О любителях "приключений"

(Фрагмент) В последнее время в некоторой среде населения наблюдается повышенный интерес к "Библиотеке военных приключений". Спросишь кого-нибудь из этой некоторой среды: "А вы читали

В последнее время в некоторой среде населения наблюдается повышенный интерес к "Библиотеке военных приключений". Спросишь кого-нибудь из этой некоторой среды: "А вы читали "Приключения Робинзона Круэо"? А он вам не моргнув глазом: "Нет, но зато я читал "Приключения Нила Кручинина".

- Почему "зато"? - ведь вы же не знаете Дефо!

- Ну и что? - удивится вашей горячности читатель из среды,- Не могу же я прочитать сразу всю "Библиотеку военных приключений". Дочитаюсь и до Дефо! Подождет!

- Дефо, конечно, подождет. Но...- И, разведя руками и посоветовав скорее до него дочитаться, уходишь, ничего не добившись.

Или еще. Веселая группа ребятишек с горящими глазами проходит мимо:

- А ты помнишь, он ему ка-а-ак врезал, а тот стоит, он ему еще ка-а-ак [дал, дал, а тот опять] стоит. Он тогда пистолет выхватывает - р-раз...

- Ну это еще что,- возражает второй, с видом превосходства глядя на товарища: - Ты "Погоню за призраком" читал? Так там он ему ка-а-ак дал, еще и с вагонетки сбросил, а [не] то что у тебя!..

- С вагонетки - это да,- соглашается первый.

- Дал, дал, а тот ему тоже. Потом этот выстрелил, а тот в окно. Тут как раз наши подошли. Понял!

- Так у меня тоже наши,- возражает первый,- только у тебя сразу подошли, а у меня потом! Ты куда это, Коль, вот школа.

- Я сегодня прогуливаю,- интеллигентно сообщает Коля.

- Пойду смотреть "Дело "пестрых". Брат видел - говорит, классное кино. Там наш этому ка-а-ак дал!

Если свидетелем этой сцены будет читатель из среды (будем называть его "любитель приключений" - он [их] так любит читать), он покачает головой, для вида скажет "ай-ай-ай" - и... пойдет вслед за Колей брать билет на "Дело "пестрых", подумав при этом: "Надо не забыть взять "В погоне за призраком". Наверное, хорошо! Вот и ребята говорили: "Он ему ка-а-ак дал!". Наверное, здорово".

И вечером дома, закрыв очередное "Приключение капитана милиции", где на последней странице и как раз вовремя подошли наши, читатель вытирает на лбу испарину и принимается за "В погоне за призраком", где "этот" прыгает в окно и тоже подходят непременные "наши". "А действительно здорово - ребята были правы,- думает он.- Когда они только успевают все читать?"

На следующий день "Призрака" сменяет "Майор милиции" и т.д. Читает он самозабвенно и не может оторваться иногда месяцами. Его состояние очень похоже на запой у алкоголиков, только вместо зеленых чертей ему мерещатся небритые преступники с ножом и пистолетом, а вместо рокового "Шумел камыш" на языке вертится один вопрос: "Что же наши медлят?". Да, он вдохновляется - ему кажется, что это не майор, а он спасает бедную девушку, что он находит главную нить и она представляется ему совсем осязаемой нитью, какими жена часто штопает ему носки, он идет по этой нити, по пути находит все нити, целую катушку, целую сеть нитей, но здесь в него стреляют и он куда-то роняет главную, самую толстую нить, потом он ее все-таки находит, а за ней и преступника, которого готов прижать к сердцу за то, что он все-таки попался. Потом допрос, где он блистает благородством и суровой справедливостью. И здесь, с волнением закрыв книгу, с еще бьющимся сердцем, он долго не может заснуть, потому что у него болит плечо, в которое попала пуля. Обычно всегда преступник стреляет в плечо. У него, видимо, есть своего рода спортивный интерес, и ему, вероятно, приятно, что его преследу[ю]т, и поэтому он очень редко стреляет в ноги и уж совсем не стреляет в грудь. Это не дай бог.

Владимир Высоцкий