Жаркая луна
«Не ходите, дети, в Африку гулять», - говаривал Корней Чуковский. А вот после произведений Мемпо Джардинелли не захочется гулять и по Южной Америке, а особенно - по Аргентине. Ужасы солнечной Аргентины, и в частности кошмары провинции Чако, заткнут за пояс всех африканских акул, горилл и злых крокодилов вместе взятых. Невыносимая жара, тупость обывателей и всеобъемлющая коррупция вполне способны превратить в злого разбойника Бармалея самого обычного человека.
Повести «Жаркая луна» и «Десятый круг ада» взаимосвязаны и посвящены одному и тому же: они исследуют то, как в душах, на первый взгляд, неплохих людей пробуждается Зло, как оно завладевает их существом и как выходит наружу.
В первой повести молодой и перспективный профессор, поддавшись вызванному жарой умопомешательству, зачем-то насилует и душит тринадцатилетнюю дочь друга, а вдогонку убивает и ее отца. А во второй – солидный и преуспевающий пятидесятилетний дон, сговорившись с любовницей, бывшей образцовой сеньорой, сначала ни за что ни про что убивает лопатой по черепу ее мужа и своего друга и партнера по бизнесу, а потом приканчивает еще целую толпу случайно подвернушихся людей. Кстати, героев повестей зовут почти одинаково – Рамиро и Ромеро, и это, конечно же, не случайно.
Сочинители историй про плохих мальчиков и девочек, которым нравится убивать, делятся на две категории. Одни, такие как Брет Истон Эллис («Американский психопат», «Гламорама») или пошумевшие некоторое время назад Гаррос и Евдокимов («Головоломка», «Серая слизь»), простодушно наслаждаются фонтанами проливаемой ими на страницах кровищи. Вторые же, такие как американский писатель Джон Ридли («Бродячие псы») и Мемпо Джардинелли, скорбят, мучаются, ищут объяснения и видят в происходящем глубокую мораль.
Так, в первой повести Джардинелли неоднократно задушенная малолетка раз за разом оживает и преследует Рамиро своей безумной похотью (а это будет пострашнее самого жестокого наказания властей), а во второй – чувства героя оказались раздавлены горою трупов, наваленных совместно с любимой женщиной, и в дона Ромеро в конце концов коварно стреляет его же сообщница.
Что же до главной причины агрессии и насилия, то на этот счет автор сомнений у читателя не оставляет – это всеобъемлющий и иррациональный мужской страх. Рамиро, герой-мачо, до смерти боятся женщин. Дона же Ромеро пугают терпимость, смирение и прощение убитого им компаньона, мужа его возлюбленной, который годами терпел измену жены и друга невозмутимо и молча.
По одному интересному стечению обстоятельств, представители той категории «чернушников», которая пишет об убийствах с видимым удовольствием, никогда сами пороха не нюхали, а только играли в «Дум» и смотрели ужастики. По другому странному совпадению, они пользуются в народе куда более широкой популярностью, нежели те, кто морализирует. И вот от этого, а не от рек крови, льющихся со страниц, становится немного не по себе.
Мемпо Джанрдинелли
Жаркая луна
М.: АСТ, Транзиткнига, 2005
Комментарии читателей Оставить комментарий