Чтобы «память» о Гайдаре не развеялась, ее надо насадить

Имя «великого экономиста» увековечено сегодня в названии одной из московских школ

На одном правительственном совещании, которое проходило в феврале 1992 года, обсуждались, как свидетельствуют его очевидцы, «неотложные меры по финансированию социальных программ». А ничего более важного и животрепещущего на тот момент и обсуждаться-то не могло: стране только-только была прописана «шоковая терапия», люди нищали на глазах и пребывали в полной растерянности.

И вот один из участников совещания встает и начинает рассказывать Егору Гайдару (главному идеологу «шоковой терапии», исполнявшему в то время обязанности премьера страны), что в Зеленограде зафиксированы уже 36 случаев голодной смерти. А Егор Тимурович на эту реплику хладнокровно замечает, что в стране, мол, «идут радикальные преобразования, с деньгами сложно, а уход из жизни людей, неспособных противостоять этим преобразованиям, – дело естественное». Такой вот социальный дарвинизм в самом его чистейшем виде исповедовал и навязал России Егор Гайдар.

И вот сегодня имя этого «великого экономиста» увековечено в названии одной из московских школ – № 1301, что в Восточном административном округе столице, в районе «Соколиная гора». Как пояснил РИА «Новости» глава столичного комитета общественных связей Александр Чистяков, проект распоряжения о присвоении школе имени Егора Гайдара «подготовлен в соответствии с указом президента» (в мае 2010 года Дмитрий Медведев издал указ об увековечении памяти Егора Гайдара).

Здесь стоит отметить, что эту школу и судьбу Егора Тимуровича ровно ничего не связывает. И, тем не менее, она теперь будет носить его имя – в назидание, так сказать, потомкам, чтобы дети чтили «нового Тимура» – «великого реформатора».

Почему наши либералы так навязывают обществу «добрую память» именно об этом человеке? А потому, что он – их подлинное знамя. Именно Гайдар, а никакой не Ельцин, олицетворяет собой тот зловещий «выбор», которая сделала Россия в начале 1990-х. Борис Николаевич, простите, был слишком недалек и ситуативен, чтобы в полной мере осознать тот стратегический замысел, который родился в голове прежде всего Егора Тимуровича. Гайдар – квинтэссенция, персонифицированный символ современного российского либерализма. И поэтому доморощенные либералы не только будут «стоять насмерть», защищая его реноме, но и впредь будут всячески навязывать обществу «светлую память» о своем предводителе.

На вышеупомянутых очевидцев совещания, которые засвидетельствовали реплику Гайдара о 36 умерших от голода (по сути, от инициированных им «реформ»), тогда же обрушился ближайший сподвижник Егора Тимуровича – Анатолий Чубайс. «Грязной, завистливой и злобной ложью» назвал он эти свидетельства. А сами имена очевидцев того совещания – Гавриила Попова и Юрия Лужкова (соответственно, первого и второго по счету мэров российской столицы), – не оставляют, кстати, сомнений в подлинности реакции Гайдара на известие о голодной смерти 36 граждан страны. Ведь врать им не было никакой надобности, поскольку они сами в целом поддерживали «курс Ельцина», отмечая лишь, что «реформы» можно было бы провести несколько по-иному. Но саму «реформаторскую» деятельность Гайдара они в целом и оценили как необходимую.

Вина их лишь в том (с точки зрения Чубайса и Ко), что они вообще осмелились критиковать Гайдара. А этого идола, с точки зрения наших либералов, критиковать нельзя: его позволительно только возвеличивать. Что они и делают при помощи высшего руководства страны.