Запад предложил талибам продаться

Предложение озвучил в интервью Би-би-си президент Афганистана Хамид Карзай

Сегодня президент Афганистана Хамид Карзай объявил в интервью [http://www.bbc.co.uk/ Би-би-си] о своем намерении предложить боевикам движения «Талибан» денежное вознаграждение, личную безопасность и работу в обмен на решение сложить оружие. Как сообщает AFP, осуществление этого плана будет финансироваться Западом.

«Тем, кто решит вернуться, мы предоставим возможность работать, находить работу, быть защищенными и вновь селиться в их общинах», – цитирует Карзая AFP. Афганский президент уточнил, тем не менее, что на радикальных боевиков «Талибана», которые были замечены в связях с «Аль-Каидой» и другими террористическими группировками, озвученное им предложение не распространяется. При этом Карзай посетовал, что «Талибан» платит своим боевикам гораздо более существенные деньги, чем его правительство может платить военнослужащим вооруженных сил и сотрудникам правоохранительных органов из бюджета страны.

Как раз на следующей неделе в Лондоне открывается международная конференция по ситуации в Афганистане, на которой будут обсуждены пути стабилизации ситуации в стране. В качестве основных докладчиков на ней выступят ключевые участники западной коалиции в Афганистане – Великобритания и США. Вполне вероятно, именно в преддверии конференции Карзай и воззвал к американцам и англичанам с просьбой о финансовой поддержке – иначе непонятно, как он собирается перекупать талибов, которые, услышав его предложение, захотят им воспользоваться.

Впрочем, идея подкупа талибских боевиков родилась явно не только у Карзая. Как раз сегодня британская газета Open Democracy опубликовала статью с весьма характерным заголовком: «Почему невозможно подкупить «Талибан»?»

Оказывается, это министр иностранных дел Великобритании Дэвид Милибэнд муссирует идею учреждения трастового фонда для того, чтобы склонить «Талибан» к «примирению». В беседе с членами парламента Милибэнд упомянул о своих надеждах на то, что на Лондонской конференции будет одобрена, как он ее называет, «программа реинтеграции», призванная помочь правительству Кабула найти способы избежать насильственных действий в отношении жителей Афганистана, примкнувших к «Талибану», но не разделяющих его идеологии, и помочь им вернуться к мирной жизни. «Талибан» в значительной мере полагается на поддержку или молчаливое согласие рядовых граждан, большинство которых относятся к нему с презрением, однако опасаются репрессий с его стороны в случае оказания ему сопротивления», – утверждает Милибэнд.

Буквально то же самое сказал сегодня и Карзай. Весьма показательное совпадение. А чуть ранее госсекретарь США Хиллари Клинтон заявляла о том, что новая долгосрочная стратегия США по урегулированию ситуации в Афганистане и Пакистане предусматривает большее внимание «мерам невоенного характера». Среди них глава американской дипломатии, в частности, называла отправку американских гражданских экспертов в эти две страны, а также «мероприятия по возвращению боевиков в общество». На финансовой, как выясняется, основе.

Правда, министр обороны США Роберт Гейтс относится к этой идее скептически. Как сообщает The New York Times, Гейтс еще в понедельник (т. е. об «инициативе» Карзая знали заранее) заявил, что не считает, что талибы примут это предложение. По его мнению, «хотя часть сторонников «Талибана» может пожелать воссоединиться с афганским правительством, на данный момент примирение его с лидерами талибов маловероятно». Как уточняет издание, «соответствующий план находится на финальной стадии подготовки и осуществляется при поддержке квалифицированных американских специалистов, считающих, что для достижения успеха в Афганистане крайне важно переманить большое количество талибов на свою сторону».

При этом Гейтс, как и другие официальные лица США, не видит возможности примирения с лидером талибов – муллой Мухаммадом Омаром. Карзай неоднократно (и безрезультатно) предлагал провести переговоры с муллой Омаром лично; сейчас афганское правительство рассматривает возможность вычеркивания его имени из списка террористов ООН. Напомним, что лицам, числящимся в этом списке, запрещено перемещаться между странами, а их банковские счета могут быть заморожены.

