Греция и Португалия – не главные проблемы ЕС

Гораздо большей проблемой является Италия, ситуация в которой все хуже и хуже

Кто-то мог подумать, что решение греческих проблем позволит отложить долговые проблемы Европы как минимум до середины осени. Однако не сложилось. Сначала нехорошо повело себя рейтинговое агентство S&P, которое снизило рейтинг Португалии аж сразу на 4 пункта. Это вызвало протесты в политических кругах Европы – хотя, как понятно, толку от этого никакого не будет. Рейтинговые агентства так долго ругали за превышение рейтинга, что его занижение еще очень долго будет практически ненаказуемым. Да и потом, у кого поднимется рука взять на себя ответственность за то, что у Португалии все не так плохо? А без ответственности – это все слова.

И вот – новая информация. Президент Евросоюза Херман ван Ромпей созвал экстренное заседание высших европейских чиновников для срочного обсуждения долговых проблем еврозоны. Для участия в нем приглашены глава Европейского центробанка Жан-Клод Трише, председатель Еврогруппы Жан-Клод Юнкер, президент Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу и комиссар ЕС по вопросам экономики и денежной политики Олли Рен, передает Reuters со ссылкой на источники в Брюсселе.

А обсуждался на этом экстренном заседании, как ни странно, вопрос предоставления второго пакета помощи Греции. Дело в том, что бюрократы Брюсселя и ведущие банки Европы никак не могут прийти к консенсусу относительно масштабов и конкретного механизма участия частных кредиторов в реструктуризации греческих долгов. Точнее, варианты были (в частности, французский, который фактически предполагал реструктуризацию долга с существенным переносом основной его тяжести на более поздний срок), однако этот вариант поставило под сомнение рейтинговое агентство S&P (вечно им неймется!), которое предупредило, что сочтет такую реструктуризацию «выборочным дефолтом», т. е. признает дефолтными конкретные выпуски подлежащих обмену бумаг.

Отметим, что с формальной точки зрения агентство абсолютно право: Греция не в состоянии самостоятельно обслуживать соответствующие бумаги, и в этом смысле перенос обязательств есть фактически отказ от выполнения текущих обязательств. Да, конечно, евробюрократы с большим удовольствием «замели бы сор под ковер», но рейтинговые агентства, да и многие другие участники рынка со всем этим безобразием потом должны работать. Так что они совершенно не хотят, чтобы ситуация была отложена на потом без вскрытия реального состояния дел. Собственно, S&P жестко, но убедительно продемонстрировало, что время, когда можно было тянуть ситуацию, для Европы прошло.

Отметим, что Греция и Португалия – вовсе не все долговые проблемы Евросоюза. И самой страшной для них на самом деле сегодня является Италия, к которой инвесторы испытывают все большее недоверие. На последних торгах 8 июля сводный индекс акций итальянских банков FTSE Italia All-Share Banks Index рухнул на 6%, до самого низкого уровня с марта 2009 года. Падение котировок итальянских банков связано с опасениями относительно уровней их капитала, а также с неуверенностью рынка в способности Италии сбалансировать бюджет к 2014 году, как планирует правительство Сильвио Берлускони.

На самом деле объем долгов Италии вполне сравним с греческим (по отношению к ВВП, который у Италии, естественно, существенно выше), просто итальянские долги чуть лучше структурированы с точки зрения сроков отдачи. Но общая проблема от этого никуда не девается. При этом повторять греческие рецепты просто невозможно: дело даже не в том, что массовые забастовки в маленькой и, в общем, находящейся на отшибе Греции совершенно несравнимы с аналогичными проблемами в Испании и Италии, а в том, что европейские банки могут просто не пережить такого существенного сокращения своих краткосрочных активов. Заменить одни бумаги на другие можно, но ведь долги Греции, Италии или Испании – это активы финансовых институтов, которым, в свою очередь, соответствуют какие-то их собственные долги. Кто и как будет выплачивать эти долги, если соответствующие активы из краткосрочных станут долгосрочными, с соответствующим падением в цене?..

Фактически вся эта ситуация на самом деле демонстрирует невозможность и дальше продолжать модель рефинансирования долга, о чем я уже много раз писал. Но пока эта невозможность никак не озвучена, а вместо этого делается попытка изобразить, что все проблемы могут быть решены. Поведение агентства S&P фактически означает, что оно требует от Евросоюза сформулировать новые «правила игры», альтернативные тем, которые были приняты администрацией президента США Рейгана в начале 1980-х гг., а затем стали общепризнанными.

Почему ЕС – понятно: в силу специфики модели этого образования (объединение формально независимых государств, у каждого из которых – свой бюджет) оно просто первым столкнулось с этой проблемой. Собственно, США тоже с ней столкнулись: проблема порога госдолга – из этой же серии, но у них пока еще время есть. А вот у Евросоюза – уже нет. Беда только в том, что это образование по самой своей сути органически не способно принимать серьезные, принципиальные решения. И потому, что решения должны приниматься консенсусом (в последнее время, правда, не абсолютным, но суть от этого не меняется), и потому, что люди, которые возглавляют ЕС, многие десятилетия выбирались именно по принципу неумения принимать жесткие решения. В условиях экономического роста и расширения ЕС, когда сглаживание внутренних противоречий было на первом месте, это, может быть, и было правильно, но сегодня это становится губительным.

Мне кажется, что руководство ЕС принять решение не сможет. Собственно, решение это на самом деле очень простое: нужно открыто и честно сказать, что все существующие на сегодня долги вернуть невозможно в принципе, и разработать правила их списания. Соответственно, полностью изменить все правила финансово-экономических взаимоотношений всех участников соответствующих процессов в регионе. Всего-навсего.

Беда в том, что правила пишутся долго, а конкретные проблемы возникнут сразу же; одна из них – это проблема держателей долгов, о чем, собственно, и талдычит S&P. И решать их нужно быстро, четко и конкретно, здесь и сейчас, когда универсальных правил еще и в помине нет. Кто и как может делать это в современном ЕС так, чтобы данное образование не разлетелось с треском на части под грузом взаимных обид и проблем?.. Я не знаю. Зато знаю, что в Брюсселе никто и близко не готов взять на себя соответствующую ответственность.