«Себе назло. Женские портреты в прозе»

В издательстве «Никея» существует дочернее подразделение «Встреча». Понятие Сретения (что и переводится со старославянского как «встреча») имеет для православного самосознания базовое значение. Поскольку все в нашей жизни измеряется Божьим Промыслом, каждая встреча в нашей жизни лишена случайности, а всякий новый человек может стать вестником потустороннего мира и оказать решающее значение для нашего Спасения.

Однако беда человека в том, что его грешное сердце способно всё извратить и перевернуть с ног на голову. В этом случае встреча становится обузой, мучением и даже прямой дорогой в преисподнюю. Именно о таких ситуациях рассказывает в своей новой книге известная писательница Олеся Николаева, автор таких книг, как «Мене, текел, фарес», «Меценат» и «Небесный огонь».

Как уже видно из заглавия книги, в каждом из рассказов сборника присутствуют женщины — немолодые, одинокие, с изломанными судьбами. Автор описывает их без лицеприятия и сусальности, с суровой и горькой иронией. В поисках семейного счастья и отчаянных попытках запрыгнуть в последний вагон эти женщины запутывают ситуацию еще больше, нередко приближая тем самым роковой финал.

Главная проблема в том, что они не полагаются на высшие силы, а действуют себе наперекор — буквально по пословице «назло кондуктору пойду пешком». Порою это смешно, но чаще печально. Отсюда — моментальные переходы в рассказах от трагедии к фарсу, и наоборот, и дальше, и снова... Жесткость некоторых сюжетов поражает. Иногда Николаева будто тягается с «Леди Макбет Мценского Уезда» и достигает шокирующего эффекта. Так возникают параллели с суровой прозой Людмилы Петрушевской.

А что же мужчины? Нередко они играют в произведениях Николаевой страдательную роль, но чаще запускают некий роковой механизм, действуя, как чертик из табакерки. Безвольный сценарист из Воронежа, бросающий семью ради брака со столичной актрисой; самовлюбленный музыкант, калечащий судьбы начинающим пианисткам; безудержный бизнесмен, жаждущий сырого мяса и беспорядочных отношений — все они одинаково отвратительны и достоверны.

Не намного более симпатичными оказываются и набожные герои николаевских рассказов. «Духовидец» из «Секрета обольщения» всего-навсего манипулирует своими жертвами, а студентка богословского института из «Забытого Фирса» лицемерно сулит своей тетушке Царствие Небесное за московскую прописку. Жена авторитетного столичного священника Владимира Вигилянского Олеся Николаева наверняка насмотрелась за свою жизнь на обрядоверие и фарисейство. От этого теперь предостерегает и нас.