«Я бы очень удивился, если бы произошло примирение с муллой Омаром, – заявил Гейтс, общаясь с журналистами. – Думаю, наша позиция такова, что пока лидеры талибов не поймут, что все изменилось, и что им не победить, вероятность какого-либо существенного примирения на высшем уровне далеко не велика».

С другой стороны, как заявил Гейтс, «возможен реальный рост темпов реинтеграции на местном, окружном или провинциальном уровне», т. к. «у них – проблемы, они понимают, что им не победить, и понимают, что если они воссоединятся с афганским правительством на его условиях, то получат защиту для себя и своих близких».

По официальным оценкам НАТО, в Афганистане находится от 25 до 30 тыс. активных боевиков «Талибана». На данный момент лишь очень немногие из них перешли на сторону правительства. «Пока рано, я не думаю, что кто-то уже готов заходить очень далеко в разговорах об успехе в тех краях», – считает Гейтс.

Впрочем, автор статьи в упомянутой ранее Open Democracy Азиз Хакими настроен еще более пессимистично. Он утверждает следующее: «Важно признать, что на самом деле намного чаще люди поворачиваются лицом к «Талибану» потому, что здесь они находят практическое решение своих насущных повседневных проблем. Власти признают, что «Талибан» учреждает суды и прочие организации местного управления на юге Афганистана, противостоящие центральному правительству Кабула и интернациональным силам. Мятежники эксплуатируют часто возникающие местные споры, которые центральное правительство не в силах разрешить, и завоевывают влияние во все новых областях, иногда – вопреки этническим различиям. Местное население исходит из того, что если оно обратится с жалобой к центральным властям, разрешение спора займет не один год.

К этому следует добавить коррупцию и некомпетентность правительства Карзая, особенно на местном уровне. Все чаще людям просто не остается иного выбора, кроме как обратиться к талибам. Даже жесткое требование соблюдения исламских законов нередко оказывается меньшим злом, чем медленное и дорогостоящее разбирательство с представителями центральной власти. По признанию руководителей НАТО, такое теневое правление существует в 33 провинциях Афганистана из 34.

Впрочем, они не ограничиваются вопросами правосудия. В конце декабря 2009 года старший сотрудник разведслужбы НАТО предупреждал, что «Талибан» «сформировал свое альтернативное правительство, с уже выбранными министрами», и оно готово принять на себя полномочия, когда ныне действующая администрация потерпит поражение».

Хакими пытается объяснить читателям британской газеты: «Я, как и многие афганцы, жившие под властью «Талибана», знаю, что при их режиме обычной вещью было видеть кого-нибудь из старших чинов «Талибана», идущего по мостовой, с руками, заложенными за спину, без охраны, как любой простой человек. Они могут строго соблюдать законы, но остаются доступными.

Конечно, талибы никогда особо не беспокоились (как не беспокоятся и теперь) о демократии, защите прав человека или о свободе слова. Однако для большей части афганского населения, живущего в отдаленных сельских местах, эти понятия тоже далеко не относятся к числу приоритетов.

«Талибан» в Афганистане – это сельская религиозная группировка, и их борьба против международных сил зиждется на их интерпретации джихада – одной из фундаментальных основ их мировоззрения. Они твердо верят в то, что борются с силами неверных, занявших их землю. Для талибов все, кто не с ними, тем самым оказываются на стороне неверных.

Поэтому чрезвычайно трудно, если вообще возможно, подкупить «Талибан»…

Многие афганцы, имеющие опыт жизни в Афганистане при режиме «Талибана», признают, что талибы – не бюрократы и не демократы, а прагматики. Они видят проблемы и решают их своими способами.

Кто может забыть, как 10 лет назад, в 2000 году, производство опиума за один год резко упало с более чем 4 тонн практически до нуля в следующем сезоне – просто в результате постановления муллы Омара, объявившего этот продукт «харам» (грехом) и наложившим на него запрет. Такое достижение кажется больше похожим на сон, чем на реальную действительность.

Ключом к их успеху является то, что они понимают микрополитические условия на местах, в отличие от международных сил и правительства Афганистана. И они знают действительные нужды местного населения».