«Ногу свело!» превратили 25% зала Горбушки в стадион

Столичная группа «Ногу свело!» за три десятка лет своего существования пережила извилистую и причудливую эволюцию В конце 80-х они начинали как с дерзкого, но стильного постпанка. В 90-е их воспринимали в ряду качественных развлекательных столичных команд, вроде «Тайм-аута» и «Манго-манго».

Столичная группа «Ногу свело!» за три десятка лет своего существования пережила извилистую и причудливую эволюцию

В конце 80-х они начинали как с дерзкого, но стильного постпанка. В 90-е их воспринимали в ряду качественных развлекательных столичных команд, вроде «Тайм-аута» и «Манго-манго».

Выпущенный на рубеже столетий «БОКС» показал, что коллектив может быть убийственно серьезным и даже беспощадным, но не все это поняли и оценили. А теперь, наоборот, как заметил Максим Покровский на в Горбушке 20 ноября, иногда они и хотят показаться раздолбаями (музыкант употребил более соленое словцо), но не всегда получается.

Это было заметно по тем песням, которые поклонники выбради для этого выступления, заранее проанонсированого как концерт по заявкам. Покровский не скрыл, что его приятно удивил выбор народом, например, такой напряженной песни как «(Белые) каллы». Из обеих частей диска «Счастлива, потому что беременна», публика предпочла хиты, но тоже с безуминкой или грустинкой - «День рождения» и «Голый клоун». А Покровский лишь усугублял эффект, вставляя слово «какашки» во фразу «заставил есть бумажки меня один палач».

Что поделать — такое уж жесткое сегодня время. Название концерта носило ностальгический оттенок - «Золотое время». Воспоминаниям о прошлом тоже, конечно, место нашлось. Особенно — когда ближе к финалу группа заиграла редчайшую песню «Поликлиника», которую, возможно, исполняла еще на «Фестивале надежд» в той же Горбушке в ставшими вдруг такими далекими 80-е. Но погоду в сет-листе делали не раритеты, а песни из недавнего «карантинного» интернет-сингла, некоторые названия которых в этом репортаже так просто и не приведешь…

Судя по всему, самому Максиму Покровскому подобный настрой был близок. Во всяком случае, певец позволил себе исполнить не участвовавшую в голосовании новинку «Молчание ягнят», сдобренную кадрами не для слабонервных из хроники летних белорусских протестов. А вот «В темноте», набравшую весомое количество голосов, Покровский, напротив, недолюбливает, считая ее излишне дурашливой.

Но чего не сделаешь ради преданных поклонников, проявлявших чудеса чуткости. Взять девочку Лизу, которая была удостоена публичной похвалы лидера «Ногу свело!» за то, что, имея честно выигранную в одном из конкурсов пожизненную проходку на концерты любимой группы, купила, тем не менее, билет в Горбушку. Есть все шансы предполагать, что об этом она не пожалела, наблюдая царящий на сцене угар.

Барабаня и танцуя, Максим Покровский демонстрировал безупречное чувство ритма и чудеса гибкости. А саксофонистка Ольга Захарова, перемещаясь по всей сцене во время песни «Кукла», давала всем понять, что ее завод воистину неиссякаем. После этого уже точно не приходилось сомневаться в словах Покровского, что дозволенные антикоронавирусными мерами 25% зала волшебным образом превратились в стадион.

Финал у этого необычного концерта был примечательным во всех отношениях. Заитриговав зрителей пассажем о том, что есть случаи, при которых сакраментальная фраза «х… вам!» звучит не как оскорбление, а наоборот, Максим Покровский исполнил припанкованную «Матную песню». Да, это, несомненно был тот самый концерт, очевидцы которого и через 30 лет применят к нему бессмертные строки романса на слова Федора Тютчева:

Я вспомнил время — время золотое,
И сердцу стало так тепло…