Химкинское дело может изменить Уголовный кодекс

Общественная палата призывает к ужесточению наказания за нападения на журналистов

Общественная палата (ОП) намерена предложить Государственной Думе внести в Уголовный кодекс поправки об ответственности за посягательство на жизнь журналиста. Об этом было заявлено вчера на заседании Комиссии ОП по коммуникациям, информационной политике и свободе слова в СМИ. Сама по себе Общественная палата не располагает полномочиями выдвигать законодательную инициативу, однако она может обратиться в президентскую администрацию с просьбой поддержать предложение о поправках в законодательство.

«Если существующих мер недостаточно, есть законные механизмы, чтобы усилить ответственность и ввести новые меры по защите журналистов. В этой связи актуальным могло бы стать внесение поправок в Уголовный кодекс», – отметил член ОП, известный адвокат Павел Астахов. Сейчас российским законодательством, напомнил Астахов, предусмотрено особое наказание за посягательство на жизнь лиц, осуществляющих правосудие, работников милиции, государственных и общественных деятелей – от 12 до 20 лет лишения свободы, либо пожизненное заключение. «Вот такую норму предлагается ввести – посягательство на жизнь журналиста – от 12 до 20 лет лишения свободы, либо пожизненно. Чем журналист отличается от общественного деятеля, от лица, проводящего расследование?» – цитирует адвоката сайт Общественной палаты.

Идея ввести ответственность за посягательство на жизнь именно журналиста вполне понятна. Действительно, работники СМИ часто оказываются объектом давления со стороны лиц, деятельность которых разоблачает журналистское расследование. Напомним, что сейчас идет расследование нападения на главного редактора газеты «Химкинская правда» Михаила Бекетова, всколыхнувшего страну. В результате нападения журналист получил тяжелейшие травмы. По мнению коллег Бекетова, нападение было связано с его профессиональной деятельностью, ранее ему неоднократно угрожали физической расправой. Нападение на Бекетова стало одной из тем заседания комиссии Общественной палаты.

Иногда журналист является крупной публичной фигурой, которая находится в зоне повышенного внимания общественности и способна оказывать влияние на ход некоторых политических событий. В этом смысле положение журналиста особое, а значит, есть основания говорить и о необходимости закрепить этот особый статус в российском законодательстве. Тем не менее, вызывает сомнение сам подход, согласно которому отдельные группы населения, по сути, имеют привилегию перед законом. Да и вряд ли главная проблема сейчас заключается в том, что российский Уголовный кодекс не достаточно суров. Не лучше ли вместо усиления ответственности за посягательство на жизнь некоторых людей заняться совершенствованием правоохранительной системы в целом?

В этой связи журналист KM.RU обратился к доктору политических наук Андрею Савельеву, который высказал свое мнение по данному вопросу:

– Принцип равенства перед законом очень часто понимается в уравнительном плане. На самом деле любой закон вводит неравенство между людьми. Любая уголовная статья делится на диспозицию и санкцию. Диспозиция описывает ситуацию, а санкция описывает, что за эту ситуацию полагается. Если человек попадает в определенную диспозицию, то он пользуется определенными правами и на него налагают определенные обязанности. Если нет – значит, нет этих прав, нет этих обязанностей. Соответственно, если человек находится на государственной службе, исполняет какие-то должностные обязанности, то у него возникают и дополнительные права. Соответственно, во множестве статей Уголовного кодекса существует четкая диспозиция, кто является преступником и каковы параметры его преступления. Естественно, что, скажем, преступления в отношении лиц, которые находятся на службе, при исполнении обязанностей, должны преследоваться более жестко. Одно дело – бытовая драка, в которой друг другу разбили носы, и другое дело – целенаправленное нападение на человека, который исполняет определенную государственную функцию, и тем самым посягательство возникает не только на личность, но и на ту функцию, которую он исполняет. Скажем, нападение на судью не в связи с тем, что он – просто случайный человек, который подвернулся под руку, а в связи с исполнением своих собственных обязанностей судьи, безусловно, должно судиться более строго.

Что касается журналистов, то, с одной стороны, это – равноправные граждане, и если не выделяется функция журналиста, т. е. по отношению к журналисту посягательство на его жизнь, честь и достоинство происходит вне связи с его деятельностью, в этом случае диспозиция в сравнении с остальными гражданами одинаковая. Если же речь идет о посягательстве на журналиста именно за его журналистскую деятельность, например, избиение за написание, за публикацию какого-то материала, то такое целенаправленное, спланированное посягательство подрывает свободу слова, право граждан на информацию.

Я думаю, что когда речь идет именно об этом, то я бы поддержал такое начинание Общественной палаты. Если же речь идет о создании некой касты неприкосновенных, я был бы категорически против такого подхода.