Конец американской исключительности

Американская экономика приобрела свойства, характерные для олигархических стран третьего мира

Саймон Джонсон (в своей статье, опубликованной The Atlantic Online), выдвинул тезис о том, что американская экономика приобрела свойства, характерные для олигархических стран третьего мира. Мы позволили границе между банками и властью размыться до такой степени, что Вашингтон фактически подчинился Уолл-стрит. У финансового сектора скопилось столько денег и власти, что сейчас, в период тяжелого кризиса, и правительство, и обе партии забывают об остальных проблемах экономики ради блага банковской системы.

Подобную систему, при которой власть находится в руках богатых элит, интересующихся только собственной выгодой, люди обычно ожидают увидеть в развивающихся странах - в России, Аргентине, в государствах Восточной Европы и Юго-Восточной Азии.

Если бы такая ситуация сложилась в любой другой из стран мира, Международный Валютный Фонд вмешался бы и начал борьбу с коррупцией. Он бы предложил временно национализировать банки, после чего раздробить их или дать им распасться. И его совету пришлось бы последовать, потому что иначе страна сорвалась бы в полную анархию.

С другой стороны, Соединенные Штаты - не одна из тех мелких экономик, на которые может влиять МВФ. Мы верим в надежность нашей экономической системы, и убедили себя, что то, что хорошо для банков, хорошо и для страны. В результате наше правительство готово вынуть деньги из карманов американских граждан и отдать их банкам, лишь бы гарантировать, что они устоят. Правительство даже решило обеспечить общественными средствами частные долги и теперь переплачивает, не моргнув глазом. Как пишет Джонсон, это напоминает ему действия Кремля в девяностые.

Давным-давно, еще в 1998 году, вашингтонский 'клуб мальчиков' высмеял Бруксли Борн (Brooksley Born), имевшую наглость предложить меры по регулированию кредитно-дефолтных свопов. Все, кто тогда участвовал в этом - Ален Гринспен, Пол Рубин, Артур Левитт и советник президента по экономике Ларри Саммерс, - сейчас жалеют, что не прислушались к ее словам.

Через несколько месяцев после этого спора Борн покинула пост главы Комиссии по срочной биржевой торговле. Ее репутацию в глазах президента Клинтона испортил конфликт с могущественной банковской элитой, выступавшей за сохранение статус-кво.

Война, которую объявили Борн Казначейство, ФРС, Уолл-стрит и Белый дом, - лишь один из многочисленных примеров той дурной политики, которая велась несколько десятилетий. Отмена регулирования, начатая администрацией Рейгана, завершила свой цикл, и в итоге мы остались с разоренной экономикой. Однако вместо того, чтобы закручивать гайки, правительство продолжает вести политику, которая играет на руку финансистам и укрепляет старую систему. Президент Обама пытается как-то регулировать проблемные банки, но его директивы полны лазеек, а следит за их применением министр финансов Гайтнер - ярый приверженец идеалов Уолл-стрит.

Окажись в таком положении любая другая страна, кроме США, до смешного очевидная порочность нашей политической и финансовой системы вызывала бы только презрение. Другие страны лишили бы нас финансирования, и нам пришлось бы унижаться перед МВФ, вымаливая спасение. А он в обмен на помощь потребовал бы от нас, чтобы мы приняли законы, которые взорвут наши старые банковские картели.

Разумеется, США не пойдут к МВФ выпрашивать кредиты - мы ведь, по сути, главный кредитор этой организации. Однако с нашей стороны было бы мудро последовать некоторым из опубликованных ими директив. Нам следует полностью национализировать банки и позволить слабым звеньям выпасть, на те же, которые достаточно сильны, чтобы выжить, необходимо наложить ограничения, чтобы все не повторилось вновь.

Это обойдется нам недешево. По расчетам МВФ, только чистка банковской сферы будет стоить нам 1,5 триллиона долларов. Однако лучше потратить полтора триллиона на решение проблемы, чем поступать так, как мы поступали до сих пор. Мы ведь уже израсходовали именно столько, пытаясь удержать нашу распадающуюся финансовую систему, и ничего не достигли.

Америка не является исключением и так же должна соблюдать нормы и правила финансовой ответственности, как и любая страна в мире. Если уж мы не обращаем внимания на другие явные проблемы нашей экономики, мы могли бы, по крайней мере, всерьез заняться финансовым сектором, вместо того чтобы продолжать старую, разрушительную политику.

'''Крейг Харрингтон, OpEdNews.com, США'''