Леонард Коэн заставил поклонников плакать на единственном концерте в Москве

Российские поклонники ждали Леонарда Коэна долго

Российские поклонники ждали Леонарда Коэна долго. Последние 15 лет легендарный канадский бард не гастролировал вообще, предпочтя общественной жизни почти полное затворничество.

Полтора года назад он был вынужден прервать свой длительный отпуск – бывшая менеджер обчистила Коэна на 5 млн долларов, оставив уже далеко не молодого артиста с последними 150 тысячами. Леонард Коэн зачехлил гитару, собрал команду старых друзей-музыкантов и отправился в большой гастрольный тур – Канада, США, Европа…

В России к приезду Коэна готовились еще в марте, но тур неожиданно был прерван из-за болезни маэстро… Вот и сейчас многие не верили, что Леонард Коэн все-таки доедет до России – именно по этой причине большинство старых и преданных поклонников уже успели побывать на выступлениях музыканта в других странах.

К началу концерта зал был заполнен лишь на половину, как выяснилось позже, просто не все успели попасть внутрь - очередь к Государственному Кремлевскому Дворцу растянулась от самой Кутафьей башни. Был ли это промах организаторов или суровые порядки прохода не территорию Кремля, видимо, так и останется загадкой. Но вот такой был неприятный момент – когда Коэн допевал уже вторую песню концерта, легендарную «The Future», зрители все еще продолжали толкаться в проходах.

Программа нынешнего тура — идеальный сборник «беста» от Коэна, недаром многие самые старые поклонники назвали вышедший по ходу гастролей концертник лучшим альбомом в карьере музыканта.

Как и на других концертах этого турне, начал Леонард Коэн свое выступление в Кремле с одной из самых своих известных песен – «Dance Me to the End of Love». Красивая, нежная мелодия, до боли заезженная в плеере, здесь раскрылась для меня абсолютно по-новому. У Коэна шикарная команда музыкантов: каждый звук, каждая нота были отполированы ими до невозможного совершенства, и, казалось, сам Коэн неподдельно удивлялся этому – подходил к каждому из музыкантов, трогательно снимал шляпу с седой головы и внимательно слушал, долго и внимательно глядя в глаза товарищу по сцене…

Между песнями Леонард Коэн иногда читал стихи, но в целом конферанс с рассказами о причинах этого тура и прочими грустными и не очень шутками был сведен к минимуму – музыкант просто опускался на колени и пел своим низким хриплым голосом, удивительно соединяя иронию и невероятную искренность, — «I'm Your Man», «Suzanne», «Born in chains» , «Chelsea Hotel», «Anthem» и прекраснейшую «Hallelujah», в которую умудрился вставить элегантный реверанс в сторону московской аудитории, ввернув в один из куплетов фразу «доехать до самого Кремля». Кстати, на этой песне у многих зрителей действительно выступили слезы !

Основные бэк-вокальные партии брали на себя многолетние коллеги Коэна - сестры Уэбб, но и сам артист не разочаровал, его неповторимый вокал, кажется, стал еще более глубоким и проникновенным, чем на заслушанных аудиозаписях.

Когда на завершающей части концерта зазвучали «Partisan» и «First We Take Manhattan», зал, который и так весь концерт внимал маэстро не по-московски благоговейно, безо всякой команды встал и зашелся в продолжительной овации — это было невероятно! Музыканты были вынуждены несколько раз возвращаться на сцену, зрители же спустились в партер, образовав у сцены настоящий танцпол. Коэн растрогался и посетовал на то, что, к сожалению, не сможет петь для нас всю ночь, дескать, регламент Кремлевского Дворца этого не позволит, а зал неодобрительно загудел, и почему-то кажется, что это было искренне и зрители действительно были готовы всю ночь внимать откровениям гениального канадца. Последней прозвучала «Closing Time» - как сказал Коэн, «это песня, с которой закрываются бары».

Есть все-таки в музыке Коэна что-то неуловимо русское – мотивы, интонации, но, скорее всего, это горькая, но искренняя ирония, проглядывающие сквозь стихи о любви, религии, одиночестве и смерти. Как он сам спел в уже упоминавшейся «First We Take Manhattan», «..Сначала мы возьмём Манхэттан, Берлин сдастся нам потом…»…..

Кремль же сдался ему сам, с радостью и добровольно!

Елена Сирик