Соломенные еноты «Остров-крепость»
«Соломенные еноты» были и остаются вечной мерзлотой русского андеграунда, которую не разгрызть и не постичь даже многим верным его адептам. Эскапизм их скончавшегося два года назад основателя Бориса Усова феноменален. Музыкант не просто сводил к минимуму контакты с внешним миром и долгое время накладывал вето на издание своих альбомов, но и был феноменом даже не московского, а коньковского панка, введя в обиход такое причудливое словечко, как формейшн.
Вместе с тем, вдумчивый рецензент их альбома «Остров-крепость» Даниил Киберев отмечал, что в кои-то веки в этой работе «Соломенные еноты» вылезли из скорлупы своего компактного мирка и достоверно отразили метафизику недостаточно отрефлексированного в нашей культуре и субкультуре 1997 года. Да и впрямь — к тому моменту поутихла даже боль от расстрела «Белого дома», в котором, как открылось вдруг Усову, тоже «сгорали люди без совести и морали».
Излишне говорить, что от таких выводов легче не стало, поэтому пришло время для возведения Острова-крепости, внутри которой был хотя бы призрачный шанс спастись. Усов наивно рассчитывал, что ее стена не станет расстрелльным местом Николая Гумилева, а за нею откроется еще хоть что-то. Например, ласковый взгляд долгожданной «Мамы для мамонтенка». Или томящийся за Берлинской стеной слон «Ганс Чампурсин».
Не стоит удивляться, что к моменту записи «Острова-крепости» коньковская улица Островитянова окончательно стала для Усова его персональной Abbey Road (кстати, один корень с вынесенным в заглавие диска «островом» тут явно не случаен!). Сюда, например, подтянулись и участники актюбинской «Адаптации». В результате Ермен «Анти» Ержанов сыграл в альбоме на барабанах, и это сотрудничество было скреплено песней «Поезд Актюбинск-Москва» в которой Усов мастерски воспроизвел присущие «Адаптации» мотивы безысходности.
Еще одной группой, с которой ведется в альбоме напряженный диалог — тюменская «Инструкция по выживанию». Аллюзии на их творчество встречаются чуть ли не в каждой второй песне «Острова-крепости». Чаще всего это полемика. Скажем в «Японии» неумоевский императив «Погляди на небо» отклоняется, потому что герою важно либо обстроиться здесь и сейчас, либо стремглав отправиться в это самое небо, а не промышлять его созерцанием. Только так, по мнению Усова, можно избавиться от разрушительного действия Империи Зла.
Комментарии читателей Оставить комментарий