Новое социальное большинство созрело

Две трети граждан России получили возможность всерьез задуматься о защите своих прав

Поразительно, но глубокий экономический кризис осени 2008 – начала 2009 года привел лишь к незначительному ухудшению социальной структуры российского общества. С одной стороны, народ России привык рассчитывать исключительно на себя и решать свои проблемы самостоятельно, не уповая на помощь государства, с другой – эта помощь, несмотря на свою чудовищную расточительность и ориентированность в первую очередь на обогащение олигархов, своей частью достигла наименее социально защищенной части российского общества и ощутимо поддержала ее.

По данным «Центра Левады», в начале 2011 года продолжился рост благосостояния граждан РФ. Доля нищих (то есть людей, заявляющих о том, что им не хватает денег даже на продукты питания) снизилась с 12-13% в 2006-2009 годах до рекордно низких 9% в 2010-м и 8% в 2011 году.

Доля бедных (которым хватает денег на еду, но не на одежду) снизилась с 34% в 2009-м до 27% в 2010-м и 25% в 2011 году.

Главным событием 2010 года стало резкое увеличение доли «протосреднего» класса – людей, которым хватает денег на еду и одежду, но не на товары длительного пользования, даже самые простые. Их удельный вес увеличился с 41 до 50%, благодаря чему в нашей стране возникло качественно новое социальное большинство, оказывающее в силу своей численности огромное психологическое и культурное влияния на все остальные части общества, включая и систему управления.

Социальное большинство, сложившееся в России в начале 90-х, было нищим, - людям элементарно не хватало денег на продукты питания. К концу 90-х ситуация улучшилась, но не принципиально: социальным большинством стали люди, которым хватало денег на еду, но не на одежду. Первое – нищета, второе – бедность: ни в одной из этих двух состояний люди просто физически не могут задумываться о перспективах и о степени справедливости общественного устройства: все их силы без остатка уходят на простое выживание и (если повезет) размножение.

Все 2000-е годы социальная структура российского общества оставалась раздробленной: удельные веса основных страт колебались, но ни одна из них не могла сформировать нового социального большинства. Соответственно, российского общества как некоей хотя бы относительной целостности просто не существовало: оно представляло собой сочетание различных социальных групп с разными не только культурными, но и сугубо потребительскими типами поведения.

В 2010 году новое социальное большинство возникло вновь – причем впервые с начала реформ на достаточно высоком социальном уровне, что позволяло ему быть достаточно конструктивным и общественно активным. В самом деле: удовлетворение первичных потребностей (в еде и одежде) оставляет хотя бы возможность задуматься о причинах того, что это удовлетворение отнимает слишком много сил и времени, а покупка простой бытовой техники остается сопряженной с серьезными трудностями.

В 2011 году процесс улучшения социальной структуры пошел дальше: удельный вес «протосреднего» класса остался прежним – 50%, но ключевым, поистине революционным событием стало увеличение доли самого среднего класса. Правда, надо сразу же оговориться: в рамках данной статьи он определяется с узких позиций маркетологов - исключительно по уровню потребления, без учета определяющих его с точки зрения социологических, психологических и образовательных параметров. Здесь под ним понимаются способные без труда покупать бытовую технику, но не автомобили. Таким образом, в состав среднего класса при таком подходе включаются люди, строго говоря, не являющиеся им, - вплоть до низшего слоя коррумпированных правоохранителей и в целом чиновников (ведь понятно, что преступники органически не могут входить в состав среднего класса, одним из образующих признаков которого является добросовестность!).

Однако не секрет, что коррумпированные чиновники часто испытывают искреннее негодование в адрес разрушающей их системы управления; порождая общественный протест, они парадоксальным образом оказываются способны на сочувствие ему.

Поэтому, рассматривая структуру российского общества как с точки зрения уровня жизни, так и с точки зрения потенциальной гражданской активности, мы можем объединять людей относительно высокого для России уровня потребления в одну группу.

Их удельный вес в 2011 году подскочила совершенно фантастическим образом: почти на треть, с 13% до 17%, превысив даже докризисный уровень 2007-2008 годов, когда он был достаточно устойчив и составлял 16%.

Таким образом, две трети граждан РФ оказались достаточно обеспеченными для того, чтобы иметь физическую и интеллектуальную возможность всерьез задуматься о возможности и необходимости защиты своих прав.

Наблюдаемое повышение уровня жизни граждан РФ делает их более активными социально и политически, способствует предъявлению ими более глубоко осознанных и прочувствованных (хотя и менее агрессивных по внешним проявлениям, по крайней мере, на первых этапах) претензий существующей власти.

Это значит, что в России в полной мере сложилась социальная основа для возобновления массовой политической борьбы с коррумпированной частью правящей тусовки. В ближайшее время мы увидим конкуренцию политических структур за представительство нового социального большинства - и, соответственно, возобновление не только подковерной, но и массовой, публичной политической борьбы.