сладко жрать и толсто с…ть. Ради этого «несовки» массово вступали в КПСС. Именно под их напором произошло разложение партии, и именно они изнутри разрушили Союз.

И с тех пор ничего не изменилось. Только сейчас украинские «несовки», прекратив лизать задницы московского начальства, с удвоенной энергией принялись лизать зады представителей «вашингтонского обкома».

К перекрасившимся подонкам у меня нет вопросов. Твари — они и есть твари. У меня накопилась масса вопросов к таким же, как и я «совкам», которые при советской власти были трудягами, а сегодня что-то мямлят о проклятой советской ментальности. Что им не нравится в советской ментальности? Порядочность? Честность? Идеалы? Что их не устраивает в героях легендарных советских фильмов: «Комсомольцы-дебровольцы», «Весна на Заречной улице» или «Офицеры»?!

Кто-то возмутится и скажет, что я ностальгирующий по тоталитарному прошлому сталинист. Кто-то объяснит всё тоской по ушедшей молодости или тем, что я не вписался в новые времена. Не о том речь. Если и есть у меня ностальгия, то как у Андрея Вознесенского — «ностальгия по настоящему». Настоящее, а значит – вечное - навсегда ушло из Украины. И на смену ему пришло мерзкое и сиюминутное.

«Совок» умер. Осталось какое-то нелепое недоразумение, которое стучит на своего соседа за «пророссийские взгляды». Остались подонки, которые переворачивают социальные сети и пишут доносы в компетентные органы на своего начальника, чтобы занять его место. Остались те, кто идёт «захищать» Украину, а потом требует себе льгот в общественном транспорте.

«Совка» больше нет. Есть бараны, которых сгоняют на митинги в поддержку мразей, подонков и негодяев. Их одевают в вышиванки, раздают им флаги и заставляют блеять «спасиби пан президент»… Впрочем, даже не заставляют...

В украинском «Музее советской оккупации» не будет одного экспоната — меня. Я не подхожу для экспозиции ни как жертва тоталитарного режима, ни как оккупант Украины. Вся моя жизнь противоречит тому представлению о советском прошлом, которое навязывает нынешняя украинская пропаганда. Я — «совок», другая часть истории, её обратная сторона, ныне ставшая «тёмной». Я — живой свидетель эпохи, память о которой хотят уничтожить, потому что она неудобна.