На словах Обама готов сказать правду. А на деле…

Дорога к признанию реальных причин кризиса для президента США вполне открыта. Выборы для Демократической партии США закончились, в общем, весьма и весьма относительной неудачей.

Сенат (т. е. верхнюю палату парламента) удалось сохранить за собой, получилось также «отбить» у республиканцев самый обжитой и экономически развитый штат – Калифорнию. И в этой ситуации президент США Барак Обама все-таки признался, что недостаточно успешно справился с ролью лидера. «Мы были так заняты выполнением поставленных целей, что упустили из виду тот факт, что лидерство – это не только законотворческая деятельность», – заявил американский президент в интервью телеканалу CBS.

При этом Обама охарактеризовал «лидерство» как «умение убеждать людей, сплачивать их, задавать тон и приводить такие аргументы, которые были бы понятны людям». Президент США признался, что не смог донести до простых американцев важность принятых экономических инициатив. «Мы не всегда были успешными в этом, и я беру на себя ответственность за это. В будущем я обращу на эти вещи более пристальное внимание», – заключил президент США.

Накануне Обама признался, что результаты промежуточных выборов в Конгресс США, на которых демократы потерпели сокрушительное поражение, заставили его задуматься, что необходимо было сделать по-другому. Выступая на пресс-конференции, посвященной итогам голосования, глава Белого дома заявил, что чувствует себя «неуютно», зная результаты выборов.

А вот теперь давайте подумаем, что это такое – более «убедительное и понятное», что может сказать Обама людям. Людям, которым через два года снова придется за него голосовать, и жизненный уровень которых за это время существенно упадет. Еще раз повторим: судьба Герберта Гувера, далеко не самого плохого президента США, который оказался на своем месте в самое неудачное время, какое только можно себе представить (Гувер был президентом с 1929 по 1932 гг.), страшным примером маячит сегодня перед обитателями Белого дома в Вашингтоне. И переломить его можно только изменением той политики, которую проводил этот человек. Так в чем же были его ошибки?

Первая состояла в том, что Гувер не сумел заставить денежные власти активно противодействовать кризису. Он пассивно смотрел на падение частного спроса и, соответственно, падение ВВП (которое достигало 1% в месяц), и только пытался компенсировать последствия этого падения за счет наращивания расходов бюджета. Но последнее возможно максимум на уровне 2-3% от ВВП в год, что на фоне падения частного спроса выглядело как-то неубедительно. Эффект стал проявляться только после того, как спрос достиг «дна», придя в равновесие с доходами, но это случилось только к концу 1932 года, когда для Гувера все уже было кончено.

Отметим, что эта ошибка уже исправлена: сегодня ФРС, которая куда сильнее зависит от государства, чем тогда, активно печатает деньги, отдаляя начало «острой» стадии кризиса. Беда только в том, что и теория кризиса, разработанная еще в начале 2000-х российскими экономистами, и развитие событий (подтверждающее, кстати, эту теорию) показывают, что это облегчение – временное явление.

Вторая ошибка была исправлена следующим президентом США – Франклином Рузвельтом, который невиданно ужесточил государственное регулирование до того абсолютно свободного финансового сектора. Отметим, что практически все эти ограничения были сняты в конце 90-х гг. президентом Клинтоном, и сегодня американская финансовая система регулируется слабо, а с учетом ее аффилированности с руководством ФРС (особенно среднего звена) свободы у нее явно больше, чем можно предоставить в условиях кризиса. Но вот здесь у Обамы будут теперь большие проблемы, поскольку республиканцы, которые взяли под контроль Палату представителей, будут активно сопротивляться ужесточению режима государственного регулирования, о чем они уже прямо заявили. Впрочем, не исключено, что если речь не пойдет о повышении налогов, то некоторые инициативы Обамы в этом направлении они примут…

И вот здесь нужно сказать о третьей ошибке Гувера, которая состояла в том, что он категорически отказывался говорить с народом о реальных причинах кризиса. Не говорил он ни о повышении доходов банков за счет того, что они начали кредитовать цепочку «производитель-потребитель» на обеих сторонах, ни о том, что созданная к тому времени ФРС (к 1930 году ей было менее 20 лет) – это частная организация, отражающая частные интересы... Все это осталось за кадром.

Сегодня у Обамы ситуация принципиально иная. Тогда еще был шанс сохранить капиталистическую систему во всей ее неприглядной красе, сегодня его практически нет. И это значит, что для Обамы вполне открыта дорога к объяснению избирателям того факта, что за последние 30 лет изменилась сама модель кредитования, и по этой причине вернуть набранные кредиты невозможно в принципе; что требования возврата этих кредитов – это фактически возврат к рабовладельческому строю; что доля финансового сектора в общей структуре экономики США превышает все мыслимые для более или менее устойчивой системы масштабы… И т. д., и т. п.

Только такой разговор с народом может позволить Обаме «перебить» негативную для него динамику. Особенно с учетом того, что этот негатив имеет абсолютно объективный характер, и никакие действия Обамы (которые к тому же ему и совершить не дадут) ситуацию не улучшат. А значит, нужно переходить к чистой политике, начать четко и внятно выстраивать новую модель отношения политика и общества.

Вопрос, собственно, только в одном – готов к этому Обама или нет. На словах вроде бы готов, а на деле – посмотрим